Философия антропоцентрического гуманизма

ПЛАН

Введение 2

1. Философия антропоцентрического гуманизма 3

2. Неоплатонизм эпохи Возрождения 7

3. Пантеистическая натурфилософия Ренессанса 12

Заключение 19

Список использованной литературы 20

Введение

Важный этап развития философской мысли – философия эпохи Возрождения, затронувшая широкий круг вопросов, касающихся разных сторон природного и общественного бытия. Она оказала большое влияние на дальнейшее развитие культуры и философии.

Эпоха Возрождения (Ренессанса), охватывающая период с ХIV до начала XVII вв., приходится на последние столетия средневекового феодализма. Вряд ли правомерно отрицать самобытность этой эпохи, считая ее, по примеру голландского культуролога И. Хейзинги, “осенью средневековья”. [1]

Сами деятели Ренессанса противопоставляли новую эпоху Средневековью как периоду темноты и невежества. Но своеобразие этого времени скорее составляет не движение цивилизации против дикости, культуры – против варварства, знания – против незнания, а проявление другой цивилизации, другой культуры, другого знания.

Эпоха Возрождения – это переворот в первую очередь в системе ценностей, в оценке всего сущего и отношении к нему. Возникает убеждение, что человек – высшая ценность. Такой взгляд на человека обусловил важнейшую черту культуры Ренессанса развитие индивидуализма в сфере мировоззрения и всестороннее проявление индивидуальности в общественной жизни.

В данной работе будут рассмотрены актуальные для современности особенности философской мысли эпохи Возрождения, изложенные в трудах великих философов Ф. Петрарки, Данте Алигьери, Джованни Пико делла Мирандола, Л. Валла, М. Фичино, Т. Кампанеллы, Н. Кузанского, Н. Коперника, Дж. Бруно, Леонардо да Винчи и других.

1. Философия антропоцентрического гуманизма

Гуманизм (лат. humanus – человечный) – система взглядов, выражающих признание ценности человека как личности, его прав на свободу, счастье и равенство, уважение принципов справедливости и милосердия как норм отношений между людьми, борьба за создание условий для свободного развития творческих сил и способностей человека.[2]

В широком смысле слова гуманизм представляет собой образ мышления, который провозглашает идею блага человека главной целью социального и культурного развития и отстаивает ценность человека как личности. В такой трактовке и это термин употребляется и в наше время. Но как целостная система взглядов и широкое течение общественной мысли гуманизм возник в эпоху Возрождения.

В формировании ренессансного мышления огромную роль сыграло античное культурное наследие. Следствием возросшего интереса к классической культуре стало изучение античных текстов и использование античных прототипов для воплощения христианских образов, собирательство камей, скульптур, прочих древностей, а также восстановление римской традиции портретных бюстов. Возрождение античности и дало название всей эпохе. Особое место в духовной культуре этого времени занимает философия, и ей присущи все те черты, о которых было сказано выше. Важнейшая особенность философии Возрождения – антисхоластическая направленность взглядов и сочинений мыслителей этого времени. Другая ее характерная черта – создание новой пантеистической картины мира, отождествляющей Бога и природу.

Наконец, если философия Средневековья теоцентрична, то характерная особенность философской мысли Возрождения – антропоцентризм. Человек не только важнейший объект рассмотрения, но и центральное звено всей цепи космического бытия.

У истоков антропоцентрического гуманизма стоит Данте Алигьери. В своей бессмертной “Комедии”, а также в философских трактатах “Пир” и “Монархия” он исполнил гимн земному предназначению человека, открыл путь к гуманистической антропологии. “Тленному миру земли противостоит вечный мир небес. И в этом противостоянии роль среднего звена выполняет человек, ибо он причастен к обоим мирам. Смертная и бессмертная природа человека обуславливает и его двоякое предназначение: внеземное существование и осуществимое на земле человеческое блаженство. Земное предназначение реализуется в гражданском обществе. К жизни вечной человека ведет церковь”[3] . Таким образом, человек реализует себя в земном предназначении и в вечной жизни. Разделение земной и загробной жизни ставит проблему отказа церкви от притязаний на светскую жизнь.

Теоцентризм средневековья преодолевает и Франческо Петрарка, который единодушно считается родоначальником гуманизма. В его творчестве – начало многих путей, которыми шло развитие ренессансной культуры в Италии. В трактате “О невежестве собственном и многих других” он решительно отвергает присущую Средневековью схоластическую ученость, по отношению к которой демонстративно провозглашает свое якобы невежество, ибо считает такую ученость совершенно бесполезной для человека его времени[4] .

В трактате проявляется принципиально новый подход к оценке античного наследия. По убеждению Петрарки, прийти к новому расцвету литературы, искусства, науки позволит не слепое подражание мыслям замечательных предшественников, а стремление подняться до высот античной культуры и в то же время переосмыслить и в чем-то превзойти его. Первый гуманист считал, что содержанием подлинной философии должны стать науки о человеке, и во всем его творчестве звучит призыв переориентировать философию на этот достойный объект познания.

Обращаясь к проблемам человеческого бытия Ф. Петрарка заявляет: “Небожители должны обсуждать небесное, мы же – человеческое”[5] .

Мыслителя интересует внутренний мир человека, и притом человека, рвущего связи со средневековыми традициями и сознающего этот разрыв. Земные заботы составляют первейший долг человека и ни в коем случае не должны приноситься в жертву загробному миру. Старый стереотип презрения к земному уступает место идеалу человека в его достойном земном существовании. Эту позицию разделяет и Джанноццо Манетти в своем трактате “О достоинстве и превосходстве человека”, где подчеркивается, что человек рождается не для печального существования, а для созидания и утверждения себя в своих деяниях[6] .

Гуманисты вырабатывают новый подход к пониманию человека, в котором огромную роль играет понятие деятельности. Ценность человеческой личности для них определяется не происхождением или социальной принадлежностью, а личными заслугами и плодотворностью ее деятельности. Ярким воплощением этого подхода может служить разносторонняя деятельность известного гуманиста Леона Альберти, сформулировавшего принципы живописной композиции – равновесия и симметрии цвета, жестов и поз персонажей. По мнению Альберти, человек способен одержать верх над превратностями судьбы лишь собственной активностью. “Легко побеждает тот, кто не желает быть побежденным. Терпит иго судьбы тот, кто привык подчиняться”[7] .

Подлинным гимном индивидуализму можно считать творчество Лоренцо Вала. В главном своем философском сочинении “О наслаждении” неотъемлимым свойством человека Вала провозглашает стремление к наслаждению. Мерилом же нравственности у него выступает личное благо: “Я не могу в достаточной степени понять, почему кто-то хочет умереть за родину. Ты умираешь, так как не желаешь, чтобы погибла родина, словно с твоей гибелью не погибнет и она”[8] .

Так были заложены основы формирования личностного самосознания эпохи Возрождения. В разные эпохи личность осознает себя по-разному. Средневековый человек воспринимался тем ценнее как личность, чем более его поведение соответствовало нормам, принятым в корпорации. Он утверждал себя через максимально деятельное включение в социальную группу, в корпорацию, в богоустановленный порядок – такова общественная доблесть, требовавшаяся от индивида.[9]

Человек эпохи Возрождения постепенно отказывается от универсальных средневековых понятий, обращаясь к конкретному, индивидуальному.

2. Неоплатонизм эпохи Возрождения

В решении онтологических проблем философия Возрождения ориентировалась в основном на сочинения Платона. Перед авторитетом схоластического Аристотеля Платон становился символом прогрессивного развития философской мысли. Оживлению платонизма в Италии способствовала деятельность Георгия Плифона. Свое учение он изложил в труде “Законы”, название которого ориентирует на преемственность с последней работой античного мыслителя. В своем учении он делает попытку преодолеть разрыв божественного и природного, ищет обоснование идеи вечности и несотворенности мира, сохраняя Бога не как демиурга, а как первопричину. В основе Вселенной, чувственного мира лежит идея этого мира. “И этот чувственный мир есть образ сверхчувственного мира как в целом, так и в своих частях, не имея ничего, что не от этого высшего мира…”[10] .

Мир – это не результат отчуждения Бога, его “эманация “, а открытый познанию сам образ Бога, т. е. мир – это и есть Бог. Идею мира как Бога активно прорабатывает и Николай Кузанский, пытаясь решить проблему соотношения мира и Бога не в теологическом прочтении, а в философском исследовании. По сути, речь идет о переходе от единого к множественности, от бесконечности к конечному, от Бога к миру. “Бог есть все в свернутом виде. Это все, будучи развернуто – есть мир”[11] .

Его учение о безграничности космоса ставило под сомнение богословско-схоластическое представление о Вселенной и явилось прямым следствием решения вопроса о соотношении Бога и мира. Бог в философии Кузанского получает наименование абсолютного максимума, или абсолюта, который не является чем-то находящимся вне мира, а пребывает в единстве с ним. Бог, охватывающий все сущее, содержит мир в себе. Согласно пантеистическому воззрению Кузанского, мир, поглощенный Богом, не может иметь самостоятельного существования. Следствием этой зависимости мира от Бога и является его безграничность. В космологии Кузанского отвергалось учение о Земле как о центре Вселенной, а отсутствие неподвижного центра привело его к признанию движения Земли. Было неверно видеть в космологических построениях Кузанского прямое предвосхищение гелиоцентризма Коперника. Отвергая центральное положение и неподвижность Земли, он не отдавал предпочтения какой-либо определенной схеме движения небесных тел. Но, расшатывая традиционные представления о мире, он открывал путь к десакрализации космологии, т. е. к ее освобождению от религиозного толкования. Философские воззрения Н. Кузанского не сразу нашли своих сторонников. Только в XVI в. идеи Кузанского существенно повлияли на развитие натурфилософии и прежде всего философии Д. Бруно. Последний выявил в наследии Кузанского тенденции, враждебные не только схоластике, но и теологии. Трактовка Н. Кузанского о бесконечности мира получила развитие в философии Р. Декарта, в частности в обосновании беспредельности Вселенной. Понимание Бога как “свернутого” и мира как “развернутого” максимума нашло свое продолжение в материалистическом пантеизме Б. Спинозы. Учение о совпадении противоположностей получило свое развитие в немецкой классической философии.

Если Н. Кузанский через призму платонизма в основном рассматривает проблемы онтологии и гносеологии, то Марсилио Фичино больше внимания уделяет социально-этической проблематике, в центре которой стоит человек. Усилиями М. Фичино была создана Флорентийская платоновская академия. Не имея своего устава, постоянного членства, академия объединяла наиболее выдающихся деятелей культуры – философов и поэтов, художников и политиков. На базе этого центра осуществлялась переводческая и комментаторская деятельность М. Фичино, благодаря которой достоянием стали не только сочинения античного мыслителя Платона, но и произведения эллинистического неоплатонизма Плотина, Ямвлиха, Порфирия, Прокла.

Рассматривая соотношение богословия и философии, Фичино предпочитает видеть в философии не “служанку” богословия, а “сестру” религии. Более того, философия должна стать “ученой” религией, открывающей разуму вечные истины, заключенные в вере. Не религии, а философии под силу решить проблему перехода от высшего Единства – к. множественности, от неподвижности божественного первоначала – к существованию конкретных вещей. Решение этой проблемы должно выявить внутреннее единство космоса, объединяющего Бога, природу и человека. Бог везде, но он не растворяется в природе, а поглощает ее. В результате природа больше чем всеобщая протяженность телесных вещей. Не Бог распространяется в мире, а мир простирается в Боге. Внутреннее единство космоса, переход от Единства к множественности осуществляет душа. Душа, как посредник, объединяет мир тленный и мир бесконечный, “образы божественных сущностей, от которых она происходит ” и “образцы низших вещей, которые некоторым образом сама и производит”. Душа – главная сила, обуславливающая движение космоса и жизнь вещей мира. Причем движение рассматривается не как движение от другого, а как самодвижение. Преодолевая средневековое противостояние мира тленного и мира небесного, М. Фичино создает картину гармонического мироустройства. Движение от Бога к миру и от мира к Богу называется тремя именами. Поскольку оно берет начало от Бога – именуется Красотой; поскольку, приходя в мир, охватывает его – Любовью; поскольку, возвратившись к своему создателю, соединяется с ним – Наслаждением.[12] Посему рожденный царствовать, человек не должен быть рабом в ожидании свободы в потустороннем мире. Он должен быть человеком на земле, в этом мире.

Прославляя мощь человека и его величие, восхищаясь его удивительными творениями, мыслители эпохи Возрождения неизбежно приходили к сближению человека с Богом. “Человек укрощает ветры и побеждает моря, знает счет времени… Кроме того, он с помощью светильника превращает ночь в день. Наконец, божественность человека раскрывает нам магия. Она руками человека творит чудеса – как те, которые может творить природа, так и те, которые может сотворить только Бог”.[13]

В подобных рассуждениях Дж. Манетти, Томаззо Кампанеллы и других мыслителей Возрождения проявилась важнейшая характеристика гуманистического антропоцентризма – тенденция к обожествлению человека. Однако гуманисты не были ни еретиками, ни атеистами. В подавляющем большинстве они оставались верующими. Но если христианское мировоззрение утверждало, что на первом месте должен стоять Бог, а затем человек, то гуманисты выдвигали на первый план человека, а затем говорили о Боге. Присутствие Бога в философии даже самых радикально настроенных мыслителей Возрождения предполагало вместе с тем критическое отношение к церкви как социальному институту. Гуманистическое мировоззрение таким образом включает и антиклерикальные взгляды. Однако, до середины ХVI века преследование гуманистов со стороны католической церкви – явление крайне редкое. Поборники новой светской культуры не боялись костров инквизиции и слыли добрыми христианами.

Учение о свободе человека явилось стержнем философской антропологии Пико делла Мирандолы. Человек – это особый мир космоса. Он не обладает собственной (земной, небесной, ангельской) природой. Он должен сделать себя сам в условиях свободного, а стало быть, естественного выбора. Человек может подняться до заоблачных высот или опуститься ниже скотины. В свободе выбора Пико делла Мирандола видит “высшее и восхитительное счастье человека, которому дано владеть тем, чем пожелает, и быть тем, кем хочет”.[14]

Важнейшей его идеей стала идея достоинства личности (“Речь о достоинстве человека”), указывающая на особые свойства человека по сравнению с другими существами и особое положение его в мире: “Не даем мы тебе, о Адам, ни своего места, ни определенного образа, ни особой обязанности, чтобы и место, и лицо, и обязанности ты имел по собственному желанию, согласно своей воле и своему решению[15] .

Человеческая природа в философии неоплатонизма предстает как результат свободной творческой деятельности, а не есть раз и навсегда данное. Это – итог самостоятельного и ответственного выбора. “Божественность ” человека заключается не в том, что он – творение Божие, “созданное по образу и подобию”, а в том, что она (божественность ) как человеческое совершенство – не дана, а достижима. Нужна негативная реакция на сущее и желание должного; нужен выход за пределы наличной природы; нужны значительные творческие усилия и ответственный выбор, и тогда человек может обрести “божественность” как высшую меру

Предназначение человека заключается не в пассивном наслаждении, а в творческой жизнедеятельности. Только в творческом деянии человек обретает возможность наслаждаться этим миром. Таким образом, этика гуманизма, приписывая уму человека и его деяниям атрибут божественности, противостоит средневековой этике аскетизма и пассивности.

Философия гуманизма “реабилитировала ” мир и человека, поставила, но не решила проблему соотношения божественного и природного, бесконечного и конечного. Решение этой онтологической проблемы стало содержанием неоплатонического периода развития философии Возрождения.

3. Пантеистическая натурфилософия Ренессанса

К середине XVI в. философия гуманизма и философия неоплатонизма выполнили свое назначение. На их место приходит натурфилософия. Она становится... определяющим фактором развития философской мысли на пути становления ее суверенитета. Опираясь на достижения естествознания и ренессанского неоплатонизма, натурфилософия формирует новую картину мира, освобожденную от теологии. Основу ее метода составляет “рассмотрение природы, исходя из ее собственных начал”. Начало натурфилософии положил Бернардино Телезио. Свою философскую доктрину Б. Телезио изложил в сочинении “О природе вещей согласно ее собственным началам”. Уже в самом названии работы заложена исследовательская программа. Здесь и упоминание о материалистической традиции мыслителей античности, и заявка на новый метод – изучать природу в соответствии с ее собственными началами, заключенными в ней самой и из нее выводимыми. Божественное начало исключается из природы, отсутствует оно и в сфере философского анализа. Формально Телезио признает Бога в качестве демиурга. Но естествоиспытателю нет никакого дела до акта творения. Его интересует природа, как она есть. Поскольку в античной философии, а тем более в схоластике средневековья доминировала умозрительная методология, Б. Телезио противопоставил ей опытную методологию. Опыт, основанный на чувствах, ближе к конкретным явлениям и процессам природы, а посему только он может служить критерием истинности и составить основу естествознания. В заявке на опытную методологию у Телезио проявляется сенсуалистический редукционизм и декларация без достаточного основания. И все же при оценке его учения нужно проявить определенную снисходительность, помня о том, что философия Б. Телезио – это первый шаг на пути эмансипации философии. Первые шаги самые трудные и не всегда безупречны. Это почувствовал и Б. Телезио, когда перешел от исследования конкретных вещей к осмыслению картины природы в целом когда он столкнулся с тем, что качественная интерпретация природы доминирует над эмпирическим материалом, его количественными характеристиками. Оказалось, что “чувственная очевидность” не столь уж и очевидна[16] .

Мысль о единстве космоса, о всеобщей одушевленности природы, понимание природы как “внутреннего мастера”, а человека как высшего самотворения – все это получило дальнейшее развитие в натурфилософии эпохи Возрождения, преддверием которой была философия естествознания. И натурфилософия и новое естествознание были подготовлены общим развитием философии гуманизма. Гуманистический антропоцентризм обеспечил устойчивую веру человека в способность познать мир и самого себя в этом мире.

Наиболее глубокие результаты натурфилософия получила в творчестве Джордано Бруно, с чьим именем связан решающий поворот в утверждении новой космологии. Центральная идея космологической доктрины Бруно – тезис о бесконечности Вселенной: “Она никоим образом не может быть охвачена и поэтому неисчислима и беспредельна, а тем самым бесконечна и безгранична…”[17]

Эта Вселенная не сотворена, она существует вечно и не может исчезнуть. Она неподвижна, “ибо ничего не имеет вне себя, куда бы могла переместиться, ввиду того, что она является всем”[18] .

В самой же Вселенной происходит непрерывное движение и изменение. Обращаясь к характеристике этого движения, Бруно указывает на его естественный характер. Он отказывается от идеи внешнего перводвигателя, т. е. Бога, а опирается на принцип самодвижения материи. Положение о бесконечности Вселенной позволило Дж. Бруно по-новому поставить вопрос о центре мира, отрицая при этом не только геоцентрическую, но и гелиоцентрическую системы. Центром Вселенной не может быть ни Земля, ни Солнце, потому что существует бесчисленное множество миров. И у каждого мира-системы есть свой центр – его звезда.

Разорвав границы мира и утвердив бесконечность Вселенной, Бруно оказывается перед необходимостью выработать новое представление о Боге и его отношении к миру. Решение этой проблемы свидетельствует о пантеистической позиции мыслителя. Бруно утверждает, что природа есть Бог в вещах, он не противостоит миру как его творец, а находится в самой природе как внутреннее деятельное начало. Если в рассуждениях Николая Кузанского природа как бы погружается в Бога, который сохраняет свою обособленность от мира, то у Бруно Бог отождествляется с природой, и он немыслим вне материального мира. В этом состоит кардинальное отличие натуралистического пантеизма Бруно от мистического пантеизма Кузанского.

У истоков нового естествознания стоят такие мыслители, как Леонардо да Винчи и Николай Коперник. Феномен Леонардо справедливо рассматривается как наиболее полное воплощение своей эпохи, которая нуждалась в титанах и рождала титанов. Своей многогранной творческой деятельностью он проложил дорогу науке будущего. Его многочисленные заметки, сделанные особым зеркальным почерком, не предназначались для печати. Они не стали достоянием современников. Похоже, он работал для будущих поколений. Откровению Священного писания, астрологии и алхимии, сновидениям и мистике Леонардо противопоставил опыт. Обращение к опыту, как источнику познания, явилось следствием повседневной практики естествоиспытателя. Он полагает, что неапробированная мысль может породить обман, не приблизить, а увести от истины. Только знание, опирающееся на опыт, может претендовать на достоверность, а последняя является отличительным признаком подлинной науки. Теология не имеет опоры в опыте, а посему не может быть наукой, не может претендовать на обладание истиной. Не может быть науки и там, где опыт подменяют спор и крики, где бал правят эмоции. Другую помеху на пути к истине Леонардо усматривает в излишнем преклонении перед авторитетами. Не подражать нужно, а работать, искать. Схоластическому методу обоснования догматов церкви Леонардо да Винчи противопоставляет экспериментальный метод, в основе которого лежит опыт. Надо отдать должное естествоиспытателю, он не абсолютизирует опыт, а подчеркивает необходимость его многократного повторения. “Влюбленный в практику без науки – словно кормчий, ступающий на корабль без руля или компаса; он никогда не уверен, куда плывет. Всегда практика должна быть воздвигнута на хорошей теории… Наука – полководец, и практика – солдаты”[19] . Экспериментальному методу Леонардо недостает устойчивых принципов, отсутствует логическая структура. И в этом смысле его метод не дотягивает до уровня методологии, но этот метод был достаточным основанием для заявки на новую методологию, на новую картину мира. Интересные суждения высказывает Леонардо да Винчи и по проблемам космологии. Его мысль, что не Земля, а, скорее, Солнце выступает центром нашей вселенной, предвосхищала гелиоцентризм и подрывала теоцентризм схоластики с его геоцентрической концепцией. Солнце Леонардо – это возведенная в символ физическая реальность, источник тепла и жизни природы, тела и души; условие и основание гармонии мира. Душа неразрывно связана с телом. Она формирует тело, выступает творческим, деятельным началом. Духовное начало не противостоит телесному, а природное – божественному. Все находится в состоянии гармонии. Но мысль о гармонии мира вовсе не безоблачная, как это имело место в философии гуманизма. Она несет на себе печать мрачности и даже трагизма. Это относится прежде всего к размышлениям Леонардо о человеке, его месте и роли в мире.

Как наследник философии гуманизма, Леонардо да Винчи продолжает утверждать, что человек есть “величайшее орудие природы”, что лучшие из людей по праву могут быть “земными богами”. Но мысль о величии человека оборачивается грустными размышлениями о ничтожестве человеческих помыслов и поступков, когда “некоторые люди должны называться не иначе, как проходами для пищи…, потому что ничего хорошего ими не совершается, а потому ничего от них и не останется, кроме полных нужников!”[20]

“Земной бог ” и “наполнитель нужников” – таков диапазон оценки человека, подтверждающий мысль Пикоделла Мирандолы о свободе человека, способного подняться до заоблачных высот или опуститься до скотского состояния. Подобные коррективы философии гуманизма свидетельствуют о том кризисе, в котором находилось общество. Социальные катаклизмы до основания потрясают социальную действительность эпохи Возрождения. В недрах старого общества формируется новое.

Эпоху Возрождения именуют эпохой “великих открытий”. Однако ни одно из них не имело такого значения, как созданная Н. Коперником гелиоцентрическая система мира. Опубликованная в 1543 г. работа Н. Коперника “Об обращении небесных сфер” сыграла решающую роль в пересмотре представлений о мире. Разработке концепции гелиоцентризма Коперник посвятил всю свою жизнь. Но он не спешил сделать ее достоянием гласности, ибо не без оснований опасался преследований со стороны церкви. Новая космология требовала пересмотра не только Птолемеевой астрономии, но и ортодоксального толкования католической теологии. Под сомнение

Ставилось деление мира на “тленную” земную субстанцию и вечную небесную субстанцию. Упразднялось теологическое противопоставление земли и неба. Земля не центр и не претендует на противостояние. Она образует с другими планетами единую Вселенную, пребывающую в постоянном самодвижении. Гелиоцентрическая концепция Коперника отбрасывала идею перводвигателя, лишала места для “ангелов” схоластической теологии.

Опасение Н. Коперника оправдалось. В 1616 г. его учение было запрещено как “глупое, философски ложное, решительно противоречащее Святому писанию и прямо еретическое”.

Учение Коперника развивает Иоганн Кеплер. Его научные идеи стали непосредственной предпосылкой развития науки и философии Нового времени. Отдавая должное современникам, занимаясь астрономией, И. Кеплер составлял гороскопы. Гороскопы имели повышенный спрос, что позволило Кеплеру назвать астрологию незаконной дочерью астрономии, которая кормит свою мать, спасая ее от голода. Астрономию и астрологию объединяет общая идея – взаимовлияние и взаимодействие небесных светил. Предвосхищая открытие закона всемирного тяготения, Кеплер обосновал положение о том, что планеты движутся вокруг Солнца не по идеальным круговым, а по эллиптическим орбитам; что движение планет вокруг Солнца неравномерно и что время обращения планет зависит от их расстояния до Солнца. И. Кеплер создал научную астрономию, на которую ориентировались в своем развитии естествознание и философия, с которой пришлось считаться и религии. Его открытия создали предпосылку для реабилитации учения Коперника. Еще один шаг в становлении науки как самостоятельной формы сознания общества, как специфического вида освоения мира сделал Галилео Галилей. Занимаясь вопросами математики и механики, он сконструировал телескоп с увеличением в 30 раз. Благодаря телескопу небо предстало совершенно в новом виде. Пораженные современники говорили: “Колумб открыл новый материк, Галилей – новую Вселенную”[21] . Это был еще один удар по теолого-схоластическому мировоззрению. Служителям церкви ничего другого не оставалось как объявить, что “телескоп – это штучка дьявола, обманывающая глаз наблюдателя”. Галилей был вызван в святую инквизицию для увещевания. Подчинившись внешне, Галилей продолжал работать над созданием основ естествознания. Его “Диалоги о двух важнейших системах мира, птолемеевской и коперниковской” стали программой науки, закладывали основания новой картины мира и новой методологии научных исследований.

Видя в природе не только совершенное божественное творение, но прежде всего совокупность присущих ей закономерностей, свободных от непосредственного вмешательства, натурфилософия эпохи Возрождения открывала путь дальнейшему развитию экспериментального естествознания, возникновению классической механики Ньютона, созданию философских концепций ХVII-XVIII вв.

Заключение

При рассмотрении философских исканий эпохи Возрождения, необходимо отметить неоднозначность оценок ее наследия. Несмотря на общее признание уникальности ренессансной культуры в целом этот период долгое время не считался оригинальным в развитии философии и, следовательно, достойным выделения в качестве самостоятельного этапа философской мысли. Однако двойственность и противоречивость философского мышления этого времени не должны умалять его значения для последующего развития философии, ставить под сомнение заслуги мыслителей Ренессанса в преодолении средневековой схоластики и созданию основ философии Нового времени.

Историческое значение эпохи возрождения связывают с идеологией и художественной практикой гуманизма, провозгласившего величие и достоинство человека, его красоту и совершенство, и утвердившего незыблемость прав человека на счастливую жизнь, творческую деятельность.

Гуманисты подчеркнули самоценность человеческой личности, независимость достоинства личности от происхождения и родовитости, способность человека к постоянному совершенствованию и уверенность в его безграничных способностях. Они видели его предназначение в активном созидательном действии, познании и преобразовании, в украшении своим трудом, развитии искусств, наук и ремесел.

Благодаря филологической и переводческой деятельности филсофов эпохи Возрождения, европейская философия получила в свое распоряжение многочисленные памятники греческой и римской философской мысли, а также их комментарии. Но последние, в отличие от средневековых, были ориентированы не на противостояние, а на диалог, взаимопроникновение земного, природного и божественного.

Список использованной литературы

1. Бруно Дж. Диалоги. М.: Гос. Изд-во полит. Литературы, 1949.

2.Валла Л. О наслаждении// Антология мир. философии. Т.2 М.: Мысль, 1970.

3. Горфункель А. X. Философия эпохи Возрождения. М., 1980.

4. Гуревич А. Я. Категории средневековой культуры. М.: Мысль, 1972.

5. Данте Алигьери. Божественная комедия. М., 1992.

6. Джованни Пико делла Мирандола, Речь о достоинстве человека // Эстетика Ренессанса: Антология. Т.1. М.: Исскуство, 1981.

7. Золотухина Е. В. Кохановский В. П. Философия для аспирантов. – М.: Феникс, 2006

8. Зубов В. П. Леонардо да Винчи. М., 1961.

9. Кампанелла Т. О превосходстве человека над животными и о божественности его души // Эстетика Ренессанса: Антология. Т.1. М.: Искусство, 1981.

10. История эстетики. Памятники мировой эстетической мысли. М., 962.Т. 1.

11. Кузанский Н. Соч. в 2 томах. Т. 2. М., 1979.

12. Леонардо да Винчи. Об истинной и ложной науке // Антология мировой философии. Т.2. М.: Мысль, 1970.

13. Медведев И. П. Византийский гуманизм XIV-XV вв. Л., 1976.

14. Новейший философский словарь / Сост. А. А. Грицанов. – Мн.: Изд. В. М. Скакун, 1998.

15. Неретина С. С. Абеляр и Петрарка: пути самопознания личности //Вопросы философии. 1992. № 3.

16. Реале Дж., Антисери Д. Западная философия от истоков до наших дней. Т.2. СПб.: Петрополис, 1994.

17. Философия Ренессанса // в кн.: История философии в кратком изложении – М.: 1991.

18. Философия: учебник/ Под. ред. В. Н. Лавриненко, В. П. Ратникова. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2010. с. 106

[1] Философия: учебник/ Под. ред. В. Н. Лавриненко, В. П. Ратникова. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2010. с. 106

[2] Новейший философский словарь / Сост. А. А. Грицанов. – Мн.: Изд. В. М. Скакун, 1998. – с.98

[3] Данте Алигьери. Божественная комедия. М., 1992.

[4] Неретина С. С. Абеляр и Петрарка: пути самопознания личности //Вопросы философии. 1992. № 3.

[5] Золотухина Е. В. Кохановский В. П. Философия для аспирантов. – М.: Феникс, 2006 с.97

[6] Философия Ренессанса // в кн.: История философии в кратком изложении – М.: 1991. с.295

[7] Реале Дж., Антисери Д. Западная философия от истоков до наших дней. Т.2. СПб.: Петрополис, 1994. с.247

[8] Вала Л. О наслаждении// Антология мировой философии. Т.2 М.: Мысль, 1970. с. 81

[9] Гуревич А. Я. Категории средневековой культуры. М.: Мысль, 1972. с.273

[10] Медведев И. П. Византийский гуманизм XIV-XV вв. Л., 1976. С. 61

[11] Кузанский Н. Соч. В 2 т. Т. 2. М., 1979. С. 103.

[12] Горфункель А. X. Философия эпохи Возрождения. М., 1980. с. 88.

[13] Кампанелла Т. О превосходстве человека над животными и о божественности его души//Эстетика Ренессанса: Антология. Т.1. М.: Искусство, 1981. с.422, 424

[14] История эстетики. Памятники мировой эстетической мысли. М., 1962. Т. 1. с. 508.

[15] Джованни Пико делла Мирандола, Речь о достоинстве человека // Эстетика Ренессанса: Антология. Т.1. М.: Искусство, 1981. с.249.

[16] Философия: учебник/Под ред. В. Н. Лавриненко, В. П. Ратникова. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2010. с.121

[17] Бруно Дж. Диалоги. М.: Гос. Изд-во полит. Литературы, 1949. с. 273.

[18] Там же. с.273

[19] Леонардо да Винчи. Об истинной и ложной науке // Антиология мировой философии. Т.2. М.: Мысль, 1970. с.87

[20] Зубов В. П. Леонардо да Винчи. М., 1961. с. 66, 257.

[21] Золотухина Е. В. Кохановский В. П. Философия для аспирантов. – М.: Феникс, 2006 с.108


Зараз ви читаєте: Философия антропоцентрического гуманизма