Философия Канта 2

СОДЕРЖАНИЕ

<КРИТИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ> КАНТА 2

<ДОКРИТИЧЕСКИЙ> ПЕРИОД В ФИЛОСОФИИ КАНТА И

ЕГО ЕСТЕСТВЕННОНАУЧНЫЕ РАБОТЫ 3

ФИЛОСОФСКИЕ РАБОТЫ КАНТА В <КРИТИЧЕСКИЙ>

ПЕРИОД 4

УЧЕНИЕ КАНТА О ЗНАНИИ 6

УЧЕНИЕ О ФОРМАХ ЧУВСТВЕННОГО ПОЗНАНИЯ 7

УЧЕНИЕ КАНТА ОБ АПРИОРНЫХ ФОРМАХ РАССУДКА.

КАТЕГОРИИ 8

УЧЕНИЕ КАНТА О ГНЕСИОЛОГИЧЕСКИХ УСЛОВИЯХ

ВОЗМОЖНОСТИ ТЕОРЕТИЧЕСКОГО ЕСТЕСТВОЗНАНИЯ. 8

ВОПРОС О ВОЗМОЖНОСТИ <МЕТАФИЗИКИ>.

ТРАНСЦЕНДЕНТАЛЬНАЯ ДИАЛЕКТИКА. 9

ЭТИКА КАНТА. 11

ЭСТЕТИКА КАНТА. 13

СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ИСТОРИЧЕСКИЕ

ВЗГЛЯДЫ КАНТА. 13

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ. 15

<КРИТИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ> КАНТА

И. Кант родился в 1724 г. в Кенигсберге, в семье ремес­ленника. Здесь же Кант учился, учительствовал, стал профессо­ром университета, а в последствии – и его ректором; здесь же он написал все свои труды и здесь же он умер (1804).

Кант был не только философом, но и крупным ученым в области естествознания: космогонии, физической географии, антропологии. В Кенигсбергском университете, кроме философ­ских наук, Кант преподавал ряд естественных наук. Особенно много Кант трудился по вопросам естествознания в первые пол­тора десятилетия своей деятельности.

Философское развитие Канта делится на два периода. В

Первый период (до начала 70-х годов) Кант пытался решать фи­лософские проблемы – вопросы о бытии, философии природы, философии религии, этики, логики, исходя из убеждения, что философия может быть разработана и обоснована как умозри­тельная наука т. е. без обращения к опытным данным. В этот период Кант находился под влиянием рационалистической фи­лософии Вольфа и его учеников. Знакомство Канта с агности­цизмом Юма в 60-х годах поколебало его прежнюю веру в спо­собность разума дать умозрительное познание истинной сущно­сти вещей.

Во второй период (с начала 70-х годов) Кант пытается строго отделить <явления> от <вещей в себе>; последние, по мнению Канта, не могут быть даны в опыте. Теперь Кант пыта­ется доказать, будто вещи сами по себе непознаваемы; мы-де познаем лишь <явления> или тот способ, каким эти <вещи в се­бе> воздействуют на нас.

Учение, сложившееся в этот период, было учением агно­стицизма. Сам Кант называл его <критикой разума>.

Кант понимал, что это его учение ограничивает разум, поскольку оно отказывает разуму в способности познания сущ­ности вещей, оставляя за ним только познание явлений. Кант полагал, что такое ограничение разума познанием одних лишь явлений необходимо для развития науки, т. к. оно лишает осно­вания всякого рода логические <доказательства> бытия бога, потустороннего мира и т. п. Однако Кант все же считал, что ве­рить в бога не только можно, но и необходимо, так как без ве­ры нельзя примерить требование нравственного сознания с су­ществованием зла.

Отсюда видно, что в философском развитии Канта отра-

Зилась слабость современного ему немецкого бюргерства. Кант

Не верит в то, что зло, существующее в общественной жизни, может быть устранено. Он ищет утешения в вере: гармония и нравственный порядок возможны не в реальной эмпирической жизни, а в мире <умопостигаемом>. Вера в бога – гарантия то­го нравственного порядка, который не может быть найден в эмпирическом мире.

Но если результат, к которому пришел Кант во второй

Период своего развития, играл на руку вере, ограничивал разум в пользу религии, то путь, по которому Кант шел к этому ре­зультату, мотивы, по которым Кант предпринял свою>критику> разума, имели глубокие гносеологические корни и зачастую на­ходились в противоречии со стремлением подчинить разум вере. На этом пути он пытался:

1) выяснить источники различных видов знания – на­учного и философского;

2) выяснить, на чем основывается достоверность зна­ния в математике и в естествознании;

3) исследовать формы и категории научного мышления и т. д.

Так как основной задачей философии во второй период

Своего развития Кант признал критику разума и других способ­ностей познания, то впоследствии философию Канта, в период после 70-х годов, стали называть <критической>, а самый этот период – <критическим>. А так как до начала 70-х годов <критика> в философии Канта только еще намечалась, но не главенствовала, то первый период философского развития Кан­та стали называть <докритическим>.

<ДОКРИТИЧЕСКИЙ> ПЕРИОД В ФИЛОСОФИИ КАН­ТА И ЕГО ЕСТЕСТВЕННОНАУЧНЫЕ РАБОТЫ

В работах <докритического> периода наряду с философ-

Скими произведениями важное место занимают произведения, посвященные вопросам естествознания. В этих работах Кант поставил вопрос о развитии в природе. В отличие от Ньютона

Кант делает попытку приложить принципы современного ему естествознания к объяснению не только строения солнечной системы в настоящее время, но и к объяснению ее возникнове­ния и развития.

В книге <Всеобщая естественная история и теория неба>

(1755) Кант развил гениальную гипотезу, согласно которой солнечная система возникла из огромного облака разреженных в пространстве частиц материи и развилась до своего нынешне­го устройства согласно законам, открытым в физике Ньютоном. Не ограничившись общей теорией образования солнечной системы, Кант пытался решить и более специальные вопросы, касающиеся истории Земли. Он поставил вопрос о роли прили­вов и отливов в истории Земли и доказал, сто в результате это­го явления скорость суточного вращения земли замедляется.

В физике Кант обосновал учение об относительности дви-

Жения и покоя, развил дальше идеи Декарта и Галилея. В био­логии Кант наметил идею генеалогической классификации жи­вотного мира, т. е. распределения различных классов животных по порядку их возможного происхождения. Наконец, в исследо­ваниях по антропологии Кант выдвинул идею естественной ис­тории человеческих рас.

Однако, излагая учение о естественном происхождении и

О развитии солнечной системы, Кант не делает отсюда последо­вательных материалистических выводов. Он допускает ряд ус­тупок религии и господствовавшей в школах того времени те­леологии.

Так, признавая бесконечность процесса развития мира,

Кант вместе с тем полагает, будто этот процесс все же имел на­чало. Механические законы вместе с тем обнаруживаются в ма­терии, но не вытекают из нее, и причиной мира является, по Канту, не материя, а бог. Таким образом, божественная перво­причина сохраняется в ослабленном виде, акт божественного творения отделяется от процесса естественного развития, а са­мый процесс этот провозглашается независящим от вмешатель­ства бога.

ФИЛОСОФСКИЕ РАБОТЫ КАНТА В

<КРИТИЧЕСКИЙ> ПЕРИОД

В работах <докритического> периода Кант вначале нахо-

Дился под влиянием рационалистической философии Лейбница – Вольфа. Рационалисты – учителя Канта – думали, будто реаль­ная связь между причиной и ее действием не отличается от ло­гической связи между основанием и следствием. Под влиянием Юма Кант отказался от этого взгляда. Связь между причиной и действием – только фактическая, эмпирическая, она не может быть выведена логическим путем, в силу чего одной логики не­достаточно для тог, чтобы обосновать теоретическое естество­знание.

В то же время из учений предшествующего рационализма

Кант сохранил убеждение, будто науки, состоящие из утвержде­ний, имеющих всеобщее и необходимое значение (математика, естествознание), не могут иметь своим источником опыт, кото­рый всегда не полон, незавершен и, следовательно, не дает ос­нований для такого рода обобщений. Однако таким источни­ком, по Канту, не может быть и разум. А между тем знание, имеющее всеобщее и необходимое значение, или достоверное значение, по терминологии Канта, все же существует. Его ис­точником являются будто бы независимые от опыта и предшест­вующие ему (<априорные>) формы чувственности и рассудка. <Критическая философия> Канта сформировалась к нача­лу 80-х годов. Учение это было изложено в трактатах <Критика чистого разума> (1781), <Критика практического разума> (1788) и <Критика способности суждения> (1790). В первой из этих книг Кант изложил свое учение о познании, во второй – этику, в третьей – эстетику и учение о целесообразности в при­роде.

Основу всех трех <Критик> составляет учение Канта о

<вещах в себе> и <явлениях>. По Канту, существует независя­щий от нашего сознания (от ощущений, от мышления) мир ве­щей, их Кант называет <вещами в себе>.

Познание начинается, по Канту, с того, что <вещи в себе>

Воздействуют на органы чувств и вызывают ощущения. В этой

Предпосылке своего учения о существовании <вещей в себе>

Кант – материалист. Здесь первичное для него – не наше созна-

Ние а вещи материального мира. Однако, как только Кант пере­ходит к исследованию вопроса о познании – о его формах и границах, он покидает материалистическую точку зрения и раз­вивает идеалистическое учение о познании.

Идеализм этот состоит в утверждении, будто ни ощущения нашей чувственности, ни понятия и суждения нашего рассудка, ни понятия (или <идеи>) нашего разума не дают нам и не могут дать теоретического знания о <вещах в себе>. Правда, досто­верное знание, по Канту, существует: это математика и естест­вознание. Истины этих наук всеобщие и необходимые. Но как ни достоверны эти истины, знание, которое они нам дают, не есть знание <вещей в себе>. Это знание лишь о тех сторонах, свойст­вах, отношениях вещей, к которым приложимы формы нашего сознания: ощущения, понятия (категории), суждения. О том же, к чему эти формы не могут быть применены, у нас вовсе не мо­жет быть никакого знания: <вещи в себе> не познаваемы. По­знаваемы только явления. Стало быть, непознаваемость <вещей в себе>, по Канту, принципиальная. Прогресс эмпирического знания не приближает нас к познанию <вещей в себе>. послед­ние всегда были и всегда будут за пределами нашего познания. Основная черта <критической философии> Канта – прими­рение материализма с идеализмом – агностицизм.

Учение Канта о непознаваемости <вещей в себе> носит идеалистический характер потому, что <вещи в себе> оказыва­ются, в конечном счете, у Канта трансциндентными, потусто­ронними, существующими вне времени и пространства. Время же и пространство, количество, качество, причинность и все другие объективно существующие связи и отношения рассмат­риваются Кантом как субъективные, существующие благодаря сознанию.

УЧЕНИЕ КАНТА О ЗНАНИИ

Учение Канта о знании опирается на его теорию сужде-

Ния. По Канту, знание всегда выражается в форме суждения, в котором мыслится какое-то отношение или связь между двумя понятиями – субъектами и предикатами суждения. Существует два вида этой связи. В одних суждениях предикат не дает ново­го знания о предмете сравнительно с тем знанием, которое уже мыслится в субъекте. Такие суждения Кант называет аналитиче­скими. Пример аналитического суждения: <все тела имеют про­тяжение>. В этом суждении предикат – понятие <имеют протя­жения> – не дает никакого нового знания сравнительно с тем знанием, которое имеется в понятии <тела> – в субъекте сужде­ния. Рассматривая понятие <тело>, мы находим среди прочих его признаков признак <имеет протяжение>. Признак этот ло­гически выводится из субъекта – из понятия о теле.

Но есть суждения, в которых связь между субъектом и предикатом нельзя получить посредством простого анализа по­нятия субъекта. В них предикат не выводится из субъекта, а со­единяется с субъектом. Такие суждения Кант называет синте­тическими. Пример синтетического суждения: <некоторые тела тяжелы>. Понятие о теле не заключает в себе необходимо при­знак тяжести, он соединяется в мысли с понятием о теле, и это соединение – синтез.

В свою очередь синтетические суждения Кант делит на два класса. В одном из них связь предиката с субъектом мыслится потому, что связь эта обнаруживается в опыте. Таково, напри­мер, суждение <некоторые лебеди черны>. Такие синтетические суждения Кант называет апостериорными.

Другой класс составляют синтетические суждения, в кото-

Рых связь между предикатом и субъектом будто бы не может ос­новываться на опыте. Она мыслится как связь, предшествующая опыту и независящая от него. Такие синтетические суждения

Кант называет априорными, например: <все, что случается, име­ет причину>. Суждение это, по Канту, априорное, так как мыс­лимая в нем связь между его субъектом и предикатом не может основываться на опыте: в суждении говорится обо всем, что случается, но из опыта нам может быть известна лишь часть то­го, что случается.

Ввиду значения, какое Кант приписывает априорным син­тетическим суждениям, основной для Канта вопрос об источни­ках знания, о видах знания и о его границах формулируется как вопрос о возможности априорных синтетических суждений в каждом из видов знания. Так как Канта интересует главным образом три вида знания – математика, теоретическое естество­знание и <метафизика> (умозрительное познание всего сущего), то вопрос об априорных синтетических суждениях Кант ставит в троякой форме:

1. как возможны такие суждения в математике;

2. как возможны они в теоретическом естествознании;

3. возможны ли они в <метафизике>.

Решение этих трех вопросов Кант связывает с исследова­нием трех основных способностей познания:

1. чувственности;

2. рассудка;

3. разума.

Чувственность – способность ощущений, рассудок – спо­собность понятий и суждений, разум – способность умозаклю­чений, доходящих до <идей>. <Идеи> – понятия о безусловном единстве всех обусловленных явлений.

УЧЕНИЕ О ФОРМАХ ЧУВСТВЕННОГО ПОЗНАНИЯ

Вопрос о возможности априорных синтетических сужде-

Ний в математике Кант рассматривает в учении о формах чув­ственного познания. По Канту, элементы математического зна­ния – не понятия, а наглядные представления, или чувственные созерцания (чувственные <интуиции>). В суждения математики синтез субъекта с предикатом основывается либо на чувствен­ном созерцании пространства (в геометрии), либо на чувствен­ном созерцании времени (в арифметике). Пространство – апри­орная форма внешнего чувственного созерцания. Именно ап­риорность и сообщает, по Канту, созерцаниям пространства их безусловную всеобщность и необходимость.

И точно так же, по Канту, время – априорная форма внут­реннего чувственного созерцания. Априорность сообщает и со­зерцаниям времени их безусловную всеобщность и необходи­мость.

Это учение о пространстве и времени как об априорных формах чувственного созерцания есть субъективный идеализм. У Канта пространство и время перестают быть формами сущест­вования самих вещей. Они становятся априорными формами нашей чувственности.

Априорные синтетические суждения в математике возмож-

Ны, потому, что в основе всех положений математики лежат ап­риорные формы нашей чувственности – пространство и время. Безусловная всеобщность и необходимость истин в математике относится не к самим вещам, она имеет значимость только для нашего ума, со свойственной ему априорностью форм чувствен­ного созерцания. Для ума, организованного иначе, чем наш, истины математики не были бы непреложными.

УЧЕНИЕ КАНТА ОБ АПРИОРНЫХ ФОРМАХ РАС­СУДКА. КАТЕГОРИИ

Условием возможности априорных синтетических сужде-

Ний в теоретическом естествознании являются, по Канту, кате­гории. Это – будто бы независимые от доставляемого опытом содержания понятия рассудка, под которые рассудок подводит всякое содержание, получаемое им из наших чувственных со­зерцаний.

Учение Канта о категориях рассудка так же идеалистично,

Как его учение о формах чувственности. У Канта категории – не форма бытия, а понятия нашего рассудка. Понятия эти не есть отношения содержания, найденного в чувственном опыте, это только формы, под которые рассудок подводит доставляемый чувственностью материал. Будучи такими понятиями, катего­рии априорны. Они не развиваются. Между ними почти нет пе­реходов.

Учение Канта о чувственности и о рассудке есть введение учения о знании. По Канту, ни ощущения, ни понятия сами по себе еще не дают знания. Ощущения без понятий – <слепы>, а понятия без ощущений – <пусты>. Знание всегда состоит в со­единении (синтезе) ощущений с понятиями. Поэтому перед Кан­том возникает вопрос: каким образом разнообразие чувствен­ных созерцаний превращается посредством априорных форм рассудка в единство. По Канту, высшее условие такого единст­ва состоит не в материальном единстве самого предмета, а в единстве самосознания.

Единство самосознания, по Канту, предшествует возмож-

Ности всякого соединения чувственных созерцаний, т. е. апри­орно. Оно не зависит от конкретного содержания самих чувст­венных созерцаний и потому формально.

УЧЕНИЕ КАНТА О ГНЕСИОЛОГИЧЕСКИХ УСЛОВИ­ЯХ ВОЗМОЖНОСТИ ТЕОРЕТИЧЕСКОГО ЕСТЕСТВО­ЗНАНИЯ.

На этих основах Кант разработал свой ответ на второй

Вопрос <критики> – вопрос о том, как возможно теоретическое естествознание. Ответ этот есть вместе с тем ответ на более об­щий вопрос: как возможно научное познание, имеющее объек­тивное значение? При этом, однако, под <объективностью> знания Кант понимает не отражение в нашем знании объектив­ной реальности, а логическую всеобщность и необходимость.

В основе всех суждений естественных наук, по Канту, ле-

Жат общие и необходимые законы. Как бы ни отличались между собой предметы и явления естественных наук, но научным зна­нием они могут быть только при условии, если рассудок мыслит предметы и явления природы как подчинение трем законам:

1. закону сохранения субстанции,

2. закону причинности,

3. закону взаимодействия субстанций.

Будучи всеобщими и необходимыми законы эти, однако, принадлежат не самой природе, а только нашему рассудку. Для рассудка – они высшие априорные законы связи всего того, что рассудок может мыслить. Наше сознание само строит предмет не в том смысле, что оно порождает его или дает ему бытие, а в том смысле, что оно сообщает познаваемому предмету ту фор­му, под какой он только и может познаваться, – форму всеобще­го необходимого знания. Поэтому Кант делает вывод, что не формы нашего ума сообразуются с вещами природы, а, напро­тив, вещи природы – с формами ума. Наш ум находит и может найти в природе только то, что он сам вложил в нее до опыта и независимо от опыта – посредством собственных форм.

Отсюда получается вывод, будто вещи сами по себе непо­знаваемы. Ни формы чувственности – пространство и время, – ни категории рассудка, ни даже высшие основоположения зна­ния (закону сохранения субстанции, закону причинности, зако­ну взаимодействия субстанций) не составляют определений са­мих <вещей в себе>. Природа как предмет всеобщего и необхо­димого знания строится – со стороны формы знания – самим сознанием. Поскольку Кант пришел к выводу, будто сознание само строит предмет науки, этот вывод есть субъективный идеа­лизм. Поскольку Кант пришел к выводу, что познание вещей самих по себе невозможно, результат этот есть агностицизм. ВОПРОС О ВОЗМОЖНОСТИ <МЕТАФИЗИКИ>.

ТРАНСЦЕНДЕНТАЛЬНАЯ ДИАЛЕКТИКА.

Третий основной вопрос кантовской <критики> – вопрос о возможности априорных синтетических суждений в <метафизике>, т. е. в теоретической философии. Рассмотрение этого вопроса Кант приурочивает к исследованию способности разума.

В обычной логике под разумом понимается способность умозаключения. Кант рассматривает разум как способность умозаключения, приводящую к возникновению <идей>. По Кан­ту, идеи – это понятие о безусловном, а так как все, что дано нам в опыте, обусловлено, то предмет идей есть то, что никогда не может быть воспринято чувствами в опыте.

По Канту, разум образует три идеи. Это – 1) идея о душе

Как о безусловной целостности всех обусловленных психических явлениях, 2) идея о мире как о безусловной целостности беско­нечного ряда причинно обусловленных явлений (причин и дей­ствий) и 3) идея о боге как безусловной причине всех обуслов­ленных явлений.

По мнению Канта, возможна только наука о психических явлениях, всегда обусловленных, но не философская наука о душе, как о безусловном единстве этих явлений. И точно так же возможны только естественные науки о тех или иных явлениях, происходящих в мире и всегда обусловленных, но не философ­ская наука о том, что такое мир как безусловное целое. И нако­нец, также принципиально невозможны философская наука о боге как о безусловной причине всего существующего или всех явлений.

Кант опровергает все существующие <теоретические> до­казательства существования бога. Он показывает, что все они основываются на логической ошибке: существования бога выво­дится в них из самого понятия о боге. но ни из какого понятия существования того, что мыслится в этом понятии, не может быть выведено. Существование может быть обнаружено только в опыте. Однако в существование бога надо, по Канту, верить, так как этой веры будто бы требует наш <практический> разум, т. е. наше нравственное сознание. Без веры в бога, по его мне­нию, не может быть никакой уверенности в том, что в мире су­ществует нравственный порядок.

Кант противопоставил результаты своего рассмотрения

<идей> разума, господствовавшему в его время убеждению фи­лософов и богословов Германии. В германских университетах преподавались все отвергнутые Кантом <теоретические> фило­софские науки: и <наука о душе>, и <наука о мире>, и <наука о боге>. <Науки> эти составляли то, что тогда называли <метафизикой>. Кант отверг эту <метафизику> в качестве теоре­тической науки. В то же время он утверждал, будто <метафизика> остается главной частью философии – уже не в качестве теоретической науки, а в качестве <критики> разума, устанавливающей границы <теоретического> разума и необхо­димость перехода от последнего к <практическому> разуму, т. е. к этике.

Из исследований Канта, посвященных критике <идей> ра-

Зума, большое влияние на дальнейшее развитие философии не­мецкого классического идеализма оказало учение Канта о про­тиворечиях (<антиномиях>) чистого разума. По Канту, попыт­ка разума дать теоретический ответ на вопрос о том, что такое мир как безусловное целое, приводит к противоречивым отве­там на этот вопрос. А именно: можно неопровержимо доказать, Что мир не имеет начала во времени, не имеет границ в про­странстве, и можно также неопровержимо доказать, что мир начал существовать в некоторый момент времени и что он ог­раничен в пространстве. Можно неопровержимо доказать, что материальные частицы, из которых состоит мир, бесконечно де­лимы, и можно также доказать, что они неделимы. Можно так­же доказать, что всякое событие в мире происходит только в силу необходимых условий, и можно доказать, что возможны поступки и действия, совершаемые свободно, и т. д.

Так как Кант подчеркнул, что эти противоречия возника-

Ют в разуме неизбежно, то отсюда получался вывод, что разум в своей природе противоречив. Этот вывод о необходимости диа­лектических противоречий в разуме является заслугой Канта. Однако, Кант вместе с тем утверждал, что открытые им в про­тиворечия – мнимые. Все они возникают только потому, что ис­ходят из ложной мысли, будто мир, как безусловное целое, мо­жет быть предметом теоретического познания. Поэтому, как только философы откажутся от неосновательного притязания ответить на вопрос, что такое мир, как безусловное целое, вме­сте с этим исчезнут противоречивые суждения о мире.

О мире, как безусловном целом, нельзя якобы утверждать

Ни того, что он безграничен, ни того, что он ограничен, ни то­го, что частицы в нем делимы и что они не делимы. Утвержде­ния эти отпадают, так как мир в качестве безусловного целого есть непознаваемая <вещь в себе>.

ЭТИКА КАНТА.

Только в преклонном возрасте философу удалось создать труд, где его этика предстала в завершенном виде, это – <Метафизика нравов>. Новое слово, сказанное Кантом о пове­дении человека, – автономия нравственности. Кант утверждает принципиальную самостоятельность и самоценность нравствен­ных принципов. Добро есть добро, даже если никто не добр. Критерии здесь абсолютны и очевидны. Философский анализ нравственных понятий говорит о том, что они не выводятся из опыта, они априорно заложены в разуме человека. Исходное понятие этики Канта – автономная добрая воля. Она не пассив­на, от ее носителя мыслитель требует действия, поступка. Мо­ральный поступок выглядит как результат некоего внутреннего императива (повеления), порой идущего вразрез с аморальной практикой окружающей действительности. В связи с этим фило­соф подчеркивает первенство практического разума по сравне­нию с теоретическим. Главное – поведение, а знание вторично. Поэтому для того, чтобы распознать добро и зло, не нужно спе­циального образования, достаточно интуиции (<способности суждения>). Нравственная свобода личности состоит в осозна­нии и выполнении долга перед самим собой и другими людьми. <Свободная воля и воля, подчиненная нравственным законам, – это одно и тоже>. Свобода человека возможна постольку, по­скольку он – дитя двух миров. Принадлежность к чувственно воспринимаемому миру делает человека игрушкой внешней причинности, здесь он подчинен посторонним силам – законам природы и установлениям общества. Но как член ноуменально­го мира <вещей самих по себе> он наделен свободой. Эти два мира не антимиры, они взаимодействуют друг с другом. Интел­лигибельный мир содержит основание чувственно восприни­маемого мира, а ноуменальный характер человека лежит в ос­нове его феноменального характера. Раздвоенность человека устраняется механизмом совести. Нельзя все правильно пони­мать, но неправильно поступать. Определи сам себя, проник­нись сознанием морального долга, следуй ему всегда и везде, сам отвечай за свои поступки – такова квинтэссенция кантов­ской этики, строгой и бескомпромиссной. Существенное место в философской системе Канта занимает его философия религии, которая примыкает непосредственно к этике. Философ выдвига­ет тезис: мораль не возникает из божественных установлений, и антитезис: мораль неизбежно ведет к религии. Человеческих способностей недостаточно для того, чтобы привести в соответ­ствие право людей на счастье с их обязанностями, поэтому не­обходимо признать всемогущее моральное существо как влады­ку мира. Обоснованию антитезиса посвящен трактат <Религия в пределах только разума>. Кант присматривается к прошлому, ищет социально – психологические корни веры в бога и видит в человеке и человечестве в целом борьбу двух начал – добра и зла. Философ начинает с размышлений о нравственной природе человека. Человек, утверждает он, по природе зол. В нем за­ключена неизбывная склонность творить зло, которая выглядит как приобретенная, будучи, однако, изначально ему присущей. Вместе с тем, человек обладает и первоначальными задатками добра. Моральное воспитание в том и состоит, чтобы восстано­вить в правах добрые задатки, чтобы они одержали победу в борьбе с человеческой склонностью к злому. Такая победа воз­можна только как революция в образе мыслей и чувств самого человека и требует для этой цели наличия общественной по­требности в добре. Переживание вины (своей собственной или чужой, к который ты лишь сопричастен) – основа морали. В учении о религии четко проявился историзм кантовского мыш­ления. Кант видит изначальное, по сути дела безрелигиозное состояние людей, затем первый, еще не совершенный тип рели­гии, который называется <богослужебным>. Третий этап – вера разума. Богослужебная религия рассчитана на снискание благо­склонности верховного существа, которое можно умилостивить путем почитания, сакральными жертвами, соблюдением предпи­саний и обрядов. Человек льстит себя мыслью, что бог может сделать его счастливым без того, чтобы самому стать лучше. Религия разума – это чистая вера в добро, в собственные мо­ральные потенции без примеси какого быто ни было расчета, без переложения ответственности на высшие силы. Это религия доброго образа жизни, которая обязывает к внутреннему со­вершенствованию. Бог – это моральный закон, как бы сущест­вующий объективно, это – любовь, – так говорится на страницах <Метафизики нравов>, наиболее поздней этической работы ав­тора. Христианство автор приемлет как нра
вственный принцип, как программу человеколюбия.

ЭСТЕТИКА КАНТА.

Поэтому у эстетического две ипостаси: с одной стороны

Оно обращено преимущественно к знанию (это прекрасное), с другой – преимущественно к морали (это – возвышенное). Кан­товский анализ основных этических категорий ограничивается рассмотрением указанных двух категорий, т. к. философа инте­ресует не эстетика как таковая, а ее опосредующая роль, и кате­горий прекрасного и возвышенного ему вполне достаточно для решения поставленной задачи. Одна из важнейших заслуг Кан­та – эстетика в том, что он открыл опосредованный характер восприятия прекрасного. Сопоставляя возвышенное с прекрас­ным, Кант отмечает, что последнее всегда связано с четкой формой, первое же без труда можно обнаружить и в бесформен­ном предмете. Удовольствие от возвышенного носит косвенный характер; прекрасное привлекает, а возвышенное и привлекает и отталкивает. Основание для прекрасного <мы должны искать вне нас, для возвышенного – только в нас и в образе мыслей>. Таким образом, Кант расчленил эстетическое на две части – прекрасное и возвышенное, он показал связь между каждой из этих частей с сопредельными способностями психики. В заклю­чение он снова говорит об эстетическом суждении как о целом. Он делает вывод, что эстетическая способность суждения вы це­лом связана с разумом – законодателем нравственности. Что ка­сается связи эстетической способности с разумом – законодате­лем знания, то, отвергая ее в непосредственном виде, философ утверждает ее косвенным путем.

Кант пришел к постановке эстетических проблем, отправ-

Ляясь не от размышлений над природой искусства, а от стрем­ления довести до полноты свою философскую систему. Таким образом, сам философ видит в эстетике <пропедевтику всякой философии>. Это значит, что систематическое изучение филосо­фии следует начинать с теории красоты, тогда полнее раскроет­ся добро и истина, т. е. знакомство с третьей <Критикой> долж­но предшествовать чтению первых двух. СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ИСТОРИЧЕСКИЕ

ВЗГЛЯДЫ КАНТА.

У Канта неоднозначность понимания свободы индивида в теоретической и этической части учения по сравнению с его по-

Литической теории возникает противоречие между тем положе­нием кантовской этики, в которой утверждается, что человек является целью самой по себе, и политической теорией, где че­ловек рассматривается как зависимый от внешних для него фак­торов, таких, например как обладание собственностью. Кант допускал ограничение политических прав женщин, детей, а также так называемых “пассивных граждан”. В этом видно со­циально ограниченное понимание Кантом демократических свобод индивида. Но в то же время в кантовской политической теории имеется четко выраженная мысль о том, где именно сле­дует искать пути совершенствования правовых порядков. Кант осуждал деспотизм, правление “отеческое, при котором под­данные, как несовершеннолетние, не в состоянии различить, что для них полезно, а что вредно (за них это решает глава госу­дарства), – такое правление есть величайший деспотизм. Правление должно быть не “отеческим”, а отечественным, объ­единяющим правоспособных граждан. Здесь – основной пафос кантовской работы.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ.

1. Кант И. Трактаты и письма /Вступит. ст. А. В.Гулыги/ – М.:

2. Наука, 1980. /Памятники философ. мысли/.

3. Абрамян Л. А. Главный труд Канта: К 200-летию выхода в свет “Критики чистого разума” – Ереван: Айастан, 1981,

4. Баскин Ю. Я. Кант. – М:. Юрид. лит., 1984. – 88 с.

5. Бахтомин Н. К. Теория научного знания Иммануила Канта: Опыт совр. прочтения “Критики чистого разума”. М.: Наука, 1986,

6. Гринишин Д. М., Корнилов С. В. Иммануил Кант: ученый, философ, гуманист. – Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1984,

7. Гулыга А. В. Кант. 2-е изд. – М.: Мол. гвардия, 1981, /”Жизнь замечательных людей”/.

1


Философия Канта 2