Социальная стратификация 10

Современная общественная жизнь зачастую преподносит нам ред-

чайшие образчики мифов и иллюзий, созданных политической пропаган-

дой и людским воображением. С высоких трибун мы слышим о стабилиза-

ции социально-политической обстановки, о качественном сдвиге в эко-

номике, о всенародной поддержке реформ. Складывается ощущение, что

государственный аппарат или не владеет информацией, или не способен

ее анализировать. Однако, любой управленец должен знать, что ника-

кие реформы невозможны без социальной базы, без заинтересованности

какой-либо группы населения в ее проведении. Задача государственной

службы – выявить в сложной социальной структуре эту опорную силу и

активно сотрудничать с ней во имя достижения всеобщего блага.

Социальная структура – важнейшее направление исследования со-

циологической науки. “Еще в 60-е годы молодой советской социологией

было признано и подробно обосновано существование социальных слоев,

внутрипоколенной и межпоколенной мобильности. Были предприняты и

первые робкие попытки поставить вообще под сомнение сталинскую фор-

мулу “2+1”, то есть “два класса+ интеллигенция”, как не отражающую

сущности социальных процессов в обществе”1. Что сегодня мешает нам

преодолеть сложившиеся стереотипы?

Приняв, что социальная структура – это совокупность социальных

групп, различающихся их положением в обществе, мы должны ответить

на вопрос: каким образом отличаются эти группы друг от друга.

Существуют жесткие правила изучения социальной структуры:

1) изучать надо все без исключения слои данного общества;

2) соизмерять их надо с помощью одних и тех же критериев;

3) таких критериев должно быть столько, чтобы они описывали

каждый слой глубоко и достаточно полно.

Инструментом, позволяющим соблюсти все эти правила, является

теория социальной стратификации.

Стратификация – это процесс, в результате которого семьи и ин-

дивиды оказываются неравными друг другу и группируются в иерархи-

чески расположенные страты с различным престижем, собственностью и

властью. Стратификация характеризует способы, с помощью которых не-

равенство передается от одного поколения к следующему, при этом об-

разуются сословия или социальные слои. Социальная стратификация,

следовательно, означает не просто различное положение в обществе

отдельных индивидов, семей или целых страт, но именно неравное их

положение2.

Неравенство, или условия, при которых люди не имеют равного

доступа к социальным благам, существовало во всех обществах. В до-

революционной России расхождение в доходах самых богатых и самых

бедных составляло 50 раз, в бывшем Союзе ССР – в 5 раз. В октябре

1994 года доходы 10 процентов самых богатых россиян были в 15 раз

больше, чем у такой же части наименее обеспеченных.

Социологи придерживаются нескольких противоположных взглядов

на неравенство.

В основе функционалистских теорий лежит идея о том, что неко-

торые виды деятельности общество считает более важными, чем другие.

Основными функциями для всех обществ являются религия (или идеоло-

гия), управление и технология. По мнению сторонников этих теорий

(Дюркгейм “О разделении общественного труда”), неравенство есть

средство, обеспечивающее обществу уверенность в том, что такие виды

деятельности выполняются самыми квалифицированными людьми.

Сторонники конфликтологических теорий полагают, что неравенс-

тво вызвано более выгодным положением тех, кто контролирует общест-

венное богатство. Их взгляды основаны на теории классов и социаль-

ного расслоения, разработанной К. Марксом. Согласно этой теории эко-

номическая система любого общества формирует два основных класса,

один из которых эксплуатирует или контролирует другой. Форма этой

эксплуатации зависит от способа производства. “Классами называются

большие группы людей, различающиеся по их месту в исторически опре-

деленной системе общественного производства, по их отношению (боль-

шей частью закрепленному и оформленному в законах) к средству про-

изводства, по их роли в общественной организации труда, а следова-

тельно, по способам получения и размерам той доли общественного бо-

гатства, которой они располагают. Классы, это такие группы людей,

из которых одна может себе присваивать труд другой, благодаря раз-

личию их места в определенном укладе общественного хозяйства”3.

М. Вебер выделил три основных компонента неравенства. Эти ком-

поненты часто, но не всегда взаимодействуют между собой. Первый –

имущественное неравенство. Если в качестве критерия выступают отно-

шения собственности, то общество делится на классы имущие и неиму-

щие. По критерию источника средств существования выделен класс

предпринимателей, рабочий класс и средние классы – самостоятельных

крестьян, ремесленников и служащих. По положению людей в структуре

не хозяйства, а общества в целом, существуют социальные классы: на

одном полюсе – индустриальный рабочий класс как целое, мелкая бур-

жуазия, неимущая интеллигенция и специалисты, на другом – класс

собственников крупных материальных благ и высокообразованной приви-

легированной элиты. Вебер разграничивает понятия “классы” и “сосло-

вия”. Классы делятся по отношению к производству и приобретению ма-

териальных благ, сословия – по принципам их потребления материаль-

ных благ в форме специфических видов “образа жизни”. Сословное де-

ление тормозит “свободное рыночное развитие” и препятствует расп-

ространению чисто экономических интересов, в то время как “власть

одной собственности абсолютно как таковой накладывает отпечаток на

образование классов”. Основами классового положения выступает обла-

дание средствами производства, экономической собственностью, а вы-

текающая отсюда возможность социального неравенства ведет к классо-

вой борьбе. На развитие и положение классов решающее влияние оказы-

вают “технико-экономические перевороты”, то есть развитие произво-

дительных сил. В “динамичной экономической системе” капитализма

постоянные технико-экономические перевороты ведут к выдвижению на

первый план “чистого классового положения”, влекущего за собой но-

вые классовые бои и революции, тогда как замедление процессов, ко-

торые экономически расслаивают общество, их вялое протекание приво-

дят к выдвижению на первый план не классов, а социальных статусных

группировок4. Второй компонент – группы людей в разной степени

пользуются почетом и уважением и имеют неодинаковый престиж. Ряд

факторов оказывают влияние на статус человека. Богатство играет

важную роль, но не менее важен престиж, который может совершенно не

зависеть от богатства. В последнее время в массовом сознании прои-

зошла подмена ценностей, характеризующих нравственное здоровье на-

ции. Все большее значение “приобретают” не социально значимые роли,

но богатство и власть. Процветает культ “легких денег”. Если раньше

преступник был богат, но его социальный престиж ничтожен (за исклю-

чением разве что своего узкого круга), то сейчас существует обрат-

ная картина. Третий компонент – власть, по своей сущности имеющая

политический характер. Под нею подразумевается способность человека

или группы проводить в жизнь планы, предпринимать действия или вес-

ти определенную политику даже вопреки возражениям со стороны других

людей и групп5.

Р. Михельс выдвинул идею неизбежности олигархического перерож-

дения всех демократических систем. Невозможность демократии без ор-

ганизации, то есть без управленческого аппарата и профессионального

лидерства, неизбежно ведет к закреплению постов и привилегий, росту

непрезентативности руководства, его фактической несменяемости,

стремлению к увековечению своего положения. Харизматических лидеров

сменяют рядовые бюрократы, революционеров и энтузиастов – консерва-

торы, приспособленцы, демагоги (причем в одном лице), заботящиеся

только о своих интересах, а не об интересах масс. Массам мстят и

одновременно поощряют их неосведомленность и пассивность, за исклю-

чением случаев, когда лидерам угрожает соперничающая группа (впом-

ним октябрь 1993 года). Руководство, формально придерживающееся

догмы, на деле отходит от первоначальных целей и интересов класса и

масс, хотя замена их интересами бюрократии нередко вполне искренне

отождествляется с интересами народа. Руководящая группа становится

все более изолированной и замкнутой, создает специальные органы для

защиты своих привилегий и в перспективе имеет тенденцию к превраще-

нию в часть правящей элиты6. Возможно, научно-технический прогресс

устранит подобное противоречие, приобщая все большую массу высво-

бождающейся рабочей силы к власти и управлению7. Однако, в действи-

тельности мы наблюдаем безупречно действующий “железный закон оли-

гархии”. Уже сегодня крайне усложнена социальная мобильность. Тра-

диционно лишь немногие достигают успеха в индивидуальной карьере,

чаще на судьбу влияет предписанный статус. Чудовищными темпами рас-

тет бюрократичческий аппарат, но ни качество, ни оперативность при-

нимаемых решений не изменяются к лучшему.

Таким образом, хотя указание Маркса на то, что собственность

определяет разделение общества на классы, отчасти верно, классовое

деление все-таки детерминировано правом некоторых профессиональных

групп устанавливать порядки и распределять ресурсы. Превосходство

является важнейшим фактором социальной организации. Громадный эф-

фект организации на поведение индивида и его положение в социальной

структуре оказывает тот факт, устанавливает ли он порядки или толь-

ко подчиняется им. Р. Дарендорф (1959) утверждает, что классовый

конфликт определяется характером власти. Он вызван не экономически-

ми отношениями между начальством и подчиненными, но скорее всего

властью одних над другими. Р. Коллинз соглашается с утверждением Да-

рендорфа по поводу того, что властные полномочия определяют классо-

вое разделение. Сооветственно он выделяет три класса: тех, кто ус-

танавливает порядки для большинства, но не считается ни с чьими

другими; тех, кто устаанавливает порядки, равно как и подчиняется

им; и, наконец, тех, кто только вынужден подчиняться чужой воле.

Почему фактор власти настолько важен? Он важен, потому что, соглас-

но Коллинзу, непосредственно влияет на другие факторы. Во-первых,

власть определяет характер коммуникации в обществе, то есть то, кто

с кем и как часто взаимодействует. Во-вторых, власть обогащает тех,

кто ее практикует (формула “власть – деньги – власть'”). В-третьих,

власть определяет характер трудовых отношений: то есть возможность

носителей власти возлагать грязную, непрестижную работу на подчи-

ненных. В-четвертых, что самое главное, власть определяет классовую

культуру8.

События последних лет разрушили наши былые представления о со-

циальной структуре общества. Сильная имущественная дифференциация

разложила “классовое единство” рабочих, крестьян и интеллигенции.

Откуда ни возьмись, появились “новые русские”. Усилились темпы пау-

перизма, обнищания масс. Описать подобную ситуацию в категориях

марксистско-ленинской социологии, думается, в принципе невозможно.

Слишком усложнился мир и ускорились общественные процессы, чтобы

по-прежнему можно было объяснять ход истории противостоянием анта-

гонистических классов. С таким же успехом под классом можно подра-

зумевать большую группу людей, в равной степени довольных (или не-

довольных) своим положением, ничто от этого не приобретя для пони-

мания проблемы.

Наконец, нами найден принцип, дающий относительно удовлетвори-

тельное объяснение структуры российского общества, причем отвечаю-

щий исторической традиции России – ее тысячелетней государственнос-

ти и народности. Это принцип власти, вернее, причастности социаль-

ной группы к принятию общественно значимых решений, установлению

социального порядка и распределению ресурсов. В представленной ниже

структуре российского общества классовое положение обусловлено су-

ществованием социальных групп, имеющих неравный доступ к богатству

и власти, и неодинаковый престиж. Две первые группы составляют рос-

сийскую элиту (как правило из городов Москва и Санкт-Петербург),

занимающую ключевые государственные посты.

+—————————————————————–+

┐высший высший класс ┐президент и его ближайшее окружение, предсе-┐

┐ ┐датель правительства, федеральные министры,┐

┐ ┐члены парламента, вообще политические деяте-┐

┐ ┐ли, верховное командование вооруженных сил ┐

+——————–+——————————————–┐

┐низший высший класс ┐директорский корпус, крупные предпринима-┐

┐ ┐тели, творческая элита, лидеры преступных┐

┐ ┐группировок ┐

+——————–+——————————————–┐

┐высший средний класс┐региональная элита, журналисты ┐

+——————–+——————————————–┐

┐низший средний класс┐коммерсанты, служащие, офицеры армии и пра-┐

┐ ┐воохранительных органов, врачи, учителя, ин-┐

┐ ┐женеры ┐

+——————–+——————————————–┐

┐высший низший класс ┐”постиндустриальный рабочий класс”, студенты┐

+——————–+——————————————–┐

┐средний низший класс┐”индустриальный рабочий класс”, пролетариат,┐

┐ ┐крестьяне, военнослужащие срочной службы,┐

┐ ┐неработающие пенсионеры ┐

+——————–+——————————————–┐

┐низший низший класс ┐”доиндустриальный рабочий класс”, люмпен-┐

┐ ┐пролетариат ┐

+—————————————————————–+

Предложенная группировка объясняет, насколько велико может

быть социальное неравенство, если в качестве критерия принимается

отношение индивида к власти. Она же показывает, что никакое решение

не может быть принято без безусловного на то согласия класса, стоя-

щего в иерархии выше класса, инициирующего его принятие.

Для существующей экономической, политической и правовой систе-

мы данная социальная структура российского общества является окон-

чательной и не может претерпеть существенных изменений по истечению

даже большего времени, чем можно было бы ожидать при прочих равных

условиях.

1 Шпаратан О. И. Социальная структура: иллюзия и реальность//Социо-

логия перестройки. М., 1990. С.57.

2 Рывкина Р. В. Советская социология и теория социальной стратифика-

ции//Постижение. М., 1989. С.22, 24-25.

3 Ленин В. И. Великий почин. ПСС. Т.2. С.15.

4 Weber M. Wirtschaft und Gesellschaft.. Цит. по Патрушев А. И. Рас-

колдованный мир Макса Вебера. М., 1992. С.135-138.

5 См.: Смелзер Н. Социология. М., 1994. Гл.3.

6 Современная западная социология. Словарь. М., 1990. С.191.

7 См.: Энгельс Ф. Анти-Дюринг//Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т.20.

С.183-187.

8 Rhoads, John K. Critical Issues in Social Theory. Peunsylvannia,

1991. P.294-295.


Социальная стратификация 10