Социальная стратификация и социальная мобильность 2

СОДЕРЖАНИЕ

стр.

Введение……………………………………………………………………3

Часть 1. Социология. Классические идеи и теории…………………..4

Часть 2. Статусная стратификация. Социальный статус и

социальная роль………………………………………………..10

Часть 3. Социальная мобильность…………………………………….22

Выводы……………………………………………………………………..34

Использованная литература …………………………………………….35

ВВЕДЕНИЕ

Контрольная работа на тему: «Социальная стратификация и социальная мобильность » выполнена принтерным способом на 35 листах формата А4. В работе используется информация из 4 книг.

Контрольная работа состоит из введения, 3-х основных частей, выводов и списка использованной литературы.

В 3-х основных частях:социология, классические идеи и теории, статусная стратификация, социальный статус и социальная роль, социальная мобильность

Ключевые понятия : СОЦИОЛОГИЯ; СТАТУСНАЯ СТРАТИФИКАЦИЯ; СОЦИАЛЬНАЯ СТРАТИФИКАЦИЯ; СОЦИАЛЬНЫЙ СТАТУС И СОЦИАЛЬНАЯ РОЛЬ; СОЦИАЛЬНАЯ МОБИЛЬНОСТЬ;

Часть 1. Социология. Классические идеи и теории

Слово СОЦИОЛОГИЯ, обозначающее область научного знания, было введено в научный оборот французским мыслителем Огюстом Контом в его работе «Курс позитивной философии » (1842). Как и многие другие философы того времени, О. Конт находился под воз­действием крупных успехов в области естественных наук. Поэто­му он, рассматривая проблемы общества и социального поведения, во-первых, поднял на щит девиз «Порядок и прогресс», где поря­док понимался по аналогии с физикой как симметричность и уравновешенность структурных элементов общества (индивидов и групп), а прогресс — как использование знаний об обществе пре­жде всего для решения конкретных проблем, направленных на дос­тижение оптимизации человеческих отношений, где, по его мне­нию, наблюдалось отставание от других наук.

Во-вторых, О. Конт считал, что социология должна рассмат­ривать общество как некий обладающий собственной структурой организм, каждый элемент которого должен исследоваться с точки зрения полезности для общественного блага. Как полагал О. Конт, этот организм действует в соответствии с жестокими за­конами, подобно закону всемирного тяготения в физике. В свя­зи с этим всю социологию он разделял на социальную статику и социальную динамику и допускал применение законов механи­ки к изучению общества и его основных элементов.

Кроме того, говоря о получении знаний об обществе и зако­нах его функционирования и развития, О. Конт предполагал, что прежде всего необходимо изучение отдельных социальных фак­тов, их сопоставление и проверка, практически полностью отри­цая роль общей теории в социологии. Вместо теоретических обоб­щений эмпирических данных и сведения их в нечто целое французский мыслитель проводил лишь первичное обобщение и строил картину общества в основном в виде мозаики отдельных взаимосвязанных фактов. Такой подход к получению и исполь­зованию научного знания принято квалифицировать как эмпиризм в социологии.

Историческая и научная роль О. Конта состоит прежде всего в том, что проблему изучения общества и взаимосвязей внутри него он поставил в рамки отдельной науки, которую назвал со­циологией. К сожалению, О. Конт не смог определить достаточ­но четко предмет новой науки и найти научный метод, позволяю­щий всесторонне изучать закономерности общественного развития. Проведение им полной аналогии социальных явлений с явления­ми, наблюдаемыми в физике, химии, медицине, ставилось под со­мнение и критиковалось уже при его жизни. Даже первоначаль­ное изучение общества показало, что закономерности социальной жизни в значительной степени отличаются от тех, с которыми име­ют дело естественные науки.

Классический период развития социологии. Настоящее раз­витие и признание социология получила только тогда, когда бы­ли разработаны и сформулированы основные научные концепции и появилась возможность создания теоретических основ изучения социальных явлений. Честь фактического «открытия» социоло­гии принадлежит трем выдающимся мыслителям, жившим и творившим в период с середины XIX и до начала XX в. Это не­мецкие ученые Карл Маркс и Макс Вебер, а также француз Эмиль Дюркгейм.

Творчество Карла Маркса. Значительный вклад в развитие со­циологии внес К. Маркс (1818-1883). Одной из основных его заслуг по праву считается научный анализ современного ему капи­талистического общества. В качестве инструмента анализа Маркс использовал классовую структуру общества: все индивиды при­надлежат к определенным социальным классам, разделение на ко­торые происходит по признаку владения средствами производст­ва и размера вознаграждения, получаемого с этого владения. Разделение на классы основано на неравенстве, а это значит, что один класс (класс собственников средств производства) находит­ся в более выгодном положении, чем остальные, и присваивает себе часть результатов труда другого (рабочего) класса.

К. Маркс рассматривал структуру общества в динамике, пред­полагая, что классы — это исторически изменяющиеся компонен­ты социальной структуры. Качественные изменения крупных составляющих общественной структуры происходят в результа­те смены общественно-экономических формаций. Все изменения в обществе, разделенном на классы, основаны на законах диалек­тики, на постоянной борьбе между классами неимущих, угнетен­ных и угнетателей.

Маркс всесторонне обосновал механизм возникновения и раз­вития социального конфликта, обусловленного неравенством, которое постоянно усиливается при доминировании одних клас­сов над другими. Борьба рабочего класса за изменение порядка распределения производимого продукта приводит к достижению неустойчивого равновесия на основе временного соглашения ме­жду эксплуататорами и эксплуатируемыми. В дальнейшем эти противоречия накапливаются, что вызывает новые столкновения, ведущие к новому соглашению на условиях, отличных от преж­них. Вместе с тем происходит количественное накопление недо­вольства у представителей угнетенных классов и осознание ими несправедливости своего положения, а одновременно и своей си­лы. Все это, в конечном счете, становится причиной глобально­го классового конфликта и появления новой качественной опре­деленности — бесклассового общества, где производимый продукт распределяется по справедливости и отсутствует какая-либо экс­плуатация.

Таким образом, К. Маркс впервые представил общество как продукт исторического развития, как динамично развивающую­ся структуру. Он обосновал возникновение социального нера­венства и проанализировал социальные конфликты как явле­ние, необходимое для общественного развития и прогресса.

Социология Макса Вебера. Для творчества Макса Вебера (1864-1920), немецкого экономиста, историка и социолога, харак­терны, прежде всего, глубокое проникновение в предмет иссле­дования, поиск исходных, базовых элементов, с помощью кото­рых можно было бы прийти к пониманию закономерностей общественного развития. Находясь под влиянием Маркса и Ниц­ше, Вебер тем не менее разработал собственную социологиче­скую теорию, которая и в настоящее время оказывает решающее воздействие на все научные социологические теории и на деятель­ность социологов во всех странах мира.

Одним из центральных пунктов теории Макса Вебера явилось выделение им элементарной частицы поведения индивида в обще­стве — социального действия, которое является причиной и след­ствием системы сложных взаимоотношений между людьми. При этом общество, согласно учению Вебера, представляет собой сово­купность действующих индивидов, каждый из которых стремит­ся к достижению своих собственных целей. Действия отдельных индивидов кооперируются, на основе этой кооперации образуют­ся ассоциации (группы или общества). Несмотря на свои эгоистич­ные стремления, люди действуют сообща, так как их поступки ос­мысленны, рациональны и они понимают, что индивидуальные цели лучше всего достигаются с помощью совместных действий. Это понимание приходит к ним в связи с тем, что в ходе общест­венной практики всегда отбрасываются ненужные образцы пове­дения и остаются только те, которые можно предвидеть, рассчи­тать и которые приносят пользу с наименьшим риском. Таким образом, осмысленное поведение, в результате которого достига­ются индивидуальные цели, приводит к тому, что человек дейст­вует как социальное существо, в ассоциациях с другими, обеспе­чивая таким путем значительный прогресс во взаимодействии с окружающей средой.

Весьма важным аспектом творчества Вебера можно считать изу­чение им базовых отношений в социальных ассоциациях. Это пре­жде всего отношения власти. Так как организованное поведение индивидов, создание и функционирование институтов невозмож­но без эффективного социального контроля и управления, необхо­димым условием для осуществления подобных действий являют­ся отношения власти, пронизывающие все социальные структуры. Вебер детально проанализировал отношения власти, а также при­роду и структуру организаций, где эти отношения проявлялись наиБолее ярко. Идеальным механизмом воплощения и поддержания отношений власти в организации он считал бюрократию — искус­ственно созданный аппарат управления организацией, предельно рациональный, контролирующий и координирующий деятель­ность всех ее работников.

В теоретических работах Макса Вебера не только достаточно четко был определен предмет социологии как науки, но и зало­жены основы для ее развития как в теоретическом, так и прак­тическом отношении. Идеи Вебера до сих пор вдохновляют мно­гих социологов на дальнейшие теоретические разработки. Он имеет много последователей, а его книги считаются классически­ми образцами научных изысканий.

Идеи Эмиля Дюркгейма. Эмиль Дюркгейм (1858-1917) — ос­нователь французской социологической школы. Он стремился прежде всего к автономии социологии, отделению ее предмета от предмета других наук об обществе, а также к объяснению всех феноменов общественной жизни исключительно с социологиче­ских позиций.

Э. Дюркгейм в отличие от Вебера считал, что общество — это надындивидуальное бытие, существование и закономерности кото­рого не зависят от действий отдельных индивидов. Объединяясь в группы, люди сразу начинают подчиняться правилам и нормам, которые он называл «коллективным сознанием». Каждая социаль­ная единица должна выполнять определенную функцию, необхо­димую для существования общества как целого. Однако функцио­нирование отдельных частей социального целого может быть нарушено, и тогда эти части становятся искаженной, плохо функ­ционирующей формой социальной организации. Дюркгейм очень много внимания уделял изучению таких форм, а также видов по­ведения, отклоняющихся от общепринятых правил и норм. Вве­денный им в научный обиход термин «аномия» позволяет дать объ­яснение причин отклоняющегося поведения, дефектов социальных норм и подробно классифицировать типы такого поведения.

Учение об обществе Э. Дюркгейма легло в основу многих совре­менных социологических теорий и прежде всего структурно-функ­ционального анализа. Многочисленные последователи создали дюркгеймовскую социологическую школу, и современные ученые справедливо называют Дюркгейма классиком в области социологии.

Благополучие человека в обществе, его социальные связи с дру­гими людьми, привычки, обычаи, верования, его интересы и ус­тановки во многом связаны с тем местом, которое он занимает в социальном пространстве. Феномен социального пространства яв­лялся предметом исследования многих социологов прошлого и на­стоящего времени. Э. Дюркгейм, Р. Парк, Э. Богардус, П. Бурдье, Д. Ленски связывали изучение социального пространства с разработкой научного подхода к решению социальных проблем. Однако основные идеи относительно природы социального про­странства сформулированы П. Сорокиным в его классической ра­боте «Социальная мобильность «, вышедшей в 1927 г.

В этой работе П. Сорокин прежде всего подчеркивал невозмож­ность совмещения или даже сравнения таких понятий, как «гео­метрическое пространство» и » социальное пространство». По его утверждению, человек низшего сословия может физически со­прикоснуться со знатным человеком, но это обстоятельство нис­колько не уменьшит существующие между ними экономические, престижные или властные различия, т. е. не уменьшит существую­щую социальную дистанцию. Кроме того, П. Сорокин определил, что социальное пространство многомерно.

Подводя итог, можно сказать, что название науки «социоло­гия » (буквально — наука об обществе), столь удачно примененное О. Контом, впоследствии было насыщено научным, теоретическим содержанием благодаря трудам К. Маркса, М. Вебера и Э. Дюрк­гейма. Именно в результате их усилий социология превратилась в науку, имеющую свой предмет, свою теорию и возможности для эмпирических подтверждений различных аспектов этой теории

Часть 2. Статусная стратификация. Социальный статус

И социальная роль.

Границы социальных групп могут охватывать различные по размеру социальные общности. Мы очень четко определяем гра­ницы малых или больших групп, оформленных в организации. Ка­ждый из нас знает о своем членстве в производственном кол­лективе, партии или спортивном обществе. Как мы видим, в этих случаях важно, чтобы группа была либо малого размера, т. е. в пределах охвата межличностными отношениями, либо име­ла достаточно четкие формальные границы, которые контро­лируются определенными институциональными отношениями. Однако речь идет о больших группах, члены которых не могут быть связаны ни межличностными, ни фор­мальными групповыми отношениями. В связи с этим члены об­щества, входя в некоторые группы, не могут идентифицировать свое групповое членство и связаны с другими членами таких со­обществ только на основе символического взаимодействия, или, другими словами, на основе близости интересов, специфических культурных образцов, мотивов и установок, образа жизни и стандарта потребления.

Наиболее часто такой вид членства в группе заметен, когда люди воспринимают других по принципу принадлежности к оп­ределенному имущественному слою (например, богатые очень часто испытывают чувство превосходства или презрения по отношению к людям, имеющим более низкий доход, но при этом они охотно поддерживают отношения с другими богатыми людь­ми ), по происхождению (дети высокопоставленных людей, началь­ников, государственных деятелей или работников высшей сферы искусства или науки не принимают в свой круг представителей других социальных кругов ), по должностному принципу (когда лю­ди наиболее тесные связи устанавливают с представителями сво­его или близкого к нему должностного уровня ). Во всех этих слу­чаях мы сталкиваемся с образованием групп, членство которых основано на совпадении или близости социального статуса.

Вместе с тем границы могут иметь не статусную природу, а определяться различиями в социальных позициях. Например, люди могут отделять себя от других групп по национальному признаку, политической позиции или месту проживания. В дан­ном случае группа существует, как существует и символическая общность между ее членами, но в принципе она не может быть выше или ниже остальных групп, сформированных на основании того же признака.

Подобные группы формируются в обществе в результате про­цессов дифференциации и стратификации.

Современное общество характеризуется наличием групп, обла­дающих значительно большими ресурсами богатства и власти, чем другие группы. Границы таких групп трудно определить. Часто са­ми индивиды, входящие в эти группы, не представляют не только их размеров и границ, но и собственного статуса в этой сложной со­циальной системе. Однако без знания реальной социальной струк­туры, характера распределения ценностей между различными груп­пами и степени неравенства между ними невозможно понять, как функционирует и развивается общество. Совокупность знаний, ка­сающихся перечисленных аспектов социальной жизни, относится современными учеными к теории социальной стратификации.

Большинство исследователей полагают, что социальная стратификация — иерархически организованная структура социаль­ного неравенства, которая существует в определенном обществе, в определенный исторический отрезок времени. Иерархически организованную структуру социального неравенства можно пред­ставить себе в виде разделения всего общества на страты (это слово происходит от латинского stratum — слой, настил ). Слои­стое, многоуровневое общество в данном случае можно сравнить с геологическими наслоениями почвы.

Вместе с тем по сравнению с простым расслоением социальная стратификация имеет, по крайней мере, два существенных отличия.

Во-первых, стратификация представляет собой ранговое расслоение, когда высшие злой находятся в более привилегированном положении (в отноше­нии обладания ресурсами или возможностями получения возна­граждения), чем низшие слои.

Во-вторых, верхние слои значитель­но меньше по количеству входящих их членов общества. Так, эли­та, верхние слои составляют, безусловно, меньшинство по срав­нению с низшими слоями общества. То же можно сказать и об остальных слоях, если их рассматривать последовательно сверху вниз. Однако в современных, высокоразвитых, благополучных об­ществах этот порядок нарушается. Неимущие слои в количествен­ном отношении могут уступать слою, составляющему так назы­ваемый «средний класс», и некоторым другим слоям населения.

Все сложные общества имеют несколько систем стратифика­ции, в соответствии с которыми происходит ранжирование инди­видов по слоям. На рис.1 представлено несколько систем стра­тификации общества по размерам дохода.

Рис. 1. Кривые, показывающие уровень нера­ венства в обществе:

1 — общество с очень высоким уровнем нера­ венства;

Статус

2 — общество со средним уровнем неравенства;

3 — общество с низким уровнем

П. Сорокин полагает, что стратификация в обществе может быть трех видов: экономическая, политическая и профессио­нальная. Это означает, что мы должны разделять общество по кри­териям дохода (и богатства, т. е. накопления), по критериям Влияния на поведение членов общества и, наконец, по критери­ям, связанным с успешным исполнением социальных ролей, на­личием знаний, умений, навыков и интуиции, которая оценива­ется и вознаграждается со стороны членов общества.

Точку зрения П. Сорокина успешно развивает его ученик, один из видных представителей Гарвардской школы в социологии, пред­ставитель функционализма Т. Парсонс, который полагает, что в основе стратификации лежат ценностные ориентации членов об­щества. При этом оценивание и приписывание людей к опреде­ленным социальным слоям осуществляется по следующим основ­ным критериям:

— качественным характеристикам членов общества, которые определяются генетическими чертами и предписанными статусами (происхождение, родственные связи, личностные качества и способности);

— ролевым характеристикам, которые определяются тем набором ролей, которые индивид исполняет в обществе (должность, уровень профессионализма, уровень знаний и т. д.);

— характеристиками владения материальными и духовными ценностями (деньгами, средствами производства, произведениями искусства, возможностями духовного и идеологического влия­ний на другие слои общества и т. д.).

Попытки объяснить механизм расслоения общества делались неоднократно в разные периоды человеческой истории. Однако только в последние десятилетия нашего век» мы смогли научно осмыслить эту важнейшую социальную проблему, без понимания которой невозможно объяснить процессы, происходящие в обще­стве, представить себе будущее данного общества.

В настоящее время наиболее влиятельной точкой зрения на процесс формирования социальных страт можно считать теорию стратификации К. Дэвиса и У. Мура. Согласно этой теории, ка­ждое общество должно решить проблему размещения и мотива­ции индивидов в социальной структуре. Социальный порядок в обществе основан на распределении индивидов по социальным ста­тусам (в соответствии с их функциональными возможностями, т. е. их максимальным вкладом в достижение целей общества) и по­буждать их выполнять социальные роли, соответствующие дан­ным статусам. Общество может избрать два пути мотивации для наилучшего исполнения социальных ролей. Так, конкурентная система направлена прежде на мобилизацию индивидов в отношении достижения наиболее привлекательного статуса, в то время как неконкурентная система в отношении социальных стату­сов больше внимания уделяет мотивации к выполнению функ­циональных обязанностей, т. е. вклада в деятельность общества как целого. Общество с любой социальной структурой использу­ет обе эти системы, только в разной степени.

Для осуществления распределения индивидов по социальным статусам и их мотивации реализуется практика вознаграждения, которое может использоваться как для побуждения успешного выполнения индивидами своих ролей, так и для поддержания системы неравного распределения этого вознаграждения в соответствии с занимаемыми статусами. Таким образом, в любой социаль­ной системе вознаграждение должно распределяться дифференци­рованно в соответствии с занимаемыми социальными статусами. Для этой цели создаются и узакониваются права каждого социаль­ного статуса в отношении вознаграждения со стороны общества.

На основе чего в обществе возникают социальные статусы и сис­тема неравенства в вознаграждении? По мнению К. Дэвиса и У. Мура, у социальных позиций более высокий ранг, поскольку они имеют функциональную значимость или важность для общества и требуют больших способностей и лучшей подготовки. Например, в обществе очень ценятся статусы управляющих и политических деятелей, которые в силу знания путей достижения целей социаль­ной группы, организации или общества могут повести за собой ин­дивидов. В то же время в обществе всегда ценился труд экспертов, специалистов, обладающих глубокими знаниями и способных ре­шать частные проблемы в различных областях человеческой дея­тельности. В последнем случае необходима серьезная предваритель­ная подготовка к исполнению данной роли, что возможно только в процессе длительного обучения в университете, академии или кол­ледже. Оба этих вида высоко вознаграждаемых позиций заполня­ются в обществе достаточно легко, но общество всегда предъявля­ет жесткие требования к исполнению соответствующих социаль­ных ролей. Однако помимо этих двух позиций высокого вознагра­ждения существует еще одна группа статусов, которые функционально не значимы, но, тем не менее, высоко вознаграж­даются. Это трудно заполняемые статусы. В обществе всегда суще­ствуют статусы, которые индивиды не желают заполнять в силу трудности выполнения роли, непривлекательности деятельности в условиях данной роли, опасности для своего здоровья, не комфортности условий для деятельности, оторванности от места своего постоянного проживания и т. д. В этих случаях общество для заполнения статусов может изыскивать дополнительные способы вознаграждения, например, престиж для физиков ядерщиков, геологов или военных, высокую оплату для шахтеров и др.

Таким образом, с точки зрения функционалистской теории Дэвиса и Мура, неравенство и статусное распределение в обществе основаны на функциональной значимости данного статуса, тре­бованиях к исполнению роли и трудности заполнения социаль­ного статуса, функционально необходимого для общества.

Следует отметить, что данная теория стратификации в настоя­щее время является самой разработанной и теоретически обос­нованной. Вместе с тем многие современные исследователи находят в этой теории ряд существенных недостатков. Одним из наиболее значительных слабых мест теории по праву считают иг­норирование фактора власти, который играет существенную роль в распределении вознаграждения в обществах. Особенно это касается тех социальных структур, которые не исповедуют прин­ципов традиционной демократии. Наиболее характерен в данном отношении пример России, где фактор властного распределения ресурсов и функционирование системы неравенства во многом ос­нованы на использовании принуждения и контроля с помощью власти.

Несмотря на то, что социальный класс является одним из центральных понятий в социологии, относительно содержания это­го понятия у ученых до сих пор нет единой точки зрения. Впер­вые развернутую картину классового общества мы находим в ра­ботах К. Маркса. Можно сказать, что социальные классы у Мар­кса — это экономически детерминированные и генетически конфликтные группы. Основой разделения на группы является наличие или отсутствие собственности. Феодал и крепостной в фео­дальном обществе, буржуа и пролетарий в капиталистическом об­ществе — это антагонистические классы, которые с неизбежно­стью появляются в любом обществе, имеющем сложную иерар­хическую структуру, основанную на неравенстве. Маркс допускал также существование в обществе мелких социальных групп, способных повлиять на классовые конфликты. Изучая природу социальных классов, Маркс сделал предположения:

1. Каждое общество производит пищи, жилья, одежды и других ресурсов. Классовые возникают тогда, когда одна из групп населения присваивает ресурсы, которые сразу не потребляются и не являются на настоящий момент необходимыми. Такие ресурсы рассматриваются как частная собственность.

2. Классы определяются исходя из факта владения или не владения произведенной собственностью, В разные исторические периоды существовали различные виды собственности (рабы, вода, земля, капитал), которые имели решающее значение в человеческих взаимоотношениях, но все социальные системы были основаны на двух антагонистических социальных классах. В современную эпоху, по мнению Маркса, существуют два основных антагонистических класса — буржуазия и пролетариат.

3. Важность изучения классов заключается в том, что классовые отношения с необходимостью предполагают эксплуатацию одного класса другим, т. е. один класс присваивает результаты труда другого класса, эксплуатирует и подавляет его. Такого рода отношения постоянно воспроизводят классовый конфликт, который является основой социальных изменений, происходящих в обществе.

4. Существуют объективные (например, обладание ресурсами) и субъективные признаки класса. Последние представляют собой факт принадлежности к классу, что не обязательно должно сопровождаться осознанием такой принадлежности или чувством политической близости с интересами своего класса. Только тогда, когда члены общества осознают свою классовую принадлежность, когда они начинают действовать сообща в интересах своего класса, можно говорить о полностью сформировавшемся социальном классе.

Несмотря на пересмотр, с точки зрения современного общества, многих положений классовой теории К. Маркса, некоторые его идеи остаются актуальными в отношении существующих в настоящее время социальных структур. Это в первую очередь относится к ситуациям межклассовых конфликтов, столкновений и борьбы класса за изменение условий распределения ресурсов. В связи с этим учение Маркса о классовой борьбе в настоящее время имеет большое количество последователей среди социологов и политологов многих стран мира.

Наиболее влиятельную, альтернативную марксистской теорию социальных классов представляют работы М. Вебера. В отличие от Маркса Вебер выделяет иные факторы, влияющие на форми­рование отношений неравенства. В частности, он рассматривает престиж как один из важнейших признаков социального клас­са. Вместе с тем он рассматривает связь между возможностями выдвижения на более высокие, привлекательные статусы и при­надлежностью к социальному классу, полагая при этом, что класс представляет собой группу людей со сходными возможно­стями «продвижения» или возможностями в отношении карьеры. Так же, как Маркс, Вебер видит в качестве базового статусного распределения в обществе и основы для образования социальных классов отношение к собственности. Однако Вебер придает раз­делению внутри основных классов (наличию промежуточных классов) значительно большее значение, чем Маркс. Например, Вебер разделяет класс собственников и «торговый» класс, разби­вает на несколько классов рабочий класс (в зависимости от вида собственности предприятий, на которых они работают) исходя при этом из тех возможностей повышения своего статуса, которыми они обладают. В отличие от Маркса Вебер рассматрива­ет бюрократию как класс, как необходимое звено власти в современном обществе. Вебер впервые закладывает в основу клас­сового разделения систему стратификации, существующую в данном обществе.

Современные теории социальных классов также основаны на теории стратификации. Большинство социологов видят в отноше­нии к собственности базовое различие, тем не менее признают классообразующими такие факторы, как должностной статус, власть, престиж и др. Если социальная страта может обозначать разделение по одному параметру, то социальный класс является не только укрупненной стратой.

Во-первых, социальный класс формируется на основе близости статусных профилей, т. е. его основой служит ряд классовообразующих параметров, причем вла­дение (возможность распоряжаться) ресурсами является основой классового разделения общества.

Во-вторых, каждый социальный класс обладает специфической субкультурой, которая поддер­живается в виде традиций, с учетом существующих социальных дистанций между представителями различных классов, а также классовым сознанием, которое становится всеобщим в рамках дан­ного класса в условиях самоидентификации к коллективного достижения классовых интересов.

В-третьих, каждый класс об­ладает различными социальными возможностями и привилегия­ми, что является решающим условием при достижении наиболее престижных и вознаграждаемых статусов.

Каждый социальный класс — это система поведения, комплекс ценностей и норм, стиль жизни. Несмотря на влияние доминирующей культуры, ка­ждый из социальных классов культивирует свои ценности, мо­дели поведения и идеалы.

В конце XVIII и в XIX в. в российской деревне, а также в некоторых мещанских слоях идеалом женской красоты считалась достаточно полная, ширококостная женщина с «пышными фор­мами», румянцем на лице, пышущая здоровьем, которая в дос­таточной степени функционально подходила к сельской работе и работе по дому. В то же время идеалом женской красоты у дво­рянства была хрупкая, утонченная женщина, немного нервная, с тонкими пальцами и бледным лицом. Очевидно, что такая женщина просто не могла постоянно заниматься физическим трудом и своей «интересной» бледностью напоминала жителей Пе­тербурга — столицы России того времени.

Это только один штрих, который говорил об огромной соци­альной дистанции между высшими и низшими социальными классами дореволюционной России. Представители этих классов одевались по-разному, говорили на разных языках (низшие клас­сы не понимали французскую речь), по-разному строили свой быт. По этим культурным элементам можно было практически безоши­бочно определить принадлежность к социальному классу.

В современном обществе социальная дистанция между пред­ставителями различных социальных классов сократилась. Тем не менее, в настоящее время мы наблюдаем весьма значительные раз­личия в нормах поведения, идеях и образе жизни у различных классов нашего общества..(Это находит выражение в существова­нии специфических отличительных культурных черт. Напри­мер, наличие машины определенной марки, качество одежды и манера одеваться характеризуют «нового русского» как предста­вителя возрождающегося класса собственников.

Несмотря на то, что существуют некоторые исключения, обычный ребенок из среднего класса социализируется совершен­но другим способом, чем ребенок из низшего класса. Рассмотрим лишь один аспект социализации — тот опыт, который объединяет амбиции, образование и повседневные привычки, и увидим, как различаются два социально-классовых мира.

— Типичный ребенок из среднего класса живет в окружении об­разованных, культурных людей, которые правильно говорят по-русски (без применения низших диалектов и нецензурных выра­жений), наслаждаются серьезной музыкой, покупают интересные книги, ездят в интересные путешествия и имеют достаточно утонченные увлечения. Этот ребенок окружен личностями с оп­ределенными, довольно высокими амбициям, личностями кото­рые работают, не думая о заработной плате, которые борются за свой престиж. Его знакомят с успехами родителей, бабушек и де­душек, передают ему связи и друзей. Это для ребенка становит­ся естественным, он стремится добиться подобного положения в мире. Когда такой ребенок идет в школу, то видит там учителя, чья речь, одежда, манеры и нормы поведения соответствуют тем, к которым он привык. В ходе обучения ребенок имеет дело с давно знакомыми предметами: картинами, книгами, географи­ческими картами, поэтому легче осваивает школьные предметы. Учителя считают его понятливым и способным учеником, и ре­бенок относится к школе как к интересному и вполне достойно­му месту. Кроме того, он видит пример собственных родителей и родственников, которые получили хорошее образование и сде­лали карьеру. Таким образом, ребенок легко и естественно усваи­вает нормы поведения и идеи своей классовой субкультуры.

— Ребенок из низшего социального класса растет в совершенно иной культурной среде. Его родители, родственники и знакомые часто употребляют крепкие выражения, их речь по форме в зна­чительной степени отличается от речи представителей высших классов. Как правило, такой ребенок живет в тесной квартире, где происходят скандалы, часто употребляются спиртные напитки. В его доме практически не читают книг, а эстетические нормы крайне примитивны. Очень часто бывает так, что родители с ре­бенком не занимаются, основные нормы поведения он усваивает на улице, общаясь с подобными себе. Очевидно, что, обучаясь в школе, ребенок из низшего класса и его учителя изначально не могут найти общего языка, так как первичная; социализация в се­мье не дает ребенку такой возможности. Вместе с тем у такого ре­бенка нет определенности в отношении своего будущего, он не вос­питан на примерах карьеры своих близких и часто не понимает необходимости хорошо учиться. Учителя начинают считать его неспособным и уделяют меньше внимания.

В итоге культурная дифференциация между представителями различных социаль­ных классов, начиная с детства, постоянно углубляется, растет со­циальная дистанция, основанная на культурной доминанте.

Часть 3. Социальная мобильность.

Каждый человек перемещается в социальном пространстве, в обществе, в котором он живет. Иногда эти перемещения легко ощущаются и идентифицируются, например переезд индивида из одного места в другое, переход из одной религии в другую, измене­ние семейного положения. Это меняет позицию индивида в обществе и говорит о его перемещении в социальном пространстве. Однако существуют такие перемещения индивида, которые трудно определить не только окружающим его людям, но и ему самому. Например, сложно определить изменение положения индивида в связи с ростом (или падением) престижа, увеличением или уменьшением возможностей использования власти, изменением дохода. Вместе с тем такие изменения в позиции человека в конечном итоге сказываются на его поведении, системе отношений в группе, потребностях, установках, интересах и ориентациях.

В связи с этим важно определить, как осуществляются процессы перемещения индивидов в социальном пространстве, которые получили название процессов мобильности.

Талантливые личности, несомненно, рождаются во всех соци­альных слоях и социальных классах. Если не существует барье­ров для социального достижения, можно ожидать большую со­циальную мобильность, когда некоторые личности быстро подни­маются и получают высокие статусы, другие же опускаются на более низкие. Но между слоями и классами существуют барье­ры, мешающие свободному переходу индивидов из одной статус­ной группы в другую. Один из самых главных барьеров возника­ет из-за того, что социальные классы обладают субкультурами, готовящими детей представителей каждого класса для участия в классовой субкультуре, в которой они социализированы. Обыч­ный ребенок из семьи представителей творческой интеллигенции с меньшей вероятностью будет усваивать привычки и нормы, по­могающие ему впоследствии работать крестьянином или рабочим. То же можно сказать о нормах, помогающих ему в работе в ка­честве крупного руководителя. Тем не менее в конечном счете он может стать не только писателем (актером, художником), как его родители, но и рабочим или крупным руководителем. Просто для продвижения из одного слоя в другой или из одного социально­го класса в другой имеет значение «различив в стартовых возмож­ностях». Скажем, у сыновей министра и крестьянина разные возможности для получения высоких должностных статусов. Поэтому общепринятая официальная точки зрения, состоящая в том, что для достижения любых высот в обществе нужно толь­ко трудиться и иметь способности, оказывается несостоятельной.

Приведенные примеры свидетельствуют о том, что всякое со­циальное перемещение происходит не беспрепятственно, а путем преодоления более или менее существенных барьеров. Даже пе­реезд человека с одного места жительства на другое предполага­ет определенный период адаптации к новым условиям.

Все социальные перемещения личности или социальной груп­пы включают в процесс мобильности. Согласно определению П. Сорокина, «под социальной мобильностью понимается любой переход индивида, или социального объекта, или ценности, соз­данной или модифицированной благодаря деятельности, от одной социальной позиции к другой»

П. Сорокин различает два типа социальной мобильности: го­ризонтальную и вертикальную. Горизонтальная мобильность — это переход индивида или социального объекта от одной социаль­ной позиции к другой, лежащей на том же уровне, например пе­реход индивида из одной семьи в другую, из одной религиозной группы в другую, а также смена места жительства. Во всех этих случаях индивид не меняет социального слоя, к которому он принадлежит, или социального статуса. Но наиболее важным процессом является вертикальная мобильность, представляю­щая собой совокупность взаимодействий, способствующих пере­ходу индивида или социального объекта 13 одного социального слоя в другой. Сюда входит, например, служебное повышение (профессиональная вертикальная мобильность), существенное улучшение благосостояния (экономическая вертикальная мо­бильность) или переход в более высокий социальный слой, на дру­гой уровень власти (политическая вертикальная мобильность).

Общество может возвышать статус одних индивидов и пони­жать статус других. И это понятно: одни индивиды, обладающие талантом, энергией, молодостью, должны вытеснять с высших статусов другие индивидов, не обладающих этими качествами. В зависимости от этого различают восходящую и нисходящую со­циальные мобильности, или социальный подъем и социальное падение. Восходящие течения профессиональной, экономиче­ской и политической мобильности существуют в двух основных формах: как индивидуальный подъем, или инфильтрация инди­видов из низшего слоя в высший, и как создание новых групп индивидов с включением групп в высший слой рядом с сущест­вующими грушами этого слоя или вместо них. Ана­логично нисходящая мобильность существует в форме как вы­талкивания отдельных индивидов с высоких социальных стату­сов на более низкие, так и понижения социальных статусов це­лой группы. Примером второй формы нисходящей мобильности может служит падение социального статуса профессиональной группы инженеров, которая некогда занимала весьма высокие по­зиции в нашел обществе, или снижение статуса политической партии, теряющей реальную власть. По образному выражению П. Сорокина, «первый случай упадка напоминает падение человека с корабля; второй — корабль, затонувший со всеми нахо­дящимися на борту»

Для количествен­ной оценки процессов мобильности обычно используют показа­тели скорости и интенсивности социальной мобильности. Под ско­ростью мобильности понимается «вертикальная социальная дис­танция или число страт — экономических, профессиональных или политических, которые проходит индивид в его движении вверх или вниз за определенный промежуток времени». На­пример, некоему индивиду в течение трех лет после окончания института и начала работы по специальности удается занять должность заведующего отделом, а его коллеге, закончившему ин­ститут вместе с ним,- должность старшего инженера. Очевид­но, что скорость мобильности выше у первого индивида, так как за указанный промежуток времени он преодолел больше статус­ных уровней. С другой стороны, если какой-либо индивид в ре­зультате сложившихся обстоятельств или личной слабости с вы­сокого общественного положения скатывается на дно общества, то говорят, что у него высокая скорость социальной мобильности, но направленная вниз по статусной иерархии.

Под интенсивностью мобильности понимается число индиви­дов, меняющих социальные позиции в вертикальном или горизон­тальном направлении за определенный промежуток времени. Чис­ло таких индивидов в какой-либо социальной общности дает абсо­лютную интенсивность мобильности, а их доля в общей числен­ности данной социальной общности показывает относительную мобильность. Например, если мы будем учитывать число индиви­дов в возрасте до 30 лет, разведенных и перешедших в другие се­мьи, то речь пойдет об абсолютной интенсивности горизонтальной мобильности в данной возрастной категории. Если мы будем рас­сматривать отношение числа перешедших в другие семьи к числен­ности всех индивидов в возрасте до 30 лет, то речь пойдет об отно­сительной социальной мобильности в горизонтальном направлении.

Часто возникает необходимость рассмотреть процесс мобиль­ности с точки зрения взаимосвязи ее скорости и интенсивности. В этом случае используется совокупный индекс мобильности для данной социальной общности. Таким путем можно, например, срав­нить одно общество с другим с целью выяснения, в каком из них или в какой период мобильность по всем показателям выше. Та­кой индекс может быть рассчитан отдельно по экономической, про­фессиональной или политической области деятельности.

Характер процессов мобильности во многих об­ществах и социальных группах различен и зависит от особенностей структуры общества или группы. Одни общества имеют сложившие­ся социальные структуры, препятствующие различным видам со­циальной мобильности, другие более или менее свободно допуска­ют как социальные подъемы, так и социальные падения. В откры­тых классовых обществах каждый их член может подниматься и опускаться по статусам, составляющим структуру, на основе соб­ственных усилий и способностей. В закрытых классовых общест­вах каждая социальная позиция предписана индивиду от рождения, и какие бы усилия он ни предпринимал, общество исключает для него достигаемый социальный подъем или социальное падение.

Очевидно, что оба эти общества представляют собой идеаль­ные типы структур и в реальной жизни в настоящее время не су­ществуют. Однако существуют социальные структуры, близко стоящие к идеальным открытым и закрытым классовым обще­ствам. Одним из обществ, близким к закрытому, было кастовое общество в Древней Индии. Оно делилось на ряд каст, каждая из которых обладала собственной социальной структурой и занима­ла строго определенное место среди других каст.

Касты относятся к социальным системам, в которых занятие индивидами позиций основано на происхождении и исключена вся­кая возможность достижения более высоких статусов при строгих правилах, запрещающих браки между представителями разных каст. Эти правила закрепляются в сознании с помощью религи­озных верований. В Древней Индии, например социальные барь­еры между кастами были очень значительными и переходы ин­дивидов из одной касты в другую наблюдались чрезвычайно ред­ко. Каждая каста имела специфические виды профессий, исполь­зовала отдельные дороги для передвижения, а также создавала свои типы внутренних взаимосвязей. Ранговое место касты в общест­ве строго соблюдалось. Так, представители высшей касты, брах­манов, как правило, обладали богатством и высоким уровнем об­разования. Однако, далее если представитель этой высшей касты становился банкротом или по какой-то причине оставался негра­мотным, он все равно не мог опуститься в нижнюю касту.

Современные общества в целом не могут быть организованы по кастовому типу по ряду социальных и экономических причин, к которым относятся прежде всего потребности общества в ква­лифицированных и компетентных исполнителях, в людях, спо­собных решать задачи управления сложным* социальными, по­литическими и экономическими процессами.

Но даже в современных обществах существуют социальные группы «закрытого » типа, весьма напоминающие касты. Так, во многих странах такой относительно закрытой группой является элита — верхний слой социальной структуры, имеющий преиму­щества при занятии наиболее высоких социальных статусов и, ста­ло быть, преимущества при распределении общественного продук­та, власти, получении наилучшего образования и т. д.

Итак, в обществах существуют некоторые социальные статус­ные группы, вертикальная мобильность в которых крайне затруд­нена в силу их замкнутости и барьеров, создаваемых на пути пред­ставителей других социальных групп. Вместе с тем, как бы ни была замкнута группа, все равно существует хотя бы незначитель­ное число членов других групп, проникающих в нее. Видимо, есть распределенные пути вертикальной социальной мобильности, ко­торые практически невозможно перекрыть, и представители низ­ших слоев всегда имеют пане проникнуть в высший слой.

Доступность путей для со­циальной мобильности зависит как от индивида, так и от струк­туры общества, в котором он живет. Индивидуальная способность немного значит, если общество распределяет вознаграждения на ос­нове предписанных ролей. С другой стороны, открытое общество мало помогает индивиду, который не подготовлен к борьбе за про­движение к высшим статусам. В некоторых обществах амбиции мо­лодых людей могут находить один или два возможных, открытых для них канала мобильности. В то же время в других обществах молодежь может воспользоваться сотней путей для достижения выс­шего статуса. Одни пути достижения высшего статуса могут быть закрыты в связи с этнической или социально-классовой дискрими­нацией, другие в силу того, что индивид из-за индивидуальных осо­бенностей просто не способен применить свои таланты.

Однако для того чтобы полностью изменить социальный ста­тус, у индивидов часто возникает проблема вхождения в новую субкультуру группы с более высоким статусом, а также связан­ная с этим проблема взаимодействий с представителями новой со­циальной среды. Для преодоления культурного барьера и барь­ера общения существует несколько способов, к которым так или иначе прибегают индивиды в процессе социальной мобильности.

Недостаточно просто зарабатывать и тратить большие деньги в том случае, когда индивид сравнялся в доходах с представителями более высокого социального слоя. Для усвоения нового статусного уровня ему необходимо принять новый материальный стандарт, соответствующий этому уровню. Устрой­ство квартиры, покупка книг, телевизора, машины и т. д. — все должно соответствовать новому, более высокому статусу. Матери­альная бытовая культура — это, может быть, и не очень заметный, но весьма значительный способ приобщения к более высокому статусному уровню. Но материальный образ жизни — только один из моментов приобщения к новому статусу и сам по себе, без из­менения других компонентов культуры немного значит.

Ориентирован­ная на вертикальную мобильность личность не будет принята в более высокий социально-классовый слой до тех пор, пока не ус­воит образцы поведения этого слоя настолько, чтобы следовать им без каких-либо усилий. Аспирант, становясь постепенно про­фессором, или исполнитель, превращаясь в директора, должен из­менить свое поведение, чтобы быть принятым в новой для себя среде. Образцы одежды, словесные обороты, проведение досуга, манера общаться — все подвергается пересмотру и должно стать привычным и единственно возможным типом поведения. Детей часто готовят специально к усвоению поведения, характерного для высокого социально-классового слоя, обучая их музыке, танцам и хорошим манерам.

Способ изменение социального окружения основан на налаживании контактов с индивидами и ассоциациями (социаль­ными группами, социальными кругами ) того статусного слоя, в ко­торый социализируется мобильный индивид. Идеальным услови­ем вхождения в новый слой является положение, когда индивид полностью окружен представителями того слоя, куда он стремит­ся попасть. В этом случае субкультура осваиваемся очень быстро. Однако положительным моментом налаживания связей всегда служит то, что новое знакомство (индивиды, ассоциации ) может создать благоприятное общественное мнение в пользу новичка.

Во все времена брак с представителем более высокого статусного слоя служил наилучшим средством преодоления барьеров, стоящих на пути социальной мобильности. Во-первых, он может в значительной степени способствовать проявлению талан­тов, если дает материальное благополучие. Во-вторых, он предос­тавляет индивиду возможность быстрого подъем*, часто минуя не­сколько статусных уровней (все, конечно, помнят о быстрой вертикальной мобильности Золушки в самые высокие слои общества ). В-третьих, брак с представителем или представительницей более высокого статуса в значительной степени разрешает проблемы со­циального окружения и быстрого освоения образцов культуры выс­шего статусного слоя. Подобного рода браки позволяли людям пре­одолевать самые трудные социальные барьеры в кастовом общест­ве, а также проникать в элитные слои. Но такой брак может быть полезен только в том случае, если индивид из более низкого ста­тусного слоя подготовлен к быстрому усвоению новых образцов поведения и образа жизни нового для него социального окружения. Если он не может быстро усваивать новые культурные статусы и стандарты, то этот брак ничего не даст, так как представители выс­шего статусного слоя не будут считать индивида «своим».

Убеждение в том, что социальная мобильность полезна и не­обходима, служит неотъемлемой частью культуры в любом совре­менном демократическом обществе. Общество с закрытыми соци­альными группами препятствует проявлению человеческой инди­видуальности и не дает талантливым людям возможности актив­но участвовать в общественной жизни. Однако высокая социальная мобильность наиболее уместна и полезна в сложных обществах. Относительно простые общества, которые, например, существо­вали в XVIII в. в Европе и Азии, а также в Америке, имели очень мало таких социальных ролей, которые не могли бы исполнить люди со средними способностями, при условии, конечно, что к исполнению своей основной роли человек готовился с самого детства. В таком простом обществе для качественного исполне­ния даже роли лидеров, определяющих правила и ритуалы, не­обходимы скорее тщательность и длительное обучение, чем не­обыкновенные способности. Неотъемлемыми качествами общест­ва с закрытой социально-классовой структурой являются ее внут­ренняя простота и стабильность. Это дает гарантию того, что большинство ролей и без притока талантливых людей из нижних социальных слоев будет исполняться вполне адекватно.

Быстрота изменения общества, разумеется, требует от лиде­ра большего, нежели способность механически исполнять опре­деленные ритуалы. Кроме того, для технических достижений в обществе необходимо иметь больше высокоинтеллигентных, вы­сокообразованных профессионалов, исполнителей, экспертов. Та­кое общество не способно обойтись без постоянного притока на ключевые позиции «мозгов «, поступающих из всех социальных слоев общества.

Из этого следует, что открытая классовая систе­ма — это необходимость для современного общества. Однако культивирование и развитие открытой системы может иметь не­приятные последствия для некоторых из входящих в нее инди­видов. Рассмотрим несколько случаев существования в современ­ном обществе индивидов с высокой мобильностью.

Статусная нестабильность. Средневековый сапожник имел мало шансов подняться по социальной лестнице, но для него прак­тически не существовало и опасности опуститься ниже своего ста­туса. Он чувствовал себя спокойно, занимаясь сапожным ремес­лом, и был свободен от честолюбивых амбиций и страха перед не­удачей. Он мог работать, не ощущая стыда или унижения досто­инства, либо находить удовольствие в своем скромном комфорте, не испытывая жажды в роскошной жизни.

Общество с открытыми границами между социальными груп­пами дает человеку шанс подняться, но оно же порождает в нем страх социального падения. Он не может порицать общество за свой низкий статус, но берет всю ответственность за низкое по­ложение на себя. Нет никакой гарантии, что его статус не ста­нет еще более низким, но даже если он останется на прежнем уров­не, это не означает, что индивид выполняет свои социальные обя­занности, так как в эти обязанности входит не просто поддержа­ние данного статуса, но и повышение его. Другие люди низкого происхождения могут иметь высокий статус, а почему же не он? Статусное беспокойство во многих странах Европы и Амери­ки традиционно в большей степени проявлял средний класс. В нашей же стране к группе, испытывающей наибольшее беспокой­ство, можно отнести, пожалуй, руководителей среднего и низше­го уровней в системе управления. Представители высшего статус­ного уровня не нуждаются в борьбе за более высокий статус и ред­ко боятся потерять его. В то же время среди индивидов, представ­ляющих нижние уровни, очень немногие надеются на социальный подъем и участвуют в борьбе за более высокий статус.

В обществе с относительно открытыми границами между со­циальными слоями одни люди могут иметь высокую скорость со­циальной мобильности и сделать блестящую карьеру, другие же могут быть так деморализованы, что будут пытаться находить уте­шение в вине, наркотиках, сексе иди других развлечениях. Мно­гие индивиды пытаются защитить свой статус, создавая инсти­туциональные образования, снижающие свободу вертикальной со­циальной мобильности. Такие социальные образования, как профсоюзы, союзы предпринимателей, общества актеров, юристов и т. п., создают некоторые социальные барьеры на пути свобод­ной социальной мобильности. Одним из институциональных средств защиты позиций индивидов служат научные степени, зва­ния, присваиваемые актерам, военным, учителям. Серьезным фактором, ограничивающим свободную социальную мобильность, могут стать требования к состоянию здоровья работающих в тех или иных областях.

Напряжение при принятии новых социальных ролей. Восхо­дящая вертикальная социальная мобильность приводит не толь­ко к получению новых благ и привилегий, но и к появлению боль­шей ответственности и к новым ограничениям. Случается, что не­которые люди отклоняют предложенное повышение статуса по­тому, что при занятии новой должности возникают добавочная напряженность и новые обязанности, увеличивающие неудовлетворенность. Нервная дрожь и стрессы среди вновь назначенных на более высокие должности — далеко не исключение. Кроме то­го, напряжение возникает из-за достаточно трудного процесса обу­чения образцам новой для индивида субкультуры: новым мане­рам, этикету, типам взаимоотношений. Процесс приспособления к новой субкультуре бывает очень сложным. Это иногда прояв­ляется так сильно, что грозит нервными расстройствами и рез­ким снижением мотивации исполнения своей роли.

Разрыв связей в первичных группах. Многие люди ориенти­рованы на вертикальную мобильность и достигают значительно более высоких статусов, чем их родители. Если, например, роди­тели индивида принадлежат к рабочему классу, а он сам «выбил­ся » в слой творческой интеллигенции и занимает там достаточ­но высокую позицию, то очевидно, что индивид и его родители должны вращаться в разных субкультурах, в двух различных со­циальных и интеллектуальных сферах. Общаясь со своими роди­телями, этот индивид будет находить все меньше точек соприкос­новения, общих тем для беседы, общих взглядов на окружающую действительность. Таким образом, родители, столько сделавшие для того, чтобы их сын или дочь поднялись наверх, убеждают­ся в том, что между ними и детьми появилась пропасть. Для обе­их сторон это очень болезненно.

Нисходящая мобильность также может вызывать крайне не­приятные последствия для индивидов и, естественно, в еще боль­шей степени, чем восходящая. Социальное падение разрывает пер­вичные связи с друзьями, многими родственниками, может раз­бивать семи, ставить барьеры между отцами и детьми. Возьмем, например, молодую супружескую пару, в которой супруги оди­наково сильно мотивированы на мобильность, на достижение. Ес­ли разные способности супругов, различные условия и обстоятельства возвысят одного из них, другой будет испытывать болезнен­ные затруднения. Может возникнуть взаимное напряжение и разрыв отношений. Статистика показывает, что часто семьи рас­падаются именно по этой причине.

Многие первичные группы распадаются по причине социаль­ной мобильности. Если в дружеском кругу рабочих один из них становится мастером или старшим мастером и начинает руково­дить действиями своих друзей, дружеские связи почти немедлен­но прекращаются. Возможна даже конфронтация. Именно по причине прекращения первичных связей потерпела крах прак­тика назначения мастерами производственных участков лиц из числа рабочих-лидеров.

В целом социальная мобильность общества — противоречивый процесс. Если сложное общество позволяет индивидам относитель­но свободно миновать барьеры между социальными классами и слоя­ми, то это вовсе не означает, что всякий индивид, обладающий та­лантами и мотивацией, может безболезненно и легко двигаться по ступеням лестницы социального восхождения. Мобильность всегда трудно переносится всеми индивидами, так как им приходится адап­тироваться к новой субкультуре, налаживать новые связи и бороть­ся со страхом потерять свой новый статус. Вместе с тем для слож­ного общества открытый путь наверх, большое число достигаемых статусов — единственный путь развития, ибо в противном случае возникают социальное напряжение и конфликт

ВЫВОДЫ

На основе анализа заданной темы контрольной работы можно сделать следующие выводы:

1. СОЦИОЛОГИЯ — это наука, изучающая структуры общества, их элементы и условия существования, а также социальные процессы, протекающие в данных структурах.

2. СОЦИАЛЬНАЯ СТРАТИФИКАЦИЯ — это иерархически организованная структура социального неравенства, которая существует в определенном обществе, в определенный исторический отрезок времени. Причем социальное неравенство воспроизводится в достаточно устойчивых формах как отражение политической, экономической, культурно-нормативной структуры общества. Существование социальной дифференциации можно принять за аксиому. Однако объяснение ее характера, основ исторической эволюции, взаимоотношений конкретных форм остается одной из ключевых проблем социологии. И для того чтобы в этом разобраться, необходимо знать интеллектуальную традицию: теории, в которых освящалась эта проблема.

3. СОЦИАЛЬНАЯ МОБИЛЬНОСТЬ — это процесс перемещения индивидов в социальном пространстве и зависит во многом от мотивации индивидов и их стартовых возможностей. Причем возможности для вертикальной мобильности различны в каждом обществе и могут изменяться.

Использованная литература

1. Фролов С. С. Социология. — М.: «Логос», 1996. — 9-23, 238-259, 307-320с.

2. Энциклопедический социологический словарь./Под ред. Осипова Г. В. — М.: ИСПИ РАН, 1995.

3. Кравченко А. И. Социология. — М.: «Академический проект», 2002. — 3-8, 289-382 с.

4. Швец Е. Е., Назаренко Ю. И. Социология. Методические указания для выполнения контрольных робот для студентов ЗДИА заочной формы обучения. — Запорожье, 2005. — 36 с.


Социальная стратификация и социальная мобильность 2