Социологические взгляды П. А. Сорокина о браке, семье, любви

СОЦИОЛОГИЧЕСКИЕ ВЗГЛЯДЫ П. А. СОРОКИНА О БРАКЕ, СЕМЬЕ И ЛЮБВИ

Предистоки современной отечественной социологии семьи в позитивистской школе, строящей социологию по образцу естествознания, и в субъективистской школе, требующей особого метода изучения при исследовании особого объекта – человеческой истории, где действуют люди, стремящиеся к достижению своих целей.

Мало кто из социологов прошлого не упоминал семью, пытаясь объяснить, как устроена общественная система. Но мало и тех, кто посвятил семье, браку, родству и связанным с ними отношениям специальные работы.

В начале двадцатого столетия парадигма социализма была очень популярна среди российской интеллигенции, среди ученых. На этом пути искали разрешения многих проблем. В том числе, и проблем семьи и брака. Не был исключением в этом отношении Питирим Александрович Сорокин, выдающийся социолог ХХ столетия.

Питирим Александрович Сорокин, русско-американский социолог (1889-1968 г. г.), переехал в США осенью 1922 г. по приглашению американских социологов. Первые годы американского периода деятельности он работал в Университетах штатов Минессота, Иллинойс, Висконсин, с осени 1930 г. – в Гавардском университете, где возглавил новый социологический факультет

Все творчество в США выдающегося социолога XX века рассмотрено в рамках двух периодов: Миннесотского и Гарвардского. В годы миннесотского периода (1923-1930) им было написано две крупные работы “Социология, революций” (1925) и “Социальная мобильность” (1927). А так же работы “Социокультурная динамика”(1937-1941), “Общество, культура и личность” (1947), ” Причуды и слабости современной социологии” (1956), “Современные социологические теории” (1966).В 1964 году Сорокина избирают президентом Американской социологической ассоциации. Последние два десятилетия своей жизни социолог занимается не только научным творчеством, но и практической работой: изучение возможностей альтруистического поведения.

Сорокин П. А. начал уделять большое внимание исследованию проблемы семьи еще в тот момент, когда жил в России.

По мнению социолога, семья, как и все общественные установления, на протяжении своей истории испытала ряд изменений. Развитие семьи не тормозится даже в современных ее формах. Изучая происходящие в обществе явления, Сорокин П. А. пришел к выводу, что семья как социально-правовая организация определенного вида переживает серьезный перелом: “старые и отчасти современные ее формы мало-помалу исчезают и уступают место иным формам, известным пока лишь в самых общих чертах. Коротко говоря, современная семья изменяется и переходит наши дни к новой, грядущей семье”.[1]

Весь этот процесс, по мнению социолога, связан с изменением всей остальной общественной жизни, экономического уклада общества. По мере того как изменяют основы современного общества, изменяется и семья.

Сорокин дает понятие о сущности современной семьи. Для него современная семья представляет собой союз, во-первых, мужа и жены, затем родителей и детей и, в-третьих, более широко, союз родственников и свойственников. Основанием союза супругов является брак, признанный государством, заключаемый в определенной юридической форме и влекущий за собой определенные юридические последствия – личные и имущественные.

С религиозной точки зрения брак означал полное слияние двух существ, пожизненное шествие их по дороге жизни и совместное осуществление поставленных себе задач. До некоторого времени, считает социолог, эта связь была достаточно прочной и для огромного большинства – пожизненной. Являясь такой самостоятельной ячейкой, современная семья была объединена и скреплена рядом других связей. Как союз родителей и детей она была своего рода независимым хозяйственным целым (“домашний очаг”), школой и воспитателем. На родителях, обладающих рядом прав по отношению к детям, лежали и обязанности – заботиться об их материальной обеспеченности и об умственном и нравственном воспитании. Определенные права и обязанности лежали и на детях. Государство почти не вмешивалось в этот внутренний распорядок семьи.

Сравнивая проблемы современной семьи, Сорокин приходит к выводу, что за несколько десятков лет сложившиеся устой семьи изменились и основные связи, скрепляющие эту “ячейку общества” ослаблены со временем. “По мере приближения к нашему времени становятся более слабым и союз мужа и жены, и союз родителей и детей, т. е. две основы семьи, которыми исчерпывается ее содержание”[2] .

Сорокин П. А. в своей работе привел доказательства ослабления связи супругов. Такими доказательствами являются:

1) все быстрее и быстрее растущий процент разводов и “разлучений от стола и ложа”; 2) уменьшение самого числа браков, свидетельствующее о том, что все больше и больше становится лиц, не желающих связывать себя современными узами “законного брака”, 3) рост “внебрачных” союзов мужчины и женщины, 4) рост проституции, 5) падение рождаемости детей, 6) освобождение женщины из-под опеки мужа и изменение их взаимных отношений, 7) уничтожение религиозной основы брака и 8) слабая охрана супружеской верности и самого брака государством. Кроме того, доказательством ослабления семьи может служить и признаком ее распада служит факт уменьшения количества рождаемости в браке.

Совокупность приведенных фактов, по мнению Сорокина, позволяет судить о том, что современная семья переживает глубокий кризис.

Следует согласиться, что дальнейшее существование современной семьи при наличии указанных факторов на самом деле становится весьма трудным. Развитие этих факторов само по себе служит признаком падения современных “устоев” семьи.

Сорокин П. А. подвергает критике семьи, не имеющие детей и семьи, которым безразлично иметь или не иметь детей. Семья без детей до какого-то времени было чем-то ненормальным. Иметь детей и быть отцом и матерью для семьи всегда было нормой. Дети в большей степени сплачивали семейный союз, заставляли супругов уважать друг друга, терпеливо относиться друг к другу. Таким образом, дети придавали смысл браку.

Однако через некоторое время жизнь внесла свои коррективы в ценностные ориентиры семьи. Вот как описывает происходящее явление Сорокин: “В моду входят бездетные браки, иметь детей считается теперь неудобным и непрактичным по целому ряду соображений: говорят в этих случаях и о трудности жизни, и о материальных и экономических заботах, и о том, что дети – роскошь, стоящая весьма дорого, и о трудности их содержания, воспитания, обучения, и о том, что они связывают руки, мешают работе или выездам на балы, портят бюст матери и ее красоту, преждевременно ее старят, заставляют отца надрываться в излишней работе и т. д. и т. д. Мотивы приводят разные. Но, как они ни разнообразны, факт остается фактом: процент брачной рождаемости падает”[3] .

Следует отметить, что проблема, которую описывает социолог, находит отражение и в настоящее время в современной России. Сейчас действительно идет уменьшение количества рождаемости, в основном это объясняется материальными трудностями, занятостью трудоспособного населения, большим количеством разводов в первые годы семейной жизни. Бездетные браки уже становится обыденностью нашей жизни.

Важная мысль концепции Сорокина П. А. – дети это цемент, скрепляющий семью. Он сравнивает брак без детей с семьей. Основная связь супругов – это духовное и телесное единение, которое весьма часто бывает хрупким и нередко подвергается соблазнам и искушениям, ведущим к нарушению святости и прочности семьи. В этом смысле отсутствие детей во многих формах ведет к большему легкомыслию: там, где раньше забота о детях, о семейном очаге, его чистоте и т. д. могла остановить супруга от соблазна и от легкомыслия, при браке без детей этот тормоз отсутствует. В брачных отношениях без детей супруг рискует только своей связью с другим супругом, которого возможно заменить другим и создать новую семью. Если при браке с детьми перед супругами вставал вопрос: “А как же дети?” и в нередких случаях удерживал от развала семьи. При бездетности в семье этот вопрос не возникает, а потому нет и этого скрепляющего семью цемента.

Далее Сорокин П. А. называет одним из факторов ослабляющих семью – это утрату религиозной основы брака, как главной основы семьи и брака. Если ранее весь авторитет церкви, вся сила государства была направлена в интересах защиты семьи и основ брака. Сорокин утверждает, что религиозной основой брака считается факт беспощадных наказаний за прелюбодеяние, налагавшихся государством на “прелюбодеев”[4] . Со временем разрыв и осквернение брака превратилось в обычное явление, хотя ранее означали оскорбление божественного установления и заповедей. Теперь молодые люди относятся к браку более легкомысленно, не задумываясь о создании устойчивой семьи. В связи с развитием гражданских браков мужчины и женщины перестали более серьезно и строго относиться к супружескому союзу. После отмены наказания за внебрачные связи государство почти перестало охранять чистоту семейного очага и предоставило здесь лицу почти полную свободу.

Важным моментом является то, что после утраты религиозной основы и охраны супружеского союза со стороны государства семья и брак, можно сказать, потеряли две надежных стены, защищавшие их от посягательств. Что в принципе, социолог считает недопустимым.

Анализируя проблемы кризиса современной семьи, Питирим Александрович указывает то, что все перечисленные явления, указывающие на разложение семьи, характеризуются постоянным ростом, “и в дальнейшем, будут продолжать свою разрушительную работу, уничтожая оставшиеся устои современного брака и семьи”.

Кроме того, социолог дает краткую характеристику признаков разложения и ослабления семьи как союза родителей и детей. Один из самых главных признаков кризиса союза родителей и детей выразился в падении власти родителей над детьми. Если, ранее в глубокой древности дети были совершенно бесправны и отданы в бесконтрольную власть родителей. Государство в этом случае ни в чем здесь не ограничивало власть родителей. Родитель имел право жизни и смерти над детьми, мог продать их в рабство, мог изувечить, при этом, не давая никому отчета в своих действиях, права на имущество у детей также отсутствовали. Дети во всем должны были подчиняться родителям. По указанным причинам связь между родителями и детьми существовала, хоть и в принудительном порядке.

Но затем власть родителей постепенно ограничивалась. Государство начало устанавливать соответствующие условия, которые родители не могли нарушать. Наконец, родители стали нести ответственность за действия в отношении детей. Постепенно, государством закрепляются основные права ребенка (жизнь, здоровье), отменена продажа в рабство, за детьми признаются некоторые имущественные права, родителям вменяется обязанность воспитывать и защищать интересы ребенка.

Питирим Александрович делает вывод, что с падением родительской власти принудительная связь родителей и детей стала слабее и больше путей эту связь разорвать. И если раньше семья была единственной или главной воспитательницей, школой и опекуном, то теперь эта роль семьи должна исчезнуть. В связи с этим семья лишена тех функции, которые ранее выполняла, передав их обществу и государству.

Кроме того, Сорокин в интересах современной семьи также видел тормоз для проявления более высоких альтруистических порывов и поступков. Семейный эгоизм в прошлые времена объявлялся помехой альтруизму или сознательности и в обобществлении семейных функций (т. е. в устранении института семьи) виделось средство перехода к новому обществу. Таковой была эпоха и, тем не менее, П. А.Сорокину в 1916 г. удалось поставить точный диагноз кризису семьи, как ослабления союза родителей и детей, союза супругов, как распада хозяйственного союза.

Однако, распад семьи, тщательно описанный на материале того времени, мыслился как болезнь роста всего уклада жизни, того роста, который несет с собой и новую форму семьи на смену отживающей. П. А. Сорокин как бы спорит с Г. Спенсером, около 30 лет назад отметившим дезинтеграцию семьи, зашедшую слишком далеко, и поэтому следует ожидать теперь движения по обратному направлению и, вероятно, по мнению Спенсера, семья, состоящая из родителей и детей, восстановится снова и даже подвергнется дальнейшей интеграции[5] . П. А. Сорокин, ссылаясь на осуществленный им анализ материалов, отмечает: “Как видно из вышесказанного, действительность пока не оправдывает предположений Спенсера, разложение не остановилось, а чем дальше, тем идет быстрее и, по-видимому, в таком же направлении пойдет и в будущем, конечно, оно не ведет к гибели семьи вообще. Семья как союз супругов и как союз родителей и детей, вероятно, останется, но формы их будут иными”[6] . Признается лишь распад хозяйственного союза и прогнозируется радикальное изменение внутрисемейных отношений, соответствующее по идее новому укладу жизни. Возможность исчезновения семьи вообще как социального института отрицается, т. к. на смену современной семье идет новая ее форма, построенная на новых ценностных основаниях:

А) на основе свободного соглашения, а не принуждения;

Б) на основе общественной педагогики, а не семейного опекунства, которое прежде смягчало чисто полицейскую систему государственной педагогики – в новых условиях, когда государство и общество забудут о своей роли полицейского, а будут педагогами, когда воспитание и обучение будет поручено специалистам;

В) на основе общего блага, альтруистического поведения, направленного на пользу общества, а не только на семейную пользу.

И нет сомнения, завершает свой анализ П. Сорокин, что в этом начавшемся единоборстве семьи и общества – организация современной семьи будет разрушена: общественные интересы – с одной стороны, интересы личности – с другой стороны, победят и фактически уже побеждают.

Через пять лет П. Сорокину пришлось разочароваться в реальном социализме и в работе “Современное состояние России”, где подводятся итоги устрашающей эпохи войны и революции, он приводит слова французского психолога Г. Леббона (1841-1931) из книги “Психология социализма” о заключении общества в смирительную рубашку, где среди безжалостных плодов зверя революции упоминается и полиция у семейного очага[7] .

Большое значение для микросоциологии семьи имеют взгляды П. Сорокина на семью как на механизм социальной циркуляции и мобильности. Семья как лифт, осуществляющий перемещения вверх и вниз по социальной лестнице, семейный статус как фундамент социального положения личности, селекции и распределения индивидов внутри различных социальных страт – вот предмет изучения семьи в терминах социальной структуры и социальной динамики. П. Сорокин говорит даже о семейном тесте, о семье как средстве тестирования способностей и отмечает, что современная семья выполняет эту роль лишь частично, т. к. в обществе вертикальной мобильности семейный тест теряет свое исключительное значение, и складывается норма оценки личности не по семейному положению и происхождению, а по личным качествам, тестируемым детсадами, школами и прочими новыми институтами селекции[8] .

2. В своей известной книге “Главные тенденции нашего времени” Сорокин П. А. подробно рассматривает волнующую его тему “неэгоистической любви” и альтруизма. Сфера альтруистической любви является для него одним из важнейших объектов изучения. Для науки, в целом, альтруизм (любовь к ближнему) стал новой областью исследования.

В доказательство важности изучаемого предмета социолог приводит опровержения ряду человеческих предрассудков: люди пытаются применять рецепты, с помощью которых хотят предотвратить конфликты только средствами политики, образования, религиозного осуждения, экономики, либо только военными средствами[9] . Например, мы склонны думать, что демократическая форма правления обеспечит длительный мир и социальный порядок. Тем не менее, проведенные исследования преступности показали, что демократические режимы едва ли отличались от автократических меньшей степенью воинственности, беспорядков и распространения преступности[10] . Более того, и образование в его современной форме никогда не было панацеей от международных войн, гражданских раздоров и преступлений. Наоборот, в XX веке они достигли такого уровня, тем самым, превратив это столетие – самое научное и самое образованное в истории – в самое кровавое из них. Религия также не является единственно возможным средством обеспечения мира, так как от божественных заповедей низменных поступков людей меньше не стало.

По мнению П. А. Сорокина источником мира не являются также и различные формы организации экономики (коммунистическая, социалистическая, капиталистическая), так как все они пытались решать проблемы исключительно военными методами, вели политику “мира посредством войны”. Однако с каждой новой войной изобреталось более смертоносное оружие, от которого масштаб, разрушительность и потери лишь возрастали. Таким образом, Сорокин приходит к выводу, что без увеличения “производства, накопления и распространения неэгоистической любви, никакие другие средства не смогут ни предотвратить будущие самоубийственные войны, ни установить гармоничное устройство человеческого универсума”[11] .

Энергия и сила любви не может быть сведена к скалярным физическим величинам, такими как “энергия”, “мощность”, “сила”, “работа”. Ее свойства скорее качественные, чем количественные. Пока у энергии любви нет каких-либо единиц измерения, но в качестве таковых могут быть признаны: интенсивность, экстенсивность, чистота, длительность, адекватность. Но у этих “измерений любви” нет своих формул. Понятие “энергия” Сорокин П. А. использует в значении “способность произвести действие или вызвать эффект”. Эта энергия любви проявляется как бесконечный универсум, который неисчерпаем качественно и количественно. Из многих форм существования этой энергии ученый выделяет следующие: космическо-онтологическая, биологическая и психологическая.

Космическо-онтологическая концепция любви. В данном аспекте альтруистическая любовь, наряду с истиной и красотой, считалась одной из высших форм космической энергии, действующей не только в человеческом обществе, но и во всем космосе. Подобно христианской Троице – Отец, Сын и Святой Дух – Любовь, Истина и Красота являются величайшими ценностями, или энергиями, неразделимыми, но отличными друг от друга[12] .

Эмпирический биологический альтруизм. В качестве эмпирического феномена альтруистическая любовь означает специфическое поведение живых форм, стремящихся – инстинктивно или сознательно – быть полезными другим организмам.

Психологические характеристики альтруистической любви в человеческом обществе. В человеческом обществе альтруистическая любовь проявляется одновременно как специфический психологический опыт, внешнее поведение и социальное взаимоотношение. В зависимости от различных комбинаций эмоционального, волевого и интеллектуального элементов альтруистическая любовь в своей психологической характеристике различается “тональными качествами”, или “цветами”. Они выражаются такими понятиями, как сочувствие, симпатия, доброта, дружба, преданность, доброжелательность, уважение и другие. Если альтруистическая любовь остается на уровне чисто психологического опыта и не проявляет себя в соответствующих действиях тогда она становится “неосуществленной” или “не реализованной” любовью. Такая чисто “психологическая”, или “словесно выраженная” любовь часто оказывается псевдолюбовью или даже “лицемерным альтруизмом”[13] . Причем, Сорокин П. А. отмечает, весьма печальный факт того, что в человеческом обществе встречается много “словесно выраженных” альтруистов и сравнительно мало истинных, которые реализуют на практике благородные альтруистические заповеди.

Как было отмечено, у любви, как и у любой другой энергии, есть свои измерения и, как утверждает автор теории, они существуют, чтобы адекватно описывать и приближенно оценивать конкретные феномены альтруистической любви. Итак, по интенсивностилюбовь измеряется от нуля до бесконечности, от богача, подающего несколько центов голодному, до добровольного пожертвования собственной жизни. По экстенсивности любовь колеблется от нулевой точки себялюбия до любви ко всему человечеству. По длительности любовь изменяется от кратчайшего возможного момента до нескольких лет, десятилетий, либо всей жизни. По чистоте варьируется от чистой любви, мотивированной исключительно любовью ради любви или любовью одного человека ради другого. Адекватность любви колеблется от “слепой” до “мудрой” любви. В неадекватной любви всегда имеется расхождение между субъективными мотивами и целями любви и объективными последствиями неумных или неадекватных действий, посредством которых любовь реализуется. Например, мать может страстно любить свое дитя и с готовностью пожертвовать чем-либо для блага ребенка, но, реализуя свою любовь посредством неверных действий и средств, она может испортить ребенка и подвергнуть опасности его благополучие.

Следует отметить, что рассматривая многообразные формы творческой любви, Сорокин П. А. использует два понятия – Эрос и Агапе. Эгоцентричный эрос придерживается правил: “живи и давай жить другим”, “не делай вреда другим, чтобы не вредили тебе”, то есть, эрос предполагает за собой отношение людей, которые проявляют свою любовь только к тем, кто ее заслужил, и отвечают на нее взаимностью. Любовь-агапе противоположна эросу – это неэгоистическая самоотверженная любовь, она непосредственна и свободно изливает себя. По мнению социолога, такая любовь приходит к человеку свыше. Но, хоть и агапе более искренняя любовь, нежели эрос, последняя форма более предпочтительнее для людей[14] .

По утверждению Сорокина, любовь может существенно помочь в освобождении человечества от его самых тяжелых недугов – войн, преступлений, безумия, нищеты и пороков. В подтверждение этому он приводит ряд примеров:

– Биологические функции любви-энергии. Примером очевидного проявление биологической любви-энергии может служить родительская забота о ребенке в период его беспомощности.

– Любовь и самоубийство. Когда любовь и привязанность индивида к окружающим его людям умножается и усиливается, вероятность самоубийства уменьшается. Без любви жизнь для людей становится просто бесполезным бременем.

– Любовь, долголетие и здоровье. Любовь в ее различных формах оказывается одним из наиболее важных факторов долголетия и хорошего здоровья; быть любимым другими и любить других важнейший фактор жизнеспособности.

– Исцеляющая сила любви. Всем известно, что эмоции любви, симпатии и дружбы способствуют созданию душевного покоя, самообладания в отношениях с окружающими людьми. Такие эмоции оказывают живительный и целительный эффекты на организм. Для детей материнская любовь жизненно необходима. Лишенные теплоты любви, они слабеют и умирают также быстро, как и от инфекции или голода[15] .

– Любовь как витамин для здорового роста детей. Дети нелюбимые, нежеланные и отверженные своими родителями, братьями или сестрами составляют гораздо более высокую долю несовершеннолетних правонарушителей, или же физически и умственно отсталых, чем дети, которые достаточно любимы членами своей семьи и партнерами в играх.

– Любовь рождает любовь, ненависть рождает ненависть. Доля дружелюбных реакций на дружелюбное обращение больше, чем доля недружелюбных реакций на недружелюбное обращение. Основной мыслью книги Сорокина П. А. “Виды любви и ее сила; типы, факторы и технические приемы нравственного перевоплощения” (1954) является утверждение, что бескорыстная, созидающая любовь – это сила, которая, если ею пользоваться с умом, способна: остановить агрессивные стычки между людьми и группами людей и превратить существующие враждебные отношения в дружеские. В ходе исследования было доказано, что все-таки любовь порождает любовь, а ненависть порождает ненависть[16] .

– Любовь способна остановить войну. Политика подлинного дружелюбия может обеспечить более длительный мир, чем политика вражды и ненависти.

– Любовь увеличивает продолжительность жизни обществ. Социальные организмы, основанные, главным образом, на ненависти, завоевании, принуждении подобно империям Цезаря, Чингисхана, Гитлера, имели, как правило, очень короткую жизнь – несколько лет, десятилетий, редко столетий. Наиболее долгоживущие структуры – даосизм, конфуцианство, индуизм, буддизм, христианство и магометанство. Все они просуществовали более одного тысячелетия, некоторые – более двух тысячелетий, и нет явных признаков их разложения в обозримом будущем. Возможно, секрет их долголетия, в их приверженности альтруистическому воспитанию человечества[17] .

Подобно пище, теплу, электричеству и другим формам энергии, любовная энергия не вырастает сама по себе: каким-то образом она должна быть произведена или, собрана из “природного” источника и сохранена для того, чтобы все существующие общества могли пользоваться ею хотя бы минимально[18] .

Сорокин П. А. в подтверждение своей концепции выделяет следующие средств и способы получения энергии любви:

1) Чем более интенсивна, экстенсивна и долговечна, чиста и адекватна любовь, которая содержится в действиях людей, тем больше любви производится процессах взаимодействия.

2) Во всех этих взаимодействиях производство любви происходит, по большей, части “спонтанно” и “естественно”, без особой помощи, советов, орудий или технических средств, чтобы сделать его более эффективным и производить большее количество и лучшее качество любовной энергии для отдельных групп и для всего человечества. Лишь немногие вдохновители и исполнители, “изобретатели и инженеры производства любви” – целенаправленно стремились улучшить в своих собственных взаимодействиях с другими людьми процесс производства любви, в основном посвящая себя решению этой задачи. Примерами таких “изобретателей и инженеров” могут быть великие апостолы любви и моральные наставники человечества: Христос, Будда, Ганди и другие.

3) Значительный вклад в производство любви и его совершенствование внесли помимо этих типов индивидов и некоторые социальные группы или институты. Такие группы или институты подобны малым сельскохозяйственным и промышленным мастерским или фермам, которые работают для удовлетворения материальных нужд общины. Среди таких организаций наиболее заметное место занимает семья. Подобно мастерской, работающей на местный рынок, производство любви в семье было также ограничено ее рамками. Только косвенно и время от времени семья производила любовь, которая после распространялась за ее пределы в целях мирного существования человечества[19] .

Сорокин П. А. обращает наш взгляд на то, что необходимо совершенствовать производство любви. По его мнению, в решении этой задачи смогут помочь следующие шаги: во-первых, увеличение числа творческих героев любви. Будда, Иисус, Ганди – эффект их жизни был безграничным для производства любви. В течение веков эта энергия изливалась и распространялась среди миллионов людей, проникала в социальные институты и культуры и обеспечивала необходимый минимум солидарности в группах. Можно согласиться с мнением социолога, что после своей смерти Будда и Иисус излучали даже больше энергии любви, чем при жизни. Следовательно, энергия любви также вечна, как и любая другая форма энергии. Такие герои появляются в разные исторические периоды и действуют как энергетические установки, производящие энергию любви для человечества.

Во-вторых, увеличение производства любви обыкновенными людьми (а также социальными группами и институтами). Сорокин уверен в том, что если бы множество людей воздержались от убийства других людей, если бы сократили свою ненависть и удвоили добрые дела, то это чрезвычайно расширило бы выработку любви, и этого было бы вполне достаточным для предотвращения новых катастрофических войн и приблизило бы человечество к социальной гармонии[20] .

Наконец, увеличение производства любви возможно с помощью всеобщей культуры. Если мы хотим повысить эффективность производства любви человечеством, то все главные культурные системы должны быть перестроены, чтобы излучать только позитивный свет любви и приостанавливать производство негативных эмоции и проявлений ненависти.

Сохранение любовной энергии в социальных институтах и в культуре будет достигнуто благодаря проникновению в культурные системы и институты благодати энергии любви. Созданные и реорганизованные в согласии с принципами любви, культурные системы и социальные институты станут множеством гигантских энергетических систем, непрерывно производящих любовь, сохраняющих ее и излучающих на все человеческие существа. Самым эффективным путем любовь, излучаемая культурными и социальными институтами будет создавать постоянную атмосферу, питающую все человеческие существа от рождения до смерти.

Для своего исследования Сорокин П. А. впервые в социологии провел количественный анализ социометрических характеристик известных христианских святых и современных “носителей энергии любви” (простых американцев). Для изучения проблемы собирались исторические и личные свидетельства и экспериментально проверялись гипотезы на конкретных людях (студентах колледжей, пациентах больницы). Результаты исследования позволили сделать русско-американскому социологу выводы, что альтруистическая любовь имеет целительную, умиротворяющую, гармонизирующую и облагораживающую силу, которая увеличивает здоровье и долголетие индивидов, институтов и обществ, и потому спасение человечества состоит в том, чтобы подняться на более высокий моральный уровень посредством творческой любви.

При этом, совокупная величина любви, накопленная в индивидах, социальных институтах и культуре, может быть достаточной для практических целей человечества:

А) для предотвращения и исключения преступлений, революций, войн и всего того, в основе чего лежит ненависть, зависть и несчастье;

Б) для поддержания и роста творческой активности человека;

В) для уменьшения и исключения худших форм страдания, несчастья, одиночества, болезни и преждевременной смерти;

Г) для обеспечения каждому целостного мира дружественного, теплого и одухотворенного космоса[21] .

Любовь-энергия может быть направлена также к тем группам и лицам, которые наиболее в ней нуждаются в данный момент. Удар, наносимый человеку каким-либо трагическим событием, лучше всего может быть смягчен сильной любовью родственников, друзей или другими большими группами людей. Лицо или группа, которые страдают болезнью ненависти, душевной депрессией, стремление к самоубийству зачастую могут быть излечены концентрацией на них любви, которая понимает, прощает и лечит. И, как отмечал и сам социолог, проблема производства, накопления и распределения любви вовсе не утопична, а вполне реальна[22] . И, тем не менее, приведенные Сорокиным убедительные свидетельства существования энергии любви, заставляют пересмотреть многие стереотипы мышления современного человечества.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Бондаренко В. М. Питирим Сорокин и социокультурные тенденции нашего времени. К 110-й годовщине со дня рождения // Социологические исследования. 1999. № 7.

2. Сорокин П. А. Кризис современной семьи // Вестник МГУ. Серия 18. Социология и политология. 1997. № 3.

3. Сорокин П. А. Современное состояние России // Новый мир.1992. № 4.

4. Сорокин П. А. Человек. Цивилизация. Общество. М., 1992.

5. Сорокин П. А. Главные тенденции нашего времени. М., Наука, 1997.

6. Сорокин П. А. Долгий путь. Сыктывкар, 1991.

7. Социология: Курс лекции. Под ред. Ю. Г. Волкова. Ростов н/Д. 2006.

8. Яковец Н. И. Великие прозрения Питирима Сорокина // Социологические исследования. 1999. № 6.

[1] Сорокин П. А. Кризис современной семьи // Вестник МГУ. Серия 18. Социология и политология. 1997. № 3

[2] Сорокин П. А. Кризис современной семьи // Вестник МГУ. Серия 18. Социология и политология. 1997. № 3

[3] Сорокин П. А. Кризис современной семьи // Вестник МГУ. Серия 18. Социология и политология. 1997. № 3

[4] Яковец Н. И. Великие прозрения Питирима Сорокина // Социологические исследования. 1999. № 6.

[5] Спенсер Г. Основания социологии. Т.2. СПб. 1898. С.73-75.

[6] Сорокин П. А. Кризис современной семьи // Вестник МГУ. Серия 18. Социология и политология. 1997. № 3

[7] Сорокин П. А. Современное состояние России // Новый мир.1992. № 4. С.188-189

[8] Сорокин П. А. Человек. Цивилизация. Общество. М.1992. С. 404-407.

[9] Сорокин П. А. Главные тенденции нашего времени. М., Наука, 1997. С. 244.

[10] Бондаренко В. М. Питирим Сорокин и социокультурные тенденции нашего времени. К 110-й годовщине со дня рождения // Социологические исследования. 1999. № 7.

[11] Сорокин П. А. Главные тенденции нашего времени. М., Наука, 1997. С. 248

[12] Там же, С. 250.

[13] Бондаренко В. М. Питирим Сорокин и социокультурные тенденции нашего времени. К 110-й годовщине со дня рождения // Социологические исследования. 1999. № 7.

[14] Сорокин П. А. Главные тенденции нашего времени. М., Наука, 1997. С. 251-256.

[15] Сорокин П. А. Главные тенденции нашего времени. М., Наука, 1997. С. 265.

[16] Сорокин П. А. Долгий путь. Сыктывкар, 1991. С. 224-227.

[17] Сорокин П. А. Главные тенденции нашего времени. М., Наука, 1997. С. 292-293.

[18] Там же. С. 298.

[19] Сорокин П. А. Главные тенденции нашего времени. М., Наука, 1997. С. 300-302

[20] Сорокин П. А. Главные тенденции нашего времени. М., Наука, 1997. С. 305-306.

[21] Сорокин П. А. Главные тенденции нашего времени. М., Наука, 1997. С. 311

[22] Яковец Н. И. Великие прозрения Питирима Сорокина // Социологические исследования. 1999. № 6.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...
Социологические взгляды П. А. Сорокина о браке, семье, любви