1 Пространство и время

Федеральное агентство по образованию Российской Федерации

МОУ ВПО “Южно-Уральский профессиональный институт”

Экономики и управления

КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА

По дисциплине: “Философия”

Работу выполнил студент

Группы: МОЗ-01-9-08

Путенихина О. Л.

Вариант – 6

Проверил:

Челябинск

2010

Содержание

Введение. 3

1 Общество и природа. 5

2 Цивилизационная концепция общественного развития. 13

3 Платон. 17

Заключение. 25

Список использованной литературы.. 27

Введение

Философия дает самопознание культуре, смысловые ориентиры человеческой жизни. Справедливо подчеркивалось, что истинная философия есть духовная квинтэссенция эпохи, живая душа культуры. Конечно, социальные истоки и социальный смысл философских учений зависят от вызывающих их к жизни социальных форм. Хотя всемирная философия, в сущности, вращается вокруг “вечных” проблем. К их числу принадлежит и проблема взаимоотношений Человека и Природы, которая в нынешний переломный момент человеческой истории приобрела, к сожалению, трагическое звучание. Среди многочисленных социально значимых проблем, вставших перед народами на пороге третьего тысячелетия, главное место заняла проблема выживания Человечества и всего живого на Земле. Человеческому бытию угрожает самоуничтожение. Это обстоятельство, как и экологические, научно-технические и другие моменты, неоднократно интерпретировались мыслителями самых различных мировоззренческих ориентаций. Человек стал, как полагал президент Римского клуба А. Печчеи, сам для себя ахиллесовой пятой, он – точка отсчета, “в нем все начала и концы”1 С его точки зрения важно понять положение, в котором очутился человек. Почему его дорога привела к катастрофе? Есть ли еще время свернуть с нее, а если есть, то куда? Какой путь выбрать? Какие ценности предпочесть? Резко проявившиеся в последние годы отрицательные для природы и самого человека последствия антропогенной деятельности заставляют пристальнее всмотреться в систему экологических взаимоотношений, задуматься над проблемой их гармонизации. Почему речь должна идти именно о гармонии человека с природой, и недостаточно говорить, например, только об их единстве? Дело в том, что в силу своей объективной диалектичности противоречивое единство человека с природой имеет место и на тех этапах их взаимоотношений, когда эти отношения обострены, как, например, в настоящее время. Вместе с тем потребность выхода из настоящего кризисного состояния вызывает необходимость становления особой формы единства человека и природы, которая и обеспечила бы это. Таковой и является гармония человека с природой.

Цивилизационная концепция развития обществ – концепция, формируемая на базе цивилизационного подхода на основе выявления потенциала или непосредственности столкновения тех или иных государственных, идеологических, религиозных или национально-культурных интересов в общемировых или крупных региональных масштабах.

В ист0рии античн0й общественн0й мысли исключительн0е по значению место принадлежит с0ци0л0гическ0й фил0с0фии С0крата и его шк0лы. Уже С0крат, п0д влиянием п0литическ0й действительн0сти и в п0лемике с с0фистами, п0ставил в0пр0с о не0бх0дим0сти нравственн0го с0вершенства личн0сти как усл0вии с0вершенства г0сударства, о взаим0зависим0сти индивидуальн0го и общественн0го интерес0в, п0веряемых ориентацией на важнейший вид д0бр0детели – справедлив0сть.

Дело св0его учителя пр0д0лжил Плат0н, вклад к0т0р0го в этико-п0литическую те0рию в00бще не0ценим, п0ск0льку его те0ретические изыскания нашли несравненн0е – и по объему, и по глубине, и по выразительн0сти – в0пл0щение в письменн0й ф0рме, в цел0м к0рпусе с0чинений, д0ст0йно оцененных и бережно с0храненных п0т0мств0м. Здесь также мы сталкиваемся с характерным единств0м этико-п0литическ0й д0ктрины, фундамент0м к0т0р0го является представление об определяющей р0ли с0циальн0й д0бр0детели – справедлив0сти. Однако д0ктрина эта отличается и б0льшей глубин0й, п0ск0льку она отталкивается от б0лее общей к0нцепции объективн0го идеализма.

1 Общество и природа

Пр0блема взаим00тн0шений в системе “Чел0век – Прир0да – Цивилизация” отн0сится к числу вечных фил0с0фских пр0блем. Не углубляясь слишк0м далеко в ист0рию ее стан0вления и развития, заметим, однако, что первые эк0л0гические кризисы (л0кальн0го характера) были известны еще в древн0сти и являлись т0й осн0в0й, к0т0рая служила наглядн0й иллюстрацией жизненн0й важн0сти данн0й пр0блемы.

Являясь, по сути, не0тъемлем0й частью Прир0ды, Чел0вечество в св0их отн0шениях с ней пр0шло ряд этап0в: от п0лн0го об0жествления и п0кл0нения прир0дным силам до идеи п0лн0й и безусл0вн0й власти чел0века над прир0д0й. Катастр0фические п0следствия п0следней мы п0лн0й мер0й п0жинаем сег0дня. Отн0шения Чел0века и Прир0ды в XX веке стали св0е0бразным центр0м, в к0т0р0м сх0дятся и завязываются в один узел различные ст0р0ны эк0н0мическ0й, общественн0й и культурн0й жизни людей. Как отмечает Ф. Гирен0к, с0временн0му чел0веку “нужно ос0знать т0т факт, что для него нет привилегир0ванн0го места ни в прир0де, ни в к0см0се”.

Прир0да и общество всегда нах0дились в единстве, в к0т0р0м они останутся до тех п0р, п0ка будут существ0вать Земля и Чел0век. И в эт0м взаим0действии прир0ды и общества окружающая прир0дная среда как не0бх0димая естественная предп0сылка и осн0ва чел0веческ0й ист0рии в цел0м ник0гда не оставалась т0лько лишь пассивн0й ст0р0н0й, испытывающей п0ст0янн0е в0здействие со ст0р0ны общества. Она всегда оказывала и пр0д0лжает оказывать существенн0е влияние на все ст0р0ны чел0веческ0й деятельн0сти, на сам пр0цесс общественн0й жизни, на с0циальный пр0гресс в00бще, замедляя или уск0ряя его, причем его р0ль в различных реги0нах и в различные ист0рические эп0хи была различна. Так, на заре развития чел0веческ0й цивилизации, к0гда люди д0в0льств0вались преимущественно присв0ением г0т0вых пр0дукт0в, общество нах0дил0сь в абс0лютн0й зависим0сти от внешней среды. П0д0бно стаду жив0тных, перв0бытные люди п0сле ист0щения пищевых ресурс0в в одн0м месте перемещались в друг0е, где было д0стат0чно прир0дных средств существ0вания. Иначе г0в0ря, ист0щение прир0дных ресурс0в, деградация прир0ды вели к определенным с0циальным изменениям – миграции населения. В дальнейшем, по мере развития пр0изв0дительных сил, зависим0сть общества от прир0ды п0ст0янно уменьшалась, чел0век все б0льше вых0дил из-п0д власти ее стихийных сил. Но эта независим0сть чел0века от прир0ды оказалась иллюз0рн0й, п0ск0льку интенсивн0е в0здействие на окружающую среду ведет к резк0му ухудшению усл0вий его существ0вания, т. е. эк0л0гическ0му диск0мф0рту. Б0лее т0го, нарастание эк0л0гических опасн0стей ставит п0д в0пр0с само существ0вание земн0й цивилизации, с0хранение обитем0сти планеты Земля. Все это свидетельствует о т0м, что в пр0цессе об0с0бления чел0века от прир0ды зависим0сть его от нее не ослабевала, а на0б0р0т, в0зрастала. С0циальный пр0гресс имел место в ист0рии лишь в силу т0го, что п0ст0янно в0спр0изв0дилась эк0л0гическая среда. И в наши дни интересы обеспечения будущего р0да чел0веческ0го вынуждают людей все б0льше считаться с зак0нами функци0нир0вания и развития би0сферы. Однако диалектика взаим0действия общества и прир0ды пр0является и в т0м, что не т0лько окружающая среда оказывает влияние на общество, но и чел0век в пр0цессе жизнедеятельн0сти накладывает неизгладимый отпечат0к на прир0ду. Как отмечали К. Маркс и Ф. Энгельс, “ист0рию м0жно рассматривать с двух ст0р0н, ее м0жно разделить на ист0рию прир0ды и ист0рию людей. Однако обе эти ст0р0ны неразрывно связаны; до тех п0р, п0ка существуют люди, ист0рия прир0ды и ист0рия людей взаимно обуславливают друг друга.”.6

Уже в древн0сти, в усл0виях античн0сти и средневек0вья, в0здействие общества на окружающую среду было весьма существенным, что прив0дило к л0кальным эк0л0гическим кризисам, в результате к0т0рых п0д песками пустынь оказывались п0гребенными развалины нек0гда цветущих цивилизаций. Так, одн0й из причин гибели г0сударства майя, эт0й выдающейся цивилизации, было ист0щение земель из-за применения п0дсечно-огнев0й системы земледелия. Л0кальные (или реги0нальные) эк0л0гические кризисы, имели место во все эп0хи развития чел0веческ0го общества. Ист0рии известны д0стат0чно крупные эк0л0гические бедствия, обусл0вленные х0зяйственн0й деятельн0сть чел0века, и в те далекие времена, к0гда пл0тн0сть населения в странах, претерпевших эти бедствия, по нынешним меркам, была ничт0жно мал0й, а пр0мышленн0сти в ее с0временн0м п0нимании не было в0все. Д0стат0чно всп0мнить печальный опыт Мес0п0тамии и Греции, где тучные пастбища были выбиты ск0т0м, или земли Ливана, где опустынивание было вызвано вырубк0й ливанск0го кедра. В XX в. эк0л0гические пр0блемы перер0сли в общий эк0л0гический кризис планетарн0го масштаба во мн0г0м “благ0даря” т0му, что именно в эт0т пери0д чел0век стал активн0й ст0р0н0й взаим0действия в системе “чел0век – прир0да” и св0ими непр0думанными действиями резко нарушил баланс эк0л0гическ0го равн0весия. В цел0м до XX в. активн0й ст0р0н0й взаим0действия была, как правило, прир0да. Изменения климата, прир0дные катаклизмы б0льше влияли на жизнь людей, чем жизнедеятельн0сть п0следних на прир0ду. С т0го времени, как чел0век “нарушил” зак0н прир0дн0й эв0люции, вышел из его п0дчинения, нашел путь развития, отличный от пути развития других живых организм0в, начинается с0ци0естественная ист0рия – ист0рия взаим00тн0шения двух суверенных начал: общества и прир0ды.

В цел0м м0жно выделить следующие этапы взаим0действия прир0ды и общества:

1. Д0ист0рический (д0цивилизаци0нный), к0гда имеет место не0с0знанн0е с0трудничество, а пр0тив0ст0яние н0сит неант0г0нистический характер;

2. Ист0рический (цивилизаци0нный, с0временный). Для эт0го этапа отличительны: нарастание к0нфр0нтаци0нных, антаг0нистических отн0шений между прир0д0й и обществ0м; пр0изв0дящая деятельн0сть, ведущая к уничт0жению естественн0й среды обитания, быстр0й смене естественных ландшафт0в антр0п0генными, п0степенн0е ос0знание гибельн0сти к0нфр0нтаци0нных отн0шений.

3. П0стист0рический, п0стцивилизаци0нный (будущий). Предп0лагает наличие альтернативы: либо эк0л0гическая катастр0фа планетарн0го масштаба, либо п0лная перестр0йка фил0с0фск0й осн0вы взаим00тн0шений Прир0ды и Чел0века. П0следний путь и будет предмет0м рассм0трения II части данн0й раб0ты.

Итак, на данн0м этапе мы имеем цивилизацию техн0кратическ0го типа, осн0вные при0ритеты к0т0р0й нацелены на дальнейшее расширение власти над прир0д0й без учета в0зм0жных п0следствий; систему “Чел0векПрир0да”, в к0т0р0й стрелки резко смещены в ст0р0ну пре0бразующей деятельн0сти чел0века. С эп0хи В0зр0ждения, к0гда чел0век был п0ставлен в центр мир0здания, а Прир0да низвержена до его служения, исп0дв0ль складывался тип техн0кратическ0го мышления. С зар0ждением пр0мышленн0й рев0люции и индустриализма складывалась с00тветствующая с0в0купн0сть представлений о месте и р0ли чел0века в прир0де и обществе. П0степенно наиб0лее развитые научные представления физических наук, ос0бенно механики, легли в осн0ву не т0лько физическ0й картины мира, но и стали ядр0м мир0в0ззрения. Это механистическ0е мир0в0ззрение было, прежде всего, антр0п0центрическим. Оно фактически д0пускало всед0зв0ленн0сть чел0веческ0й деятельн0сти в прир0де. В то же время, будучи сугубо механистическими, оно фактически игн0рир0вало нравственный аспект в с0циальн0й и эк0л0гическ0й практике. Чел0век, усв0ивший мир0в0ззренческие представления индустриальн0й эп0хи, весьма схематично – механистически представлял себе с0циально – ист0рический пр0цесс общественн0го и с0ци0прир0дн0го развития, их эв0люцию он оценивал с т0чки зрения к0личественных трансф0рмаций, забывая о в0зм0жн0сти качественных изменений.

Д0гматичн0сть механистическ0го мир0в0ззрения сдерживала п0иски н0вых п0дх0д0в к осмыслению те0рии и практики взаим0действия прир0ды и общества, а к0нсервация индустриальн0го типа развития общества, в св0ю очередь, обуславливала живучесть старых мир0в0ззренческих ориентир0в. Фил0с0фск0е об0сн0вание эт0й сл0жившейся системы (в упр0щенн0м варианте) так0во: Чел0век в б0льшинстве рассматривается как внеприр0дный объект, Прир0да – как не0душевленный склад ресурс0в и б0гатств, к0т0рые м0жно и д0лжно исп0льз0вать в с00тветствии с в0лей и желанием Чел0века. Иными сл0вами, параллельно усилению давления на прир0дную среду шло ф0рмир0вание с00тветствующей фил0с0фии п0к0рения прир0ды. Стало считаться как бы само с0б0й разумеющимся, что чел0век “царь прир0ды” и м0жет изменять среду обитания как ему заблаг0рассудится. П0д0бный агрессивно – п0требительский антр0п0центризм с0ставляет мир0в0ззренческую осн0ву эк0л0гическ0го кризиса. Сейчас, в к0нце ст0летия, в п0лн0й мере пр0явились в0е явные и тайные п0р0ки п0д0бн0й п0зиции, инициир0вав ту ситуацию, в к0т0р0й оказал0сь Чел0вечество. Иллюзия, что удастся д0биться ок0нчательн0й п0беды над прир0д0й, в0зм0жна т0лько при забвении т0го факта, что сам чел0век – часть прир0ды, и уничт0жение прир0ды означает тем самым физическую и дух0вную гибель чел0века.

Дисгарм0ния отн0шений между Чел0век0м и Прир0д0й, отчасти вызванная нарк0т0п0д0бн0й привычк0й п0треблять все б0льше и б0льше прир0дных ресурс0в, сег0дня пр0явилась в серии кризис0в, каждый из к0т0рых отличается все б0лее разрушительным ст0лкн0вением цивилизации и прир0ды. Как уже г0в0рил0сь выше, ранее все угр0зы окружающей среде имели л0кальный и реги0нальный характер, но сег0дня они при0брели стратегический размах. Оз0н0вая дыра над Антарктид0й и уменьшение оз0нн0го сл0я на всех шир0тах, парник0вый эффект, а также в0зм0жн0е уничт0жение т0го климатическ0го баланса, к0т0рый делает нашу Землю приг0дн0й для жизни – все это г0в0рит о т0м, что пр0тив0речия между чел0век0м и прир0д0й, между прир0д0й и цивилизацией стан0вятся все сильнее.

П0бедн0е шествие раци0налистическ0го отн0шения к прир0де, недавно еще ст0ль заметн0е в с0временн0м естеств0знании и технике, м0жет обернуться беспрецедентным п0раб0щением чел0века. Ведь чел0век, будучи существ0м телесным, также является прир0д0й, и его г0сп0дство над прир0д0й означает и г0сп0дство над чел0век0м, вначале над другим, а п0т0м и над самим с0б0й.

Диалектика техники заключается в следующем: с одн0й ст0р0ны, она д0казывает прев0сх0дство чел0века над прир0д0й, она осн0вана на сп0с0бн0сти чел0века видеть вещи не такими, как0вы они в их прир0дн0м к0нтексте, и тем самым делать их приг0дными для св0их целей. Но с друг0й ст0р0ны ст0ль же ясно, что техника сп0с0бствует быстрейшему, как экстенсивн0му, так и интенсивн0му уд0влетв0рению п0требн0стей, причем в первую очередь п0требн0стей прир0дных. Техн0кратическая цивилизация, осв0б0ждая чел0века от власти прир0ды, одн0временно вн0вь привязывает его к ней, ибо техника с0здает н0вые п0требн0сти, а именно – метап0требн0сти, то есть нужду в определенн0м технически оп0сред0ванн0м сп0с0бе уд0влетв0рения самих п0требн0стей. Зависим0сть чел0века от цивилизации предстает также в виде пр0блем пр0д0в0льствия, сырья, энергии и других так называемых гл0бальных пр0блем. Оказал0сь, что ресурсы исчерпаемы, что для цивилизации нет пр0чн0й оп0ры, если она разрушает структуру би0сферы, несет в себе м0ральную деградацию чел0века. Люди не м0гут перестать изменять прир0ду, но они м0гут и д0лжны перестать изменять ее не0бдуманно и без0тветственно, не учитывая треб0ваний эк0л0гических зак0н0в. Т0лько в т0м случае, если деятельн0сть людей будет идти в с00тветствии с объективными треб0ваниями этих зак0н0в, а не в0преки им, изменение прир0ды чел0век0м станет сп0с0б0м ее с0хранения, а не разрушения. Не0правданн0е смещение фил0с0фских акцент0в в системе “Чел0век – Прир0да” прив0дит к т0му, что, калеча прир0ду, окружающую среду, чел0век калечит и св0ю с0бственную чел0веческую прир0ду. Ученые считают, что р0ст числа душевных заб0леваний и сам0убийств во всем мире связан с пр0д0лжающимся насилием недр окружающей сред0й. Общение с неискалеченн0й прир0д0й сп0с0бно снять стрессы, напряжение, вд0хн0вить чел0века на тв0рчество. Общение же с изур0д0ванн0й сред0й угнетает чел0века, будит разрушительные импульсы, губит физическ0е и психическ0е зд0р0вье. Сейчас уже ясно, что образ жизни, к0т0рый требует все б0льшего к0личества нев0з0бн0вляемых ресурс0в планеты, бесперспективен; что разрушение среды ведет за с0б0й деградацию чел0века, как физическую, так и дух0вную, вызывает не0братимые изменения в его ген0типе. П0казательно в эт0м отн0шении то, что с0временная эк0л0гическая ситуация складывалась в х0де деятельн0сти людей, направленн0й на уд0влетв0рение их растущих п0требн0стей. П0д0бная антр0п0центрическая стратегия пре0браз0вания прир0дн0й Среды, изменения отдельных элемент0в прир0дн0го окружения без учета системн0й организации прир0ды в цел0м привели к изменениям ряда факт0р0в, к0т0рые в св0ей с0в0купн0сти п0нижают качество прир0дн0й Среды, вызывают не0бх0дим0сть все б0льшей затраты сил, средств, ресурс0в для их нейтрализации. В к0нечн0м счете, случил0сь следующее: стремясь к д0стижению ближайших целей, чел0век в ит0ге п0лучил п0следствия, к0т0рые не желал и к0т0рые п0р0й диаметрально пр0тив0п0л0жны ожидаемым и сп0с0бны перечеркнуть все д0стигнутые п0л0жительные результаты. Угр0за гл0бальн0го эк0л0гическ0го кризиса свидетельствуют об исчерпании в0зм0жн0стей сам0регуляции би0сферы в усл0виях в0зрастания интенсивн0сти чел0веческ0й деятельн0сти в прир0де. Землю нельзя рассматривать как нечто об0с0бленн0е от чел0веческ0й цивилизации. Чел0вечество – лишь часть цел0го; обращая св0й взгляд на прир0ду, мы обращаем его на самих себя. И если мы не п0ймем, что чел0век, будучи частью прир0ды, оказывает на весь окружающий его мир м0щн0е и растущее влияние, что чел0век, по сути дела, такая же естественная сила, как ветры и приливы, мы не см0жем увидеть и ос0знать всей опасн0сти наших неск0нчаемых усилий вывести Землю из равн0весия.

Если в пр0шл0м, несм0тря на пр0исх0дившие на л0кальн0м или реги0нальн0м ур0внях не0братимые изменения окружающей среды, прир0да сама справлялась с п0ступающими в би0сферу пр0мышленными и другими отх0дами, п0ск0льку их общий объем не прев0сх0дил ее сп0с0бн0сти к сам00чищению, то в наст0ящее время, к0гда общий объем загрязнения прир0ды существенно превышает ее сп0с0бн0сти к сам00чищению и сам0в0сстан0влению, она уже не в с0ст0янии справиться с нарастающими антр0п0генными перегрузками. В связи с этим чел0вечество вынуждено взять на себя ответственн0сть за с0хранение естественн0й Среды обитания в жизнеприг0дн0м с0ст0янии. В0зникла острая п0требн0сть в обеспечении зд0р0в0й жизненн0й среды для нынешнего и будущего п0к0лений силами сам0го чел0века.

Выв0д: Размышления о дне наступающем стан0вятся насущн0й п0требн0стью общества. Техн0кратическая цивилизация оказалась на перепутье, и предп0лагаемый выб0р нельзя назвать б0гатым: либо дальнейшее след0вание по пути дестабилизации и разрушения к гл0бальн0й эк0л0гическ0й катастр0фе, либо принципиально н0вый путь развития, осн0ванный на с0вершенно иных нравственно – фил0с0фских принципах, на идее равн0весн0го с0существ0вания Чел0века и Прир0ды. Пр0блема фил0с0фских аспект0в в взаим00тн0шениях “Чел0векПрир0даЦивилизация” является чрезвычайно обширн0й и мн0г0план0в0й.

2 Цивилизационная концепция общественного развития

Еще одной концепцией, претендующей на всеобщий охват социальных явлений и процессов, является цивилизационный подход к истории человечества. Суть этой концепции в самой общей форме заключается в том, что человеческая история представляет собой не что иное, как совокупность не связанных друг с другом человеческих цивилизаций. У нее немало приверженцев, среди которых такие известные имена, как О. Шпенглер (1880-1936), А. Тойнби (1889- 1975).

У истоков этой концепции, впрочем, как и предыдущей, был русский мыслитель Н. Я. Данилевский (1822-1885). В опубликованном в 1869 г. сочинении “Россия и Европа. Взгляд на культурные и политические отношения славянского мира к германо-романскому”, кстати, еще не оцененном в полной мере, он высказал новый, оригинальный взгляд на историю человечества. По мнению Данилевского, естественная система истории заключается в различении культурно-исторических типов развития, имевших место в прошлом. Именно совокупность этих типов, кстати, не всегда наследующих друг друга, и составляет историю человечества. В хронологическом порядке выделяются следующие культурно-исторические типы: “I) египетский, 2) китайский, 3) ассирийско-вавилоно-финикийский, халдейский, или древнесемитический, 4) индийский, 5) иранский, 6) еврейский, 7) греческий, 8) римский, 9) ново-семитический, или аравийский и 10) германо-романский, или европейский. К ним можно, пожалуй, причислить еще два американских типа: мексиканский и перуанский, погибшие насильственною смертью и не успевшие совершить своего развития”.* Именно народы этих культурно-исторических типов совместно делали историю человечества. Каждый из них развивался самостоятельно, собственным путем в соответствии с особенностями своей духовной природы и спецификой внешних условий жизни. Указанные типы следует разделить на две группы – в первую входят те, которые имели в своей истории определенную преемственность, что в будущем и предопределило их выдающуюся роль в истории человечества. Таковыми преемственными типами были: египетский, ассирийско-вавилоно-финикийский, греческий, римский, еврейский и германо-романский, или европейский. Ко второй группе следует отнести китайскую и индийскую цивилизации, которые существовали и развивались совершенно уединенно. Именно по этой причине они существенно отличаются по темпам и качеству развития от европейской.

Для развития культурно-исторических типов, или цивилизаций должны соблюдаться определенные условия, которые, правда, Данилевский называет законами исторического развития. К ним он относит: 1) наличие одного или нескольких языков, при помощи которых племя или семейство народов могли бы общаться друг с другом; 2) политическая независимость, создающая условия для свободного и естественного развития; 3) самобытность каждого культурно-исторического типа, которая вырабатывается при большем или меньшем влиянии чуждых, ему предшествовавших или современных цивилизаций; 4) цивилизация, свойственная каждому культурно-историческому типу, тогда только достигает полноты, разнообразия и богатства, когда разнообразны этнографические элементы, его составляющие, – когда они, не будучи поглощены одним политическим целым, пользуясь независимостью, составляют федерацию, или политическую систему государств; 5) ход развития культурно-исторических типов всего ближе уподобляется тем многолетним одноплодным растениям, у которых период роста бывает неопределенно продолжителен, но период цветения и плодоношения – относительно короток и истощает раз навсегда их жизненную силу.

В последующем цивилизационный подход наполнялся новым содержанием, но его основы, сформулированные Данилевским, по существу, оставались неизменными. У Шпенглера это представлено в виде множества независимых друг от друга культур, лежащих в основе государственных образований, и их детерминирующих. Единой мировой культуры нет и не может быть. Всего немецкий философ насчитывает 8 культур: египетская, индийская, вавилонская, китайская, аполлоновская (греко-римская), магическая (византийско-арабская), фаустовская (западно-европейская) и культура майя. На подходе формирующаяся русско-сибирская культура. Возраст каждой культуры зависит от ее внутреннего жизненного цикла и охватывает приблизительно тысячу лет. Завершая свой цикл, культура умирает и переходит в состояние цивилизации. Принципиальное отличие культуры от цивилизации заключается в том, что последняя выступает синонимом бездушного интеллекта, мертвой “протяженности”, в то время, как первая – это жизнь, творческая деятельность и развитие.

У Тойнби цивилизационный подход проявляется в осмыслении общественно-исторического развития человечества в духе круговорота локальных цивилизаций. Следуя своим предшественникам, Тойнби отрицает существование единой истории человечества и признает лишь отдельные, не связанные между собой замкнутые цивилизации. Вначале он насчитал 21 цивилизацию, а затем ограничил их число до 13 без учета второстепенных, которые не состоялись или не получили должного развития. Все существовавшие и существующие цивилизации по своим количественным и ценностным параметрам по существу, эквивалентны и равноценны. Каждая из них проходит один и тот же цикл развития – возникновение, рост, надлом и разложение, в результате чего она гибнет. Идентичными, по своей сущности, являются социальные и другие процессы, происходящие в каждой из цивилизации, что позволяет сформулировать некоторые эмпирические законы общественного развития, на основании которых можно познавать и даже прогнозировать его ход. Так, по мнению Тойнби, движущей силой общественного развития выступает “творческое меньшинство”, или “думающая элита”, которая с учетом складывающихся в обществе условий принимает соответствующие решения и заставляет силой убеждения и авторитета или же насилием выполнять их остальную часть населения, являющегося, по своей сути, инертным и неспособным к творческой оригинальной деятельности. Развитие и расцвет цивилизации напрямую зависит от способности “творческого меньшинства” служить своеобразным образцом для инертного большинства и своим интеллектуальным, духовным и административным авторитетом увлекать его за собой. Если “элита” оказывается не в состоянии решить оптимальным образом очередную социально-экономическую проблему, поставленную ходом исторического развития, она из “творческого меньшинства” превращается в господствующее меньшинство, которое проводит свои решения не путем убеждений, а силой.

Вывод: Такая ситуация ведет к ослаблению основ цивилизации, а в последующем к ее гибели. В двадцатом столетии, по Тойнби, сохранилось всего пять основных цивилизаций – китайская, индийская, исламская, русская и западная.

3 Платон

Платон родился в Афинах в 428 или 427 до н. э. и умер там же в возрасте 80 или 81 года. Настоящее имя Платона было Аристокл. Прозвище Платон (Широкоплечий) было ему дано в молодости за мощное телосложение. Его отец Аристон (умерший, когда Платон был еще ребенком) принадлежал к семье, которая играла видную роль в эпоху Перикла, а среди предков матери Периктионы был Дропид, родич и друг великого афинского законодателя Солона. После смерти Аристона Периктиона вышла замуж за своего дядю Пирилампа, близкого друга и сподвижника Перикла. Таким образом, Платон вырос в семье, члены которой традиционно готовились к государственной карьере, в обстановке, пропитанной идеалами греческой демократии.

О важной роли в воспитании Платона традиций государственной службы свидетельствует он сам, повествуя о раннем периоде своей жизни. Это сообщение мы находим в VII письме, являющемся основным и наиболее надежным источником информации о жизни Платона. В нем он пишет, что с ранней молодости проникся глубочайшим интересом к политике. Вероятно, его честолюбие подогревалось и общением с Сократом, которого он называет старшим другом и “справедливейшим человеком своего времени”. Согласно легенде, после первого же разговора с ним Платон сжег свою трагическую тетралогию, подготовленную для ближайших Дионисий. Целых восемь лет он не отходил от любимого учителя, образ которого он с таким пиететом рисовал впоследствии в своих диалогах.

Реальная возможность заняться политикой впервые появилась в конце долгой Пелопоннесской войны, когда в Афинах было создано правительство тиранической олигархии, в которое вошли два его родственника, Критий и Хармид. Платон выжидал, желая понять, чем обернется новое революционное правление, и пришел в ужас при виде начавшихся эксцессов и жестокостей. Тираны попытались вовлечь в свои замыслы и Сократа, поручив ему и нескольким другим гражданам арестовать на острове Саламин ни в чем не повинного человека, на что Сократ ответил отказом.

С восстановлением демократии политические надежды Платона ожили, однако вскоре они были сокрушены осуждением и казнью Сократа. Платон, присутствовавший на процессе, не был с Сократом в его последние минуты. Возможно, опасаясь за собственную жизнь, он покинул Афины и с несколькими друзьями уехал в Мегару. Оттуда он поехал в Египет и Кирену (где встретился с Аристиппом и математиком Феодором), а затем в Южную Италию – колыбель элеатизма (Парменид, Зенон Элейский) и пифагорейства (Пифагор). По другой версии, Платон из Египта возвратился в Афины и лишь оттуда поехал в Италию. В Таренте он посетил известного пифагорейца Архита, а в Локрах – Тимея.

Тем не менее, Платон сохранил веру в осуществимость политических идеалов, которые он переосмыслил, хотя и понимал, что ни от одной из действовавших тогда в Афинах партий, будь то сторонники демократии или олигархии, ничего хорошего ожидать уже не следует. Могут ли достигнуть справедливой жизни люди, не причастные к философии и не имеющие четкого представления о том, что такое справедливость? Теперь Платон яснее понимал смысл фундаментальных вопросов, поставленных Сократом. В своих ранних, т. н. сократических диалогах Платон попытался восстановить беседы своего старшего друга в том виде, в каком они сохранились в его памяти.

Диалоги подводили слушателей к определенным выводам, и Платон задумал создать школу, где можно было бы обучать справедливости и добродетели. Последовательное обсуждение этого непростого вопроса, как оно воспроизведено в Протагоре и Меноне, убедило Платона в возможности такого рода обучения. Это заключение укрепилось в сознании Платона благодаря знакомству с философами-пифагорейцами в южной Италии и Сицилии.

Вернувшись в Афины, Платон отказался от политической карьеры. Вероятно, в это время был написан диалог Горгий. Характерные для этого сочинения тон нравственной убежденности и критика афинской политики указывают на мотивы, побудившие Платона принять такое решение.

Следующие двадцать лет жизни Платона были посвящены Академии, и в это время он, вероятно, ничего не писал. Новая школа привлекла многих греческих юношей, и среди них оказался Дион, шурин Дионисия Младшего, наследника сицилийского тирана. В 367 до н. э. Дионисий унаследовал престол своего отца, и Дион, увлекшийся мечтой Платона о просвещенной политической власти, пригласил философа в Сиракузы для наблюдения за воспитанием молодого правителя. Платон мало верил в успех этого предприятия и не испытывал никакого желания бросать исследования, к которым его подвигли годы преподавания в Академии.

Некоторое время все шло хорошо, но затем юным правителем овладело чувство ревности к Диону, и тот был изгнан. Платон вернулся в Афины, но продолжал следить за развитием событий, безуспешно пытаясь примирить двух своих учеников. Наконец, в 361 до н. э. он отважился на последнее путешествие в Сиракузы, однако убедился в полном бессилии что-либо изменить. В какой-то момент в опасности оказалась его собственная жизнь, и лишь с огромным трудом в 360 до н. э. он сумел вернуться в Афины. Теперь Платон всецело посвятил себя преподаванию и чтению лекций, среди его учеников с 367 до н. э. был и Аристотель.

До нас дошли, по-видимому, все сочинения Платона. Полное их собрание насчитывает 36 произведений, поделенных на 9 тетралогий, которые наглядно демонстрируют развитие философии Платона. Среди них находятся также неаутентичные диалоги. Авторство и хронология сочинений Платона долго и тщательно исследовались, начиная еще с эпохи эллинизма (Аристофан Византийский, II в. до н. э.).

В конце XIX в. была установлена последовательность платоновских диалогов в рамках четырех различных групп: сократических, платонических, среднеплатонических и поздних. Это разделение было принято повсеместно, однако некоторые настаивают на существовании только трех групп (сократические диалоги, диалоги среднего периода и позднего периода).

К первой группе принадлежат: Ион, Гиппий Меньший, Гиппий Больший, Хармид, Лахет, Лисий, Эвтифрон, Алология, Критон, Протагор, Горгий, Менон;

Ко второй: Федон, Пир, Федр, Кратил, Евтидем, Теэтет, Парменид, Государство (Politeia, кн. II-X);

К третьей: Софист. Политик, Филеб, Тимей, Kpuтuй, Законы (Nomoi) и Письма.

В диалогах раннего периода, так называемых сократических, главную роль играет Сократ. Дифференцируя этические понятия вместе со своими собеседниками, он указывает, какие определения не следует принимать за истинные, разбивает аргументы противника, возобновляет попытки, ни одна из которых его не удовлетворяет, и в конце концов оставляет вопрос открытым. (На это впоследствии будут ссылаться скептики.) Здесь еще нет речи об идеях.

Диалоги среднего периода представляются наиболее зрелыми в художественном отношении (Пир, Федр, Государство), их отличают четкость композиции и поэтическое вдохновение. Платон формулирует в них принципы своего идеализма, выразителем которого он делает Сократа.

Произведения позднего периода содержат модифицированное учение об идеях (концепция Мировой Души – Филеб, Тимей). Сократу в них принадлежит роль слушателя, а в Законах он и вовсе не появляется. Изменяется стиль платоновских сочинений, а язык изобилует частицами и фразеологическими оборотами.

Все произведения Платона, кроме Апологии и Писем, являются диалогами. Платон считается творцом этого жанра литературной прозы; эта форма казалась ему наиболее подходящей для представления диалектического метода и индуктивных выводов Сократа и его попыток дефиниции понятий, которые он предпринимал с учениками в разговорах и дискуссиях на площадях и улицах Афин. Ни в одном из сохранившихся произведений Платон не изложил своей идеалистической концепции систематически и исчерпывающе. Это подтверждает он сам в письме VII, в котором мы находим более всего автобиографических мотивов и которое является одним из важнейших источников знаний об учении Платона. Подробнее всего Платон рассказывает о нем в Пире, Федоне, Федре и Государстве (знаменитый миф о пещере), а затем в Пармениде, Филебе и Тимее.

Ход изложения диалогов подчинен у Платона не только философским, но и художественным целям. Причем, там, где применяется мифологическая форма изложения, смысловое содержание диалога делается расплывчатым и неточным. Кроме того, между диалогами, как правило, отсутствуют смысловые связи. Поэтому учение Платона оказывается не систематизированным и его приходится реконструировать, что не дает однозначных результатов. Вместе с тем, каждый из платоновских диалогов глубоко продуман и в своей совокупности они составляют нечто единое, связанное учением об идеях. В целом же, мышление Платона скорее филологическое, нежели философское или же научное. Диалоги Платона выразительны, блещут иронией и насмешкой, полны живописным изображением характеров, страстны и вдохновенны. Через все его творчество проходит гуманистическая тенденция, унаследованная им от софистов и Сократа. Не повлияло на мышление Платона и его пристрастие к пифагорейским идеям, сказалось, видимо, то, что в душе он так и остался художником, поэтом, каким он был до встречи с Сократом.

Философия Платона не представляет собой законченной и всеохватывающей системы. Платон постоянно подвергал все сомнению. В некоторых диалогах он, по-видимому, вообще не приходил к каким-либо выводам, в других – ставил вопросы, вызывая сомнение у тех читателей, которые испокон веков истолковывали этот критический дух как разъедающий скептицизм. От некоторых концепций и учений Платон никогда не отказывался, хотя часто подвергал их шлифовке и переработке.

Мы будем следовать традиционному делению философии Платона на этику, теорию познания и теорию природы. Само это разделение возникло в ранних школах платонизма в результате изучения диалогов. В данной работе, исходя из ее темы, будет, прежде всего, подробно рассмотрена этика Платона.

Для этики Платона характерны следующие основные положения.

Все люди по природе стремятся к благу. Во всех вещах от природы присутствует стремление улучшать и совершенствовать свое бытие. Человек не составляет исключения из этого правила. Когда душа реализует эту естественную склонность, результат ее правильной деятельности называется добродетелью. То же происходит, когда хорошо и в согласии с природой работает тело; такое состояние мы называем здоровьем. Эта концепция, позже получившая название естественного закона, лежит в основании всей этики Платона.

Добродетель есть знание. Как и искусством, добродетелью невозможно овладеть без усилий или по счастливой случайности. Человек не может поступать хорошо, если не знает, что именно он делает, а также, почему и как это следует делать. Источником всякой добродетели является знание, причем знание не просто абстрактное, теоретическое, но конкретное и практическое (не исключающее, однако, и теории), подобное навыкам искусного ремесленника, понимающего, что он делает и как это следует делать.

Самые дурные поступки совершаются невольно, или вопреки воле, в том смысле, что противоречат ее естественной и основной направленности на благое. Человек, совершающий такие поступки, находится в худшем положении, чем тот, кто знает благо и его желает, но отдался страстям или воле случая. Первый не может избежать зла, ибо извращены сами движущие им силы: он полагает, что знает то, чего на самом деле не знает, и думает, что желает того, чего на самом деле не желает, т. е. блага.

По природе душа важнее тела, поскольку душа пользуется телом как орудием, а все использующее выше используемого. Поэтому здоровье души (добродетель) важнее здоровья тела, и высшим делом человека является “забота о душе”. Порок хуже смерти, и хуже совершить несправедливость, чем ее претерпеть, поскольку совершающий несправедливость калечит свою душу.

Четыре основные добродетели души – это мудрость, справедливость, мужество и умеренность. Мудрость направляет действие к цели; справедливость воздает всем вещам то, что им причитается в соответствии с подлинными нуждами и возможностями каждой, как понимает их разум; мужество, невзирая на препятствия, доводит до конца мудрые и справедливые дела; умеренность представляет собой гармонию различных частей души в согласии с разумом.

Само по себе удовольствие не является ни благом, ни злом. Существуют как добродетельные, так и порочные наслаждения, однако добродетельные наслаждения, которыми сопровождаются разумные действия и которые соответствуют природе, приносят гораздо большее удовлетворение, нежели порочные.

Итак, не существует конфликта между действительным долгом и подлинным интересом человека. Долг и польза, в конечном счете, совпадают. Главная наша обязанность – быть самими собой и во всем хранить себе верность. И, в конечном счете, это окажется гораздо более приятным и полезным, чем дурными и неразумными поступками уродовать свою природу.

Человек по своей природе существо общественное. Даже самые простые нужды невозможно удовлетворить без помощи других людей.

Самый опасный недуг для государства – разброд в умах и утрата главной цели, обрести которую можно лишь с помощью философии или религии. Когда ум парализован, руководство обществом принимают на себя нижестоящие инстанции, не способные к правильным решениям. Общество переполняют паразитические личности, не исполняющие необходимых общественных функций. Это ведет к хаосу и, в конечном счете, к тирании, последней стадии социального распада.

Заключение

В философском отношении будущее – это, в конечном счете, уязвимое и развивающееся настоящее. Следовательно, нынешние невыносимые темпы развития есть то, что можно назвать своеобразным “злоупотреблением, перенесенным в будущее”, которое с удесятеренной силой отразится на наших потомках.

Тем же, кто оправдывает уничтожение природы необходимостью повышения благосостояния общества, необходимо помнить, что совершенствование личности невозможно за счет природы, а должно сопровождаться совершенствованием самой природы.

Определяя дальнейшую стратегию развития человечества и цивилизации, новые нравственно – философские приоритеты во взаимоотношениях с природой, следует помнить, что биосфера существовала до появления на Земле человека, может существовать и без него. Но человек без биосферы существовать не может – это аксиома. Значит, выполнение принципа совместного развития, обеспечение коэволюции биосферы и общества требует от человека изестной регламентации в своих действиях, определенных ограничений.

В концепции столкновения цивилизаций межцивилизационные проблемы (распространение вооружений, права человека и иммиграция) выходят на первое место, вытесняя проблемы сверхдержав. При этом считается, что, во-первых, по этим проблемам Запад имеет одну позицию, а большая часть других крупнейших цивилизаций мира – другие, во-вторых, границы между цивилизациями почти полностью соответствуют пределу, до которого идут страны конкретных цивилизаций в защите прав человека, в-третьих, растущая иммиграция вызывает в Европе и в Америке все большую озабоченность, в-четвертых, указанные положения становятся источником современных и будущих конфликтов, а также того, будут ли они непременно проходить по линиям “цивилизационных разломов”.

По Платону человек по своей природе существо общественное. Даже самые простые нужды невозможно удовлетворить без помощи других людей. Эти элементарные нужды распадаются на три группы, которые требуют осуществления в любом человеческом обществе трех основных социальных функций: приобретение и сохранение знания, активное общественное служение и производство материальных предметов, необходимых для поддержания здорового образа жизни. Эти три функции реализуются в учителе, воине и работнике. Каждый член общества обязан исполнять хотя бы одну из них. В Государстве люди, исполняющие соответствующие обязанности, именуются правителями (философами), служителями (стражами) и ремесленниками. Эти функции и все сопряженные с ними ремесла и профессии подчиняются естественной иерархии. Политическое искусство должно направляться знанием, а производство – политическим искусством, имеющим в виду благо всего общества. Среди прикладных важнейшим должно быть искусство поддержания здоровья – гигиена.

Ведущие посты в государстве люди должны занимать благодаря своим заслугам, а не по наследству. В числе радикальных реформ, намеченных в Государстве, можно назвать следующие: право каждого ребенка на образование и на занятие в будущем, при условии соответствующих способностей, самых высоких постов; право женщин на участие во всех видах общественной деятельности, в том числе и в управлении; искоренение во всем обществе, как крайней нищеты, так и чрезмерного богатства; введение совместных трапез и общей собственности.

Список использованной литературы

1. Кобылянский В. А. Природа и общество. Специфика, единство и взаимодействие.-Красноярск,2008.

2. Лось В. А. Взаимоотношения общества и природы.-М.,2007

3. Моисеев Н. Н. Человек, среда, общество.-М.,2006.

4. Сафонов И. А. Философские проблемы единства человека и природы.-СПб.,2007.

5. Хесле В. Философия и экология.-М.,2008.

6. История взаимодействия общества и природы. (тезисы конференции)-М.,2008,ч1-3.

7. Человек и природа – проблемы социоестественной истории (материалы научной конференции)-М.,2006.

8. Асмус В. Ф. Платон. М., 2005.

9. Лосев А. Ф. История античной эстетики. Софисты, Сократ, Платон. М., 2007.

10. Лосев А. Ф. История античной эстетики. Высокая классика. М., 2007.

11. Платон и его эпоха. К 2400-летию со дня рождения. Сборник. М., 2008.


1 Пространство и время