Наука как социокультурный феномен

ВОЛЖСКИЙ ГУМАНИТАРНЫЙ ИНСТИТУТ

(ФИЛИАЛ)

ГОУ ВПО “ВОЛГОГРАДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ”

Реферат

Для допуска к кандидатскому экзамену по истории и философии науки

На тему: “Наука как социокультурный феномен “

Выполнил:

Соискатель Голобокова Ю. П.

Специальность 08.00.05 “Экономика и управление народным хозяйством”

Проверил:

К. э.н. Гарбузов

Волжский 2010 г.

Содержание

Введение. 3

1. Наука как социокультурный феномен и социальный институт. 5

2. Историческое развитие институциональных форм научной деятельности.. 10

3. Характеристика современного ученого. 13

Заключение. 18

Список использованной литературы: . 20

Введение

Наука, имея многочисленные определения, выступает в трех основных ипостасях. Она понимается либо как форма деятельности, либо как система или совокупность дисциплинарных знаний или же как социальный институт. В первом случае наука предстает как особый способ деятельности, направленный на фактически выверенное и логически упорядоченное познание предметов и процессов окружающей действительности. Как деятельность, наука помещена в поле целеполагания, принятия решений, выбора, преследования своих интересов, признания ответственности. Именно деятельностное понимание науки особо отмечал Владимир Иванович Вернадский: “Ее (науки) содержание не ограничивается научными теориями, гипотезами, моделями, создаваемой ими картиной мира, в основе она главным образом состоит из научных факторов и их эмпирических обобщений, и главным живым содержанием является в ней научная работа живых людей”[1].

Во втором истолковании, когда наука выступает как система знаний, отвечающих критериям объективности, адекватности, истинности, научное знание пытается обеспечить себе зону автономии и быть нейтральным по отношению к идеологическим и политическим приоритетам. То, ради чего армии ученых тратят свои жизни и кладут свои головы, есть истина, она превыше всего, она есть конституирующий науку элемент и основная ценность науки.

Третье, институциональное понимание науки, подчеркивает ее социальную природу и объективирует ее бытие в качестве формы общественного сознания. Впрочем, с институциональным оформлением связаны и другие формы общественного сознания: религия, политика, право, идеология, искусство и т. д.

Наука как социальный институт или форма общественного сознания, связанная с производством научно-теоретического знания, представляет собой определенную систему взаимосвязей между научными организациями, членами научного сообщества, систему норм и ценностей. Однако, только в XX в. профессия ученого становится сравнимой по значению с профессией церковника и законника.

Один из основателей науки о науке Джон Десмонд БЕрнал, отмечая, что “дать определение науки, по существу, невозможно”, намечает пути, следуя которым можно приблизиться к пониманию того, чем является наука. Итак, наука предстает как: 1) институт; 2) метод; 3) накопление традиций знаний; 4) фактор развития производства; 5) наиболее сильный фактор формирования убеждений и отношения человека к миру [2].

В “Американском этимологическом словаре” науку определяют посредством указания на процедуры наблюдения, классификации, описания, экспериментальные исследования и теоретические объяснения естественных явлений” [3]. Это определение носит по большей части операциональный характер.

Эвандро Агацци отмечает, что науку следует рассматривать как “теорию об определенной области объектов, а не как простой набор суждений об этих объектах” [4].

Таким образом, с наукой нельзя связывать только фиксацию совокупности фактов и их описание. Мы будем иметь состоявшуюся науку лишь тогда, когда сможем установить принципы, предлагающие их объяснение и прогноз. Многие ученые полагают, что если нет небольшого числа принципов, если нет простоты, то нет и науки. Это спорная позиция. Ибо не только простота и ясность, но и глубокий теоретический, концептуальный уровень есть индикатор зрелой науки. Если человек говорит, что он не хочет умозрения, а только того, чтобы ему представили все факты, то он стоит лишь на точке зрения предварительной ступени науки, а не ее самой.

1. Наука как социокультурный феномен и как социальный институт.

В настоящее время наука предстает, прежде всего, как социокультурный феномен. Это значит, что она зависит от многообразных сил, токов и влияний, действующих в обществе, определяет свои приоритеты в социальном контексте, тяготеет к компромиссам и сама в значительной степени детерминирует общественную жизнь. Тем самым фиксируется двоякого рода зависимость: как социокультурный феномен наука возникла, отвечая на определенную потребность человечества в производстве и получении истинного, адекватного знания о мире, и существует, оказывая весьма заметное воздействие на развитие всех сфер общественной жизни. Наука рассматривается в качестве социокультурного феномена потому, что, когда речь идет об исследовании ее истоков, границы того, что мы сегодня называем наукой, расширяются до границ “культуры”. И с другой стороны, наука претендует на роль единственно устойчивого и “подлинного” фундамента культуры в целом в ее первичном – деятельностном и технологическом – понимании.

Из этого следует, что наука как социокультурный феномен вплетена во все сферы человеческих отношений, она внедряется и в базисные основания отношений самих людей, и во все формы деятельности, связанные с производством, обменом, распределением и потреблением вещей. Максима(изречение, афоризм) современного технократического века гласит: “Все должно быть научным, научно обоснованным и научно проверенным”.

Культурная функция науки не сводима только к результативному исходу, т. е. к тому, что результаты научной деятельности составляют также и совокупный потенциал культуры как таковой. Культурная функция науки сильна своей процессуальностью. Она предполагает прежде всего формирование человека в качестве субъекта деятельности и познания. Научное знание, глубоко проникая в быт, составляя существенную основу формирования сознания и мировоззрения людей, превратилось в неотъемлемый компонент социальной среды, в которой происходит становление и формирование личности.

Наука, понимаемая как социокультурный феномен, не может развиваться вне освоения знаний, ставших общественным достоянием и хранящихся в социальной памяти. Культурная сущность науки влечет за собой ее этическую и ценностную наполненность. Открываются новые возможности этоса науки: проблема интеллектуальной и социальной ответственности, морального и нравственного выбора, личностные аспекты принятия решений, проблемы нравственного климата в научном сообществе и коллективе.

Наука развивается сообществом ученых и располагает определенной социальной и профессиональной организацией, развитой системой коммуникаций. Еще Фрэнсис Бэкон в свое время отмечал: “Совершенствования науки следует ждать не от способности или проворства какого-нибудь отдельного человека, а от последовательной деятельности многих поколений, сменяющих друг друга”. Ученый – всегда представитель той или иной социокультурной среды.

В науке приветствуется поиск истины, а следовательно и критика, полемика, спор. Ученый находится в ситуации постоянного подтверждения своей профессиональности посредством публикаций, выступлений, квалификационных дисциплинарных требований и часто вступает в сложные отношения как со своими оппонентами-коллегами, так и с общественным мнением. Признание деятельности ученого связано с градацией степеней и званий. Самой престижной наградой является Нобелевская премия.

Конечно же, творческий потенциал личности может остаться нереализованным либо оказаться подавленным общественной системой. Но совершить открытие, изобрести нечто новое может лишь индивид, обладающий проницательным умом и необходимыми знаниями, а не общество как таковое.

По подсчетам социологов, наукой способны заниматься не более 6-8% населения. Иногда основным и эмпирически очевидным признаком науки считается совмещение исследовательской деятельности и высшего образования. Это весьма резонно в условиях, когда наука превращается в профессиональную деятельность. Научно-исследовательская деятельность признается необходимой и устойчивой социокультурной традицией, без которой нормальное существование и развитие общества невозможно. Наука составляет одно из приоритетных направлений деятельности любого цивилизованного государства.

Как социокультурный феномен, наука включает в себя многочисленные отношения, в том числе экономические, социально-психологические, идеологические, социально-организационные. Отвечая на экономические потребности общества, наука реализует себя в функции непосредственной производительной силы, выступая в качестве важнейшего фактора хозяйственно-культурного развития людей. Именно крупное машинное производство, которое возникло в результате индустриального переворота XVIII-XIX вв., составило материальную базу для превращения науки в непосредственную производительную силу. Каждое новое открытие становится основой для изобретения. Многообразные отрасли производства начинают развиваться как непосредственные технологические применения данных различных отраслей науки, которые сегодня заметно коммерциализируются.

Отвечая на идеологические потребности общества, наука предстает как инструмент политики. Из истории отечественной науки видно, как марксистская идеология полностью и тотально контролировала науку, велась борьба с кибернетикой, генетикой, математической логикой и квантовой теорией. Марксисты твердили о социальной зависимости науки, особенно как деятельности, в ее прикладных областях и компромиссах с властью (прагматический уровень), а кроме того, склонялись к отождествлению науки с технологией”[5]. Официальная наука всегда вынуждена поддерживать основополагающие идеологические установки общества, предоставлять интеллектуальные аргументы и практический инструментарий, помогающий сохранить существующей власти и идеологии свое привилегированное положение. В этом отношении науке предписано “вдохновляться” идеологией, включать ее в самое себя. Как метко заметил Т. Кун, “ученые учатся решать головоломки, и за всем этим скрывается большая идеология” [6]. Поэтому вывод о нейтральности науки всегда сопряжен с острой полемикой.

Социально-психологические факторы, определяющие науку, требуют введения в контекст научного исследования представлений об историческом и социальном сознании, размышлений о личностном портрете ученого, когнитивных механизмах познания и мотивации его деятельности. Они обязывают подвергнуть науку социологическому исследованию, тем более что наука как социокультурный феномен имеет не только положительные, но и отрицательные последствия своего развития. Философы особо предостерегают против ситуации, когда применение науки теряет нравственный и гуманистический смысл. Тогда наука предстает объектом ожесточенной критики, остро встают проблемы контроля над деятельностью ученых.

Сложность объяснения науки как социокультурного феномена состоит в том, что наука все-таки не поступается своей автономией и не растворяется полностью в контексте социальных отношений. Безусловно, наука – “предприятие коммунитарное” (коллективное). Ни один ученый не может не опираться на достижения своих коллег, на совокупную память человеческого рода. Наука требует сотрудничества многих людей, она интерсубъективна. Характерные для современности междисциплинарные исследования подчеркивают, что всякий результат есть плод коллективных усилий.

Исследователи указывают на “внешнюю” и “внутреннюю” социальность науки[7]. Зависимость от социально-экономических, идеологических и духовных условий функционирования того или иного типа общества и государства, определяющего политику по отношению к науке, способы поддержки ее развития или сдерживания ее роста, составляют “внешнюю” социальность науки. Влияние внутренних ментальных установок, норм и ценностей научного сообщества и отдельных ученых, окрашивающих стилистические особенности мышления и самовыражения ученого, зависимость от особенностей эпохи и конкретного периода времени составляют представление о “внутренней” социальности.

2. Историческое развитие институциональных форм научной деятельности.

Наука есть исследование, развернутое как предприятие, т. е. в форме социального института.

Процесс институциализации есть способ, которым смысловые образования социального бытия обретают существование в социальном пространстве. То, что поначалу представлено в виде духовной традиции (призвания человека) становится социальной позицией агента. Институты социального пространства поддерживают одни ментальные (смысловые) структуры и призывают новые.

В соответствии с этой логикой этапы становления науки как общественного института можно обрисовать следующим образом.

1) “Научный дух” как эпифеномен (побочный продукт) теософских систем, институциализированных в социальной роли касты жрецов (Древний Вавилон и Египет). Этот дух представлен в виде еще очень слабой ориентации на объективное знание, получаемого посредством наблюдения и фиксированного метода.

2) Научное содержание античной философии как совокупности демифологизированного знания о природе – институциализированное в форме философской школы и философа как учителя.

3) Обоснование роли опытного знания в средневековой схоластике (ХII-XIV века) в рамках церковных институтов хранения, получения и передачи знания.

4) Научная революция Нового времени, рождение экспериментального естествознания, появление первых научных (любительских!) институтов (Лондонское королевское общество – 1662 г. и Парижская академия наук – 1666 г.)

5) Соединение науки с высшим образованием в системе университетов (посл. треть ХIХ века), появление профессии ученого.

6) Научно-техническая революция ХХ века – институциональное проникновение науки во все субсистемы современного общества: в политическую, в хозяйственную, в культурную.

Беря в качестве образца наиболее развитую форму, мы можем определить институт науки как “социальную машину” по производству, хранению и передачи нового, объективного знания. Сегодня этот институт представлен в формах научно-исследовательских институтов, высших учебных заведений и системы подготовки научных кадров, научных библиотек и научных информационных баз знаний, научных изданий.

Наука как субструктура социального бытия образует особый вектор, с которым считается каждый социальный агент, поскольку вынужден иметь научное образование, в достижении своих хозяйственных или политических целей опираться на научные исследования и ориентироваться при этом на новейшие достижения.

Научная субструктура общества взаимодействует с политической и хозяйственной сферами:

– по своему духу (объективному методу) наука демократична или точнее – она имеет сродство с демократическими политическими институтами (и, как таковая, она основана на приоритете свободы над равенством – понятно, что научное сообщество предполагает “естественное” неравенство способностей и достижений). Тоталитарные режимы способны использовать накопленный научный потенциал, но не обеспечивают условия для саморазвития науки. Этот режим пытается построить науку по иерархическому административному принципу, что противоречит существенным условиям воспроизводства научного (нового) знания: свободного обмена мнениями, доступности научных публикаций, служения истине, а не авторитету.

– в той мере, в которой научная деятельность предполагает получение полезных результатов, она является трудом. Если бы ученного не привлекал сам процесс познания, то и знание (как результат его деятельности) было бы невозможно. Приоритет процесса над результатом – “нормальная” структура научной деятельности.

Система хозяйства выдвигает перед наукой экономические условия: наука должна быть эффективной. Довольно часто это приводит к появлению превращенных форм науки, где стремление к результату господствует над самим процессом познания.

Наука есть продукт человеческой деятельности – деятельности познания. “Пока мы не признаем, что в глубинах человеческой души присутствует стремление к познанию, понимаемому как долг, мы всегда будем склонны растворять это стремление в ницшеанской воле к власти” и далее обвинять науку во всех грехах современного человечества [8].

3. Характеристика современного ученого.

Анализ представлений о науке как важнейшем элементе культуры общества может выступить примером изучения формирования обыденного знания, ставшего предметом исследования нового научного направления в социальной психологии, а именно – психологии социального познания [9]. Проблема имиджа науки и самовосприятия ученых затрагивалась как зарубежными, так и отечественными исследователями научного творчества [10].

Предметом данного исследования выступил анализ социальных представлений о профессиональной группе российских ученых. Основная цель работы – составление обобщенного социально – психологического портрета современного российского ученого на основе субъективных представлений респондентов о нем.

Методологическим основанием имиджа российских ученых выступил принцип трехаспектности, выдвинутый М. Г. Ярошевским [11]. Субъект научного творчества – ученый и представления о нем, существующие в обществе, могут быть проанализированы в трехмерном пространстве предметного, социального и психологического векторов. Когнитивный компонент содержания социальных представлений затрагивает описание предметного содержания профессиональной деятельности ученого. Социальный аспект выражается в характеристике положения ученого в обществе, а индивидуально-личностный – заключается в рассмотрении психологических особенностей его личности.

Всего в исследовании приняло участие 163 человека (19 мужчин и 144 женщины) в возрасте от 19 до 59 лет. В выборку были включены студенты московских вузов (всего 113 человек), как гуманитарных специальностей (психолог, педагог, журналист), так и специализирующиеся в области естественных наук (химия, биология, математика), другую часть выборки составили учителя средних школ и руководители образовательных учреждений (директора, методисты, завучи).

В исследовании использовался опрос, цель которого – выявление представлений респондентов об ученых в современной России. В основу создания анкеты был положен принцип свободных высказываний, ассоциаций, который выступает одним из основных методов анализа социальных представлений, разрабатываемых в русле французской концепции социальных представлений. Формулировки вопросов были направлены на актуализацию когнитивного и эмоционального компонентов установки респондентов по отношению к ученым. Сконструированная таким образом анкета помогла исследовать семантическое поле испытуемых и выделить наиболее устойчивые и часто повторяющиеся его элементы или, иначе говоря, центральное ядро социальных представлений об отечественных ученых. Оценка текстов ответов была осуществлена с помощью процедуры контент-анализа.

Всего в исследовании было получено 1499 суждений. Вызывает интерес тот факт, что выделился ансамбль первых четырех элементов, оказавшийся в некотором отрыве от остальных категорий. Сюда вошла такая характеристика, как “бедность”, вобравшая в себя 26,6 % всех полученных суждений. Эта категория полностью отражают сегодняшнее положение ученого. При этом среди индивидуально-психологических характеристик названы элементы когнитивной структуры личности, наиболее важные, с точки зрения респондентов, для осуществления исследовательской деятельности.

Социальные условия ассоциируются у респондентов с негативными характеристиками. Вероятно, на уровне массового сознания возникает разрыв между существующим когнитивным потенциалом отечественных ученых и отрицательно оцениваемыми социальными условиями их научной деятельности.

Согласно данным опроса, респонденты осуждают ученых, в частности, за бесполезность их труда и презирают за то, что они продолжают влачить жалкое существование. Интересно, что подобные оценки были высказаны опрошенными нами педагогами и студентами, то есть людьми, мало отличающимися от ученых по уровню материального достатка. Полученный результат можно было бы объяснить действием механизма межгруппового восприятия, предполагающего занижение оценки другой группы в целях усиления недостаточно высокой оценки собственной группы.

Отрадно, что среди ассоциаций, которые возникли у респондентов при упоминании ученого в условиях развития современной науки в России, выделились такие категории, как “деньги”, “используют науку для бизнеса”, “бизнесмен”, “умеет заинтересовать спонсоров” и т. д.

Усиление этой тенденции может быть связано с появлением в нашей стране нового образа субъекта научной деятельности (в отличие от научного сотрудника советской формации) – ученого-предпринимателя. Примером того, как можно зарабатывать, занимаясь наукой, стала деятельность научно-технических парков, количество которых возрастает в нашей стране. Важно, что на психологическом уровне подобная оценка исследователя как предпринимателя, зарабатывающего на жизнь своим основным делом, уже зафиксирована в общественном сознании. Интересно, что в образ ученого вошло понятие (5,5% суждений), которое открывает новые возможности для самореализации представителей науки с помощью различных научных фондов.

Для обнаружения структуры номинаций, отражающих содержание социальных представлений о современном российском ученом, был применен метод иерархического кластерного анализа. Изучение содержания кластеров способствует пониманию внутренней связи категорий контент-анализа в представлении респондентов о современном российском ученом. Последовательно рассмотрим каждую из выделенных групп.

В первый кластер в основном объединились характеристики профессиональной деятельности ученых и ее эмоциональная оценка (сама научная деятельность имеет высокую положительную оценку). С этими признаками связаны индивидуально-личностные характеристики ученых, такие как терпение и рассеянность.

Во вторую группу вошли психологические характеристики ученого, а также отношение к нему.

Внутренне связаны между собой характеристики деятельности ученого, которые описывают перспективность и прогресс научного эксперимента (третий кластер), что вызывает у респондентов оптимизм и понимание необходимости оказания государством помощи представителям научного сообщества, учитывая их современное униженное положение. Работа на перспективу, нацеленность науки на будущее оценена участниками опроса положительно.

Четвертый кластер отражает представление респондентов о возможных путях выхода из ситуации упадка науки, не дающей возможности ученым для самореализации. Это такие категории, как “бизнес”, “отъезд за рубеж”, причем они вызывают осуждение у респондентов.

С точки зрения опрошенных, внутренне связанными между собой выступают такие характеристики, как “интеллигентность”, “творчество”, т. е. признаки, описывающие интеллектуальную сферу личности ученого (пятый кластер). Участники опроса говорили об ученых с уважением.

Описание социального статуса ученого отражено в шестом кластере. Сюда вошли, например, категории “бедность”, “бесполезность”, “оторванность от жизни”, “не от мира сего”, которые оценивались как вызывающие жалость и сочувствие. Подобные параметры образа являются отражением на психологическом уровне социального кризиса современной российской науки в целом и положения отечественного ученого как субъекта коллективной творческой деятельности в частности. Таким образом, в восприятии респондентов представление об интеллектуальном потенциале российских ученых и об их положении в обществе разделяются на два отдельных параметра с противоположными их оценками.

Седьмой кластер объединил категории, описывающие индивидуально-психологические характеристики ученых, например “талант”. Интересно, что с этими характеристиками связана категория “несчастный”.

Из анализа содержания выделенных кластеров можно сделать вывод о том, что в социальных представлениях о современном российском ученом выявились четыре сферы образа, условно названные нами как содержание предметной деятельности российского ученого, его индивидуально-личностные характеристики, интеллектуальный потенциал и положение в обществе. Каждая сфера представлений об ученом оценивается респондентами определенным образом. Сферы интеллектуального потенциала и содержания профессиональной деятельности ученого оцениваются положительно (“восхищение”, “уважение”). Психологические особенности ученого и его социальное положение описываются отрицательно, вызывая у респондентов презрение и жалость. Интересно, что возможные способы “выживания” ученых (“бизнес”, “отъезд за рубеж”) в представлении опрошенных связаны с категорией “осуждение”.

Полученные результаты свидетельствуют о том, что недостаточно эффективная государственная политика в отношении отечественной науки привела к разрушению прежнего образа ученого советской формации. Отсутствие внешних побудительных стимулов для исследовательской деятельности, среди которых можно упомянуть престиж профессии ученого, государственную поддержку исследований и разработок в форме достойной заработной платы и востребованности результатов научного творчества, привело к негативной оценке профессиональной группы российских ученых, преобладающей в нашем общества. Зафиксированный срез социальных представлений об ученых отражает отрицательное отношение прежде всего к представителям фундаментальной науки, результаты деятельности которых не дают ощутимого сиюминутного материального эффекта. Работа ученых за “идею” вызывает у респондентов непонимание и осуждение.

Заключение

В заключении можно сказать, что проблема, связанная с классификацией функций науки, до сих пор остается спорной отчасти потому, что наука развивалась, возлагая на себя новые и новые функции, отчасти в силу того, что, выступая в роли социокультурного феномена, она начинает больше заботиться не об объективной и безличностной закономерности, а о коэволюционном вписывании в мир всех достижений научно-технического прогресса. В качестве особой и приоритетной проблемы выделяют вопрос о социальных функциях науки. Отмечают следующие три социальные функции науки [12]:

1) культурно-мировоззренческую функцию науки;

2) функцию непосредственной производительной силы;

3) функцию социальной силы [13].

Последняя предполагает, что методы науки и ее данные используются для разработки масштабных планов социального и экономического развития. Наука проявляет себя в функции социальной силы при решении глобальных проблем современности (истощение природных ресурсов, загрязнение атмосферы, определение масштабов экологической опасности). В этой своей функции наука затрагивает социальное управление. Любопытный пример, подтверждающий, что наука всегда пыталась преподать себя как дополнительная социальная сила, связан с первой демонстрацией такого чисто “созерцательного” инструмента, как телескоп, который Галилей, представляя сенаторам Венецианской республики, пропагандировал как средство, позволяющее различать вражеские корабли “двумя или более часами” раньше.

Иногда исследователи обращают внимание на проективно-конструктивную функцию науки, поскольку она предваряет фазу реального практического преобразования и является неотъемлемой стороной интеллектуального поиска любого ранга. Проективно-конструктивная функция связана с созданием качественно новых технологий, что в наше время чрезвычайно актуально [14].

Так как основная цель науки всегда была связана с производством и систематизацией объективных знаний, то в состав необходимых функций науки включалось описание, объяснение и предсказание процессов и явлений действительности на основе открываемых наукой законов. Таким образом, основной, конституирующей само здание науки является функция производства истинного знания, которая распадается на соподчиненные функции описания, объяснения, прогноза.

Список использованной литературы:

1. Вернадский В. И. Проблема биохимии. М., 1988. С. 252.

2. Бернар Дж. Наука в истории общества. М., 1956. С. 18.

3. Холтон Дж. Что такое антинаука //Вопросы философии. 1992. №2.

4. Агацци Э. Моральное измерение науки и техники. М., 1998. С. 12.

5. Агацци Э. Моральное измерение науки и техники. М., 1998. С. 2.

6. Американский философ Джованна Боррадорн беседует с Куайном, Дэвидсоном, Патнэмом и др. М., 1998. С. 200.

7. Торосян В. Г. Концепции современного естествознания. Краснодар. 1999. С. 16.

8. Башляр Г. Новый рационализм / предисл. и общ. ред. А. Ф. Зотова, пер. Ю. П. Сенокосова, Г. Я. Туровера – М.: Прогресс, 1987.

9. Андреева Г. М. К проблематике психологии социального познания// Мир психологии. 1999.

10. Юревич А. В. Умные, но бедные: Ученые в современной России. М.: Издательский центр научных и учебных программ, 1998.

11. Ярошевский М. Г., Юревич А. В., Аллахвердян А. Г. Программно-ролевой подход и современная наука// Вопросы психологии, 2000.

12. Степин В. С., Горохов В. Г., Розов М. А. Философия науки и техники Учебное пособие. М.: Изд-во: Гардарики,1999. – 400 с.

13. Введение в философию: В 2 ч. М., 1989. Ч. 2. С. 360.

14. Швырев В. С. Научное познание как деятельность. М., 1984. С. 12.


Наука как социокультурный феномен