Социальные идеи средневековья

Тема: “Социальные идеи средневековья”

1. Введение:

1.1 История становления и развития социологии.

1.2 Влияние социальных отношений на развитие социальной мысли.

2. Основная часть:

2.1 Формирование идеи социального закона.

2.2. Формирование идеи общества

2.3 Средневековые социальные идеи.

3. Заключение:

3.1 Когда и где начинается социология?

3.2 Список литературы.

История становления и развития социологии

1. Процесс осмысления общества, общественной жизни начинается у истоков человеческой истории. Общество становится объектом анализа людей даже прежде самой личности – ведь в первобытном состоянии личность почти не выделяет себя из рода, хотя человек и начинает размышлять, оценивать.

Представления об обществе углубляются по мере развития личности, когда обозначается основной вопрос общественной жизни “Что важнее: общество или личность в ее неповторимости, индивидуальном своеобразии восприятия и отражения действительности?” и возникают представления о социальном равенстве и неравенстве. В этих представлениях однозначно доминировали отраженная в мифах положительная оценка уравнительности и отрицание неравенства. Однако по мере развития человеческого общества, усложнения его структуры складываются представления о неизбежности социального неравенства.

В середине первого тысячелетия до н. э. осознание неизбежности социального неравенства вылилось в концептуальное обоснование его необходимости. На Востоке критическое переосмысление социальных установок, заложенных в мифологическом сознании, было осуществлено в учениях Будды, Конфуция, Заратустры, ставших рациональным оправданием, а затем и религиозно-этической опорой, поддерживающей социальную стабильность в преодолевшем первобытную неструктурированность обществе.

На Западе социальная мысль достигла своего апогея в Афинах V-IV вв. до н. э. в творчестве Сократа, Платона и Аристотеля, в учениях которых оформились два важнейших вправления, взаимодействовавших на протяжении всей истории социальной мысли. Первое – выдвигает и обосновывает идею приоритета общего (при разном масштабе общности), общественного интереса. Оно представлено прежде всего учением Платона, рассматривающим эту идею в знаменитом труде “Государство”. У Платона общество уподобляется “огромному человеку”. Трем началам человеческой души (разумному, яростному и вожделеющему) в идеальном государстве аналогичны тоже три начала (совещательное, защитное и деловое), которым в свою очередь соответствуют три сословия – правители, воины и производители (ремесленники, земледельцы). Справедливость, по Платону, состоит в том, чтобы каждое сословие занималось своим делом. Неравенство с помощью “благородного вымысла” обосновывается как естественное, исходно предопределенное: хотя все люди рождены землей, но у одних примешано золото, значит, они должны править; у других – серебро, и посему они становятся воинами; у третьих примешаны железо и медь, они призваны быть производителями. Все сословия служат сохранению единства, стабильности общества. Государство, полагал Платон, должно не потакать амбициям отдельных, пусть сильных, личностей, а подчинять всех членов общества служению делу его сохранения. В идеальном государстве социальное неравенство является средством поддержания социальной стабильности, но отнюдь не получения выгоды высшими слоями. “Субъектом свободы и высшего совершенства оказывается у Платона не отдельная личность, и даже не класс, а только все общество, все государство в целом. Утопия Платона – не теория индивидуальной свободы граждан, а теория тотальной свободы – свободы государства в его совокупности, целостности, неделимости”.. Целостность государства у него основана на тотальной ответственности неравных друг другу членов общества за судьбу этого государства.

Итак, завершаем краткий анализ длительного исторического пути, по которому шло становление и развитие науки об обществе. Из множества идей и концепций, выдвинутых выдающимися мыслителями различных эпох, постепенно формировалась эта наука как ответ на объективные потребности социального развития. Социология – не застывшая наука. На каждом новом этапе социальных преобразований она черпает из реальности новые социальные факты, научно обобщает их и дает возможность представить перспективу общественного развития.

1.2 Влияние социальных отношений на развитие социальной мысли.

В период Средневековья развитие социальных отношений осуществляется преимущественно под контролем системы нравственных, религиозных норм, что оказало влияние и на развитие социальной мысли.

Наиболее видной фигурой теологической социально-политической мысли этого периода является Фома Аквинский, осуществивший “модернизацию” раннесредневекового христианства на основе комментариев Аристотеля. Учение Фомы (томизм) стало важным шагом в укреплении духовной власти католицизма над развитием социальной жизни (в 1879 г. это учение было объявлено “единственно истинной философией католицизма”), но не остановило Реформацию католицизма. Идейное оформление Реформация получила в учениях М. Лютера, У. Цвингли, Ж. Кальвина, представлявших бюргерско-буржуазное направление, и Т. Мюнцера, вождя народной Реформации. Важнейшая идея Реформации – необходимость личной ответственности человека, отрицание посредничества церковной иерархии.

Реформация оказала серьезное влияние на развитие социально-критического мышления, теорий самосознания, раннебуржуазного идеала “правового государства”. Она способствовала разрушению феодально-религиозных представлений и утверждению новых, предпринимательских ориентации в хозяйственной практике. М. Вебер раскрыл воздействие на процесс становления европейского капитализма протестантского религиозно-этического комплекса, обеспечившего воспитание таких черт личности, как трудолюбие, бережливость, честность, расчетливость. В социальной мысли на новом уровне возрождается противостояние идей “индивидуализма” и “коллективизма”. Идея приоритета индивидуального интереса над общественным утверждается в качестве ядра идеологии формирующегося класса предпринимателей, буржуазии.

Наряду с идеями индивидуалистическими, частнособственническими в XVI в. постепенно оформляется социалистическое социально-политическое течение как идеология нарождающегося пролетариата. Родоначальником утопического социализма принято считать Т. Мора (1478-1535 гг.), изобразившего в “Утопии” общество, в котором нет частной собственности, обобществлены производство и быт, а труд является обязательным для всех.

Критикуя капитализм и вскрывая его антигуманную сущность (“овцы съели людей”), социалисты-утописты считали идеальным такое общество, в котором осуществляется государственное или общественное руководство экономикой, не знающей товарно-денежных отношений. Но они не смогли найти стимулы к труду в обществе без конкуренции, частной собственности и самоорганизации экономической жизни. Главное – ставка на прямое государственное регулирование и социальный контроль.

Таким образом, при переходе от Средневековья к Новому времени взаимодействие двух направлений в решении основного вопроса социологии постепенно начинает обретать форму борьбы индивидуалистической (либеральной) и социалистической доктрин в качестве основных элементов идеологий двух нарождающихся классов буржуазного общества.

В XVIII в. в трудах французских просветителей (Ж-Ж. Руссо, Ш. Л. Монтескье, К. А. Гельвеции, Д. Дидро и др.) получили дальнейшее развитие учения об обществе, принципах его совершенствования; оформилась так называемая гражданская концепция, согласно которой преодоление всех форм несвободы осуществляется методом длительного морального совершенствования личности и общества. Представители утопического социализма Ж. Мелье, Морелли, Г. Мабли, Г. Бабеф доказывали необходимость немедленного преодоления неравенства, установления общественной собственности путем народной революции, упразднения религии и церкви как опоры деспотизма и угнетения.

Начало XIX в. является кануном возникновения социологии как самостоятельной науки. В это время оформились экономические, социально-политические, теоретические предпосылки ее выделения в самостоятельную отрасль знания. Интенсификация экономической жизни способствовала усилению конфликтности во взаимоотношениях буржуазии и пролетариата, что выражалось в активных выступлениях рабочих (чартистское движение, восстания лионских, силезских ткачей и др.). Массовые действия одного класса и противодействие им со стороны другого класса вели к выработке оформленного классового сознания. Нестабильность производственных отношений порождала потребность в оптимальных, научно обоснованных путях ее преодоления и создания социальной обстановки, в наибольшей степени благоприятствующей развитию экономики.

Социально-политическая жизнь на рубеже XVIII и XIX вв. определялась влиянием Великой Французской революции. Революция, провозгласившая лозунг “Свобода! Равенство! Братство!”, обнаружила иллюзорность консолидирующих идей Просвещения и отразилась в социально-политической мысли поляризацией теорий. В начале XIX в. с резкой критикой развивающегося капитализма выступили социалисты-утописты А. К. Сен-Симон (1760-1825 гг.), Ш. Фурье,1772-1837 гг.), Р. Оуэн (1771 – 1858 гг.). Конструируя идеал социалистического общества, они продолжили разработку принципов организации справедливого общества.

Параллельно с распространением социалистических идей активно развивалась идеология либерализма, в которой идея свободы личности (нации, класса) рассматривалась как главное условие функционирования и прогресса общества. Государство (“ночной сторож”) признавалось средством обеспечения безопасности личности, неприкосновенности частной собственности, свободы слова, предпринимательства, совести, мнений, но оно не должно было обременять себя вмешательством в экономическую жизнь. В рамках концепции либерализма оптимальное регулирование социально-экономических отношений рассматривалось как спонтанное, осуществляемое через механизм свободного рынка. Концепции либерализма в этот период разрабатывали И. Бентам (1748-1832 гг.), Дж. Остин (1790-1859 гг.) и другие. Их социально-политические представления опирались на созданную А. Смитом (1723-1790 гг.) теорию экономического либерализма.

К числу непосредственных предшественников зарождающейся социологии следует отнести Сен-Симона с его концепцией социальной физики, согласно которой социально-исторический процесс представляет собой поступательное движение человечества от низших общественных форм к высшим; Фюстеля де Куланжа (1830-1889 гг.), сделавшего попытку вывести некоторые социологические закономерности реального социального процесса на основе обобщения исторического материала, уделяя особое внимание точности и надежности первичной информации; А. Кетле (1796 – 1874 гг.), развившего статистический метод как инструмент количественного анализа социальных процессов и явлений.

К середине XIX века социология оформляется как самостоятельная наука. Ее родоначальник О. Конт (1789- 1857 гг.) свое учение, основными частями которого были социальная статика (изучение структур общества, взятых как бы в застывшем виде) и социальная динамика (анализ последовательности социальных изменений), назвал “социальной физикой”. Обнаружив, что А. Кетле уже использует этот термин, О. Конт в 1839 г. назвал свое учение социологией. Он определял социологическое знание как знание, основанное на фактах, на эмпирическом и аналитическом исследовании социальных явлений. Это позволяет, по мнению Конта, социологии уйти от абстрактных построений, стать наукой, близкой естествознанию, использующей методы естественных наук и именно поэтому способной решать проблемы общественной жизни. Анализируя проблему взаимосвязи личности и общества, О. Конт считал, что только общество и его социальные институты являются полноправными субъектами социальных отношений, а личность всегда лишь продукт воздействия общества. Семья, а не индивид, утверждал он, составляет ту простейшую целостность, сумма которых образует общество. О. Конт по праву считается “отцом” социологии, поскольку дал науке название, помог определить ее место среди других наук, наметил контуры предмета социологии.

2.1 Формирование идеи социального закона

Важнейшей интеллектуальной предпосылкой возникновения социологии как науки было представление о социальном детерминизме, т. е. о том, что в обществе господствуют не хаос и произвол, а пространственная и временная упорядоченность, причинно-следственные связи, обусловленность одних явлений и процессов другими. На этом представлении основывалась вера в то, что наука об обществе способна (если не теперь, то в будущем) открывать, формулировать и изучать законы: универсальные, устойчивые и глубинные связи, зависимости, тенденции. Благодаря законам возможны так называемые помологические высказывания, т. е. более или менее общие, универсальные высказывания, без которых нет науки. Существование законов в социальной реальности и способность познавать их служили главными аргументами в пользу того, что социология как наука возможна и необходима.

Понятие закона в целом имеет два смысла: 1) онтологический, т. е. относящийся к сфере реального, сущего, того, что есть, точнее, того, что регулярно бывает; 2) деонтологический, т. е. относящийся к сфере нормативного, обязательного, того, что должно быть, точнее, регулярно бывать.

Соответственно эти два смысла отражают существование двух различных видов законов: онтологических и деонтологических.

Онтологические законы – это правила, принципы и свойства, которые относятся к естественному, стихийному, самопроизвольному ходу вещей. Они исключают вмешательство чьей-либо воли (человеческой или божественной) или же включают ее в себя как одно из своих собственных проявлений. С такого рода законами имеет дело наука; это научные законы, теоретические или эмпирические. К этому же виду законов принадлежат принципы и правила различных паранаук: астрологии, хиромантии, геомантии и т. п.

Деонтологические законы – это такие правила, принципы и свойства, которые выступают в качестве обязательных для исполнения норм. Это нормы религии (божественные законы), права (юридические законы), морали (законы нравственности) и даже эстетической культуры (законы красоты). Исторически все эти нормы восходят к обычаю, в котором все они образуют единую недифференцированную нормативную сферу. Древние нормативные кодексы, например библейские Десять заповедей или индийские Законы Ману, представляют собой одновременно религиозные, нравственные и юридические законы.

Правда, представления об онтологических и деонтологических законах в истории часто очень тесно переплетались и смешивались как в теоретическом, так и в обыденном сознании. Следы такого смешения сохранились и в современном языке. Например, когда мы утверждаем,

4 Деонтология – раздел этики, изучающий проблемы долга и должного. Термин <деонтология> введен английским этиком-утилитаристом?. Бентамом (1748-1832).

Что такое-то природное явление <подчиняется> такому-то закону, то мы неявно уподобляем это явление некоему законопослушному гражданину, действующему в соответствии с конституцией и уголовным кодексом.

Деонтологическое понятие закона (закона должного) в истории долгое время доминировало над понятием закона онтологического (закона сущего). И хотя различие между ними осознавалось еще в древности, более или менее основательно они разделились лишь в новое время, в результате великой научной революции XVI-XVII вв.

Наука имеет дело с онтологическими законами. Социология формировалась как научное знание социальных законов, т. е. законов, действующих в социальной реальности. Эту реальность предшественники социологии считали частью общей системы природы. Поэтому они предполагали, что и в ней, как и в природе в целом, действуют неизменные и всеобщие естественные законы.

Такое естественнонаучное понимание закона противостояло прови-денциалистскому взгляду, согласно которому структура и развитие общества определяются извне замыслом и волей божественного провидения.

Научное понятие закона существенно отличалось также от понятия судьбы, хотя и было в одном отношении сходно с ним. Как и научный закон, судьба – не нормативная, а онтологическая категория. Но судьба темна, иррациональна и непостижима, ее можно лишь угадать, но ее невозможно исследовать и рационально объяснить [18, 158-159]. Закон же в принципе доступен познанию, в нем есть своя рациональная логика, которая усилиями человека может быть поставлена ему на службу.

Уже в античности существовала идея детерминизма и различия между онтологическим и деонтологическим законами. Так, в древнегреческой философии различались и противопоставлялись понятия номос (закон) и тесис (установление), с одной стороны, и фюсис (природа) – с другой. Первые два понятия выражали идею деонтоло-гического закона, а третье – онтологического. Идея детерминизма присутствовала в представлении греков о Космосе: как об упорядоченном, организованном и гармоническом целом.

Особенно значительный вклад в разработку идей детерминизма и научного онтологического закона внес Аристотель, утверждавший, что всякое определение и всякая наука имеют дело с общим… [19, 273]. Он разработал широко известное учение о причинности, согласно которому существуют четыре вида причин: 1) причина как форма, как сущность, в силу которой вещь именно такова, какова она есть; 2) материальная причина, субстрат – то, из чего вещь возникает; 3) движущая причина, источник движения (творящее начало); 4) целевая причина – то, ради чего что-либо осуществляется [20, 87-88 и ел.]. Хотя Аристотель признавал существование не только имманентных, внутренне присущих природе причин, но и трансцендентных, божественных (воплощенных, в частности, в категориях перводвигатель, форма форм и т. п.), он ясно осознавал специфический характер естественных причин и законов, изучаемых наукой.

В средние века положение меняется. Природа перестает восприниматься как самоорганизующееся и самоценное начало, содержащее в себе свои собственные законы и причины; соответственно и наука о природе утрачивает то значение, которое она имела в античную эпоху. Согласно средневековому воззрению, в…Природа не есть нечто самостоятельное, несущее в себе свою цель и свой закон… Учение о божественном всемогуществе оказывается связанным с тенденцией к ликвидации самостоятельности природы, поскольку благодаря своему всемогуществу бог может действовать вопреки естественному порядку [21, 394].

Закон природы оказывается непостижимым и в известно смысле не существующим для средневекового мировоззрения. Его место занимает чудо, постижимое не знанием, а верой. Не случайно и собственно естественнонаучные интересы, находящиеся на периферии интересов теологических, направлены не столько на устойчивое и повторяющееся в природе, сколько на всякого рода диковинки, чудеса и аномалии. Считается, что управляемая божественной волей природа, согласно этой же воле, может или служить человеку или наказывать его. Человек, его совершенствование и спасение оказываются целью природы. Ее объяснение поэтому предполагает, помимо Бога-творца, человека-цель.

Великая научная революция, совершенная Коперником, Галилеем, Ньютоном, Декартом, Ф. Бэконом и др., привела к тому, что природа постепенно стала рассматриваться как causa sui, причина самой себя. На смену теистическому волюнтаризму, объясняющему природные и социальные процессы волей всемогущего Бога, приходит природный, естественный детерминизм. Правда, ученые не сразу отказываются от признания роли божественного фактора. Но они все чаще трактуют этот фактор либо с позиций деизма, рассматривая его лишь в качестве божественного первотолчка, после которого природа развивается по своим собственным законам, либо с позиций пантеизма, растворяя божественное начало в природном. В обоих случаях речь уже не идет, как ранее, о concursus Dei, соприсутствии Бога, постоянно оказывающего воздействие на природное и социальное бытие.

Природа постепенно становится не только причиной самой себя, но и причиной многих других сфер бытия. Отсюда выдвижение и всеобщее распространение понятия естественного. Мыслители и ученые XVI – XVIII вв. говорят не только о естественном состоянии (о котором шла речь выше) и его идеально-гипотетических признаках, но и о естественном праве, естественной морали, естественной политике, естественной экономике и даже о естественной религии. В этом ряду находится и понятие естественного закона.

Первоначально выражение естественный закон было чрезвычайно многозначно и неопределенно. Это отмечал еще Руссо: Раз мы так мало знаем природу и так неодинаково понимаем смысл слова закон, то очень трудно будет прийти к соглашению относительно верного определения естественного закона [22, 42]. Естественный закон понимался вначале одновременно как божественный, нравственный, юридический, разумный и в какой-то мере искусственный в том смысле, что он установлен величайшим и искуснейшим Мастером – Богом, а также человеком, создающим нравственные и юридические законы. Изначально естественный закон выступал прежде всего как деонтологическая категория, как система норм поведения природных объектов и существ (включая человека), установленных Богом.

Такое понимание было присуще, в частности, и Декарту, и Гоббсу, и выдающемуся натуралисту Бюффону, и многим другим философам и естествоиспытателям. Естественный онтологический закон считается либо созданным естественным деонтологическим, либо растворенным в нем. Мы читаем у Гоббса: Закон естественный и закон моральный называют обычно еще и божественным [6, 320]. Отвечая на вопрос Что такое естественный закон (law of nature), он говорит: Естественный закон, lex naturalis, есть предписание, или найденное разумом (reason) общее правило, согласно которому человеку запрещается делать то, что пагубно для его жизни или что лишает его средств к ее сохранению, и пренебрегать тем, что он считает наилучшим средством для сохранения жизни [7, 98].

При всех расхождениях Гоббса и Ричарда Камберленда, автора трактата О естественных законах (1672), в трактовке естественного состояния человека (по Гоббсу – антисоциального, по Камберленду – социального), они сходились в том, что естественные законы – это основополагающие нормы, установленные Творцом.

Но Гоббс, как и многие другие новаторы XVI-XVII вв., истолковывает роль Бога в духе деизма. Признавая Бога первопричиной сущего, он вместе с тем обосновывает и чисто натуралистическое понимание естественной причинности, которое было характерно для тогдашнего естествознания, ориентированного прежде всего на механику. Хотя он использует понятие естественные законы как должные, как своего рода божественно-разумно-нравственно-юридические нормы, он в то же время упорно стремится исследовать универсальные связи реальности, онтологические законы, даже тогда, когда не называет их законами. Поэтому в его системе Бог и религия зачастую оказываются подверженными действию тех же законов, что и природа (включающая в себя общество).

Монтескье был убежденным детерминистом. Образцом законосообразности для него был физический мир. Судя по всему, он полагал, что хотя мир разумных существ далеко еще не управляется с таким совершенством, как мир физический [там же, 164], когда-нибудь естественные и неизменные законы в обществе будут действовать столь же однозначно, как в природе. Неудивительно, что он подчеркивал определяющее значение географической среды, особенно климата, в жизни общества.

Эти идеи Монтескье стали основополагающими для социологии. Но и он не мог избавиться от смешения онтологических и деонтологичес-ких законов, трактуя их то как реальные отношения, то как нравственные и юридические нормы.

Фундаментальное различие законов долженствования (императивов) и законов природы обосновал Кант. Он исходил из того, что законы природы, эмпирические законы постигаются эмпирическим (опытным) путем, но это возможно лишь благодаря тому, что они соответствуют априорным (доопытным) законам рассудка; только благодаря им <явления составляют некоторую природу и делаются предметами опыта… [25, 484]. Сами понятия<природы и естественного формируются, по Канту, априорными законами рассудка. Под природой (в эмпирическом смысле) мы разумеем связь существования явлений по необходимым правилам, т. е. по законам. Следовательно, существуют определенные законы, и притом a priori, которые впервые делают природу возможной; эмпирические законы могут существовать и быть открыты только при помощи опыта и именно в согласии с теми первоначальными законами, лишь благодаря которым становится возможным сам опыт, – писал он [там же, 278-279].

Идея законосообразности социального мира, выводимая из его включенности в мир природы, присутствовала и у таких выдающихся предшественников социологии, как Вико, Гердер, Кондорсе.

У Сен-Симона, чье творчество воплощает переход от предыстории к истории социологии, идея социального закона как разновидности естественного выражена наиболее резко и отчетливо. Он считал, что принципы естественнонаучного детерминизма должны быть перенесены в сферу социальных наук. Сен-Симон преклонялся перед гением Ньютона и доказывал, что основной закон, действующий в социальном мире так же, как и в физическом, – это закон всемирного тяготения: …Из идеи всеобщего тяготения можно вывести более или менее непосредственно объяснение всех явлений… [26, 268].

Закон всемирного тяготения положил в основу своей теории и Ш. Фурье, согласно которому общество должно строиться на принципе страстного притяжения. Не случайно Фурье был прозван социальным Ньютоном.

Таким образом, понятие закона, заимствованное естествознанием из человекознания (религии, морали, права), затем вернулось в область наук о человеке, но уже в совершенно новом облике – в форме естественнонаучного закона. Такая интерпретация социального закона означала, что, во-первых, он перешел из области должного в область сущего, во-вторых, из трансцендентной, потусторонней сферы он спустился в имманентную, посюстороннюю, а именно в сферу природы.

В XVI-XVIII вв. принципы естественнонаучного детерминизма и законосообразности распространились на понимание как структуры общества, так и его развития. На понимание структуры общества большое влияние оказали достижения тогдашней механики и астрономии. Особенно важное значение в этом отношении имел, как уже сказано, открытый Ньютоном закон всемирного тяготения. В это время <человеческое общество рассматривалось как своего рода астрономическая система человеческих индивидов, связанных социальным притяжением и отталкиванием [27, 453]. Связующим началом при этом считались либо договор, либо естественная, врожденная тенденция к объединению, присущая человеку как социальному животному.

В известном смысле можно утверждать, что социология выросла из констатации трех законов, относящихся к социальному развитию: 1) социальное развитие существует, оно носит постоянный и универсальный характер; 2) в его основе лежит рост знания, прежде всего научного, которое практически реализуется в развитии техники и промышленности; 3) общество в своем развитии совершенствуется, т. е. в нем действует закон прогресса. Последний закон в известной мере подытоживает первые два и имеет особенно важное значение в качестве предпосылки становления социологии и характерной черты ее первоначальной истории.

2.2. Формирование идеи общества

Предыстория социологии – это прежде всего процесс формирования онтологических предпосылок социологического знания: представлений об обществе, о социальности, о социальной реальности. Эти предпосылки сформировались к середине XIX в., тогда, когда была открыта социальная реальность.

Открытие социальной реальности следует понимать в том смысле, что в определенный исторический момент в определенной точке мирового культурного пространства идея общества настолько завладела умами, что оно выступило как реальность первостепенной значимости, обнаруженная впервые и требующая новых специфических средств познания и практического воздействия. Открытие социальной реальности, как и ее поиски, означало и ее конструирование в качестве нового объекта исследования.

Ранее поиск и обнаружение этой реальности постоянно перемежались или совпадали, но находились на периферии общественного внимания. Нередко уже обнаруженное <общество> опять терялось, растворяясь и смешиваясь в других, близких к нему сферах: природной, психической и т. п.

Часть общества или одно из его проявлений, например семья, государство, право, этнос и т. д., принимались за общество как таковое, за общество в целом. Но несмотря на трудный, иногда драматический, характер отмеченных поисков и находок, идея общества пробивала себе дорогу, с тем чтобы в конце концов выступить в качестве онтологического обоснования необходимости и возможности новой науки – социологии.

Наиболее ранний и выдающийся представитель первой традиции – древнегреческий философ Аристотель (384-322 гг. до н. э.), которого вообще можно считать главным предшественником социологии в античном мире. Он утверждает, что человек представляет собой существо общественное еще в большей степени, чем пчелы и разного рода стадные животные. Доказательство этого он видит в том, что среди всех живых существ только человек одарен речью [1, 378-379]. Под обществом Аристотель понимает любое объединение людей, чем-нибудь соединенных между собой. В качестве элементарного социального объединения он рассматривает семью, домохозяйство. Это объединение основано на природных отношениях: муж – жена и господин – раб.

Помимо Аристотеля к идее общества как естественного образования в античности склонялись и стоики, в том числе самый выдающийся из них, римский философ и писатель Луций Анней Сенека (ок. 5 г. до н. э.- 65 г. н. э.). В своем сочинении О благодеяниях (63-65 гг.) он поет настоящий гимн обществу, доказывая, что оно опирается на природные основания и взаимопомощь людей. Сенека утверждает: [Природа] дала две силы, которые человека слабого сделали весьма крепким, – разум и общество: благодаря им тот, кто, взятый в отдельности, не может даже ни с кем поравняться, обладает миром. Общество дало ему власть над всеми животными, его, рожденного на земле, общество ввело во владение иной природой и дало ему власть господствовать над всей природой. Оно сдерживает приступы болезней, приготовляет опору старости, дает утешение в скорбях; оно делает нас мужественными, потому что позволяет призывать [себя на помощь] против судьбы. Уничтожь общество, и ты разрушишь единство человеческого рода, – единство, которым поддерживается жизнь… [2, 87].

Кроме семейных союзов под обществом понимались объединения друзей, коммуны, братства. Но главным образом обществами назывались союзы, заключаемые для каких-то имущественных целей. Это понятие носило преимущественно договорно-юридический характер. С точки зрения этого понятия общество есть не более как договор, заключаемый отдельными людьми вполне сознательно и вполне намеренно, для вполне определенной и осуществимой имущественной цели. Заключая его, иными словами, вступая в общество, каждый член вносит свой вклад, имущественный или иной [там же, 15]. Вклад должен быть обязательно, иначе возникает отношение не социальное, а благотворительное, основанное на дарении. Поскольку общество – это объединение, формируемое определенными людьми для определенных целей, оно не может создаваться навеки: его существование продолжается и прекращается по воле участников. Вступая в общество, каждый обязуется только за себя, но не за своих наследников.

Когда же древние греки и римляне применяли понятие общества к государству, это понятие выражало отчасти действительность, отчасти стремление, пожелание, идеал [там же, 16].

Идея единства человеческого рода, понимаемого как сверхобщество, или общество обществ, была продолжена и развита европейским средневековьем.

Христианский философ и теолог Аврелий Августин (Августин Блаженный) (354-430) в трактате <О Граде Божием> (ок. 413-426) обосновывал идею единства человечества общностью его происхождения от единого предка – Адама. Но при этом человечество разделено на два царства, два вида общества: <град земной> (государство), основанный на грехе и насилии, и <град Божий>, в котором царствуют божественная правда и добро. <Град Божий> – это высшая духовная общность, которая все более утверждается в человечестве благодаря христианской церкви. Но и <град земной>, где господствует, по выражению Августина, <мрак общественной жизни> и правит большая <разбойничья шайка> (государственная власть), также необходим для человека, хотя и занимает подчиненное место.

В средневековой Европе понятие общества носило прежде всего конфессиональный характер; оно относилось главным образом к католической церкви и ее приверженцам. Кроме того, обществом считались сельская община, городская коммуна, цех, корпорация.

Таким образом, общество в средневековой Европе понималось преимущественно как наднациональная и вненациональная сущность. Только с XVII в. в связи со становлением и развитием наций понятие общество все в большей степени сближается, ассоциируется и отождествляется с нацией и национальным государством. Так, французский теолог, философ и историк Боссюэ (1627-1704), выводя из Священного Писания принцип, согласно которому человек создан, чтобы жить в обществе, утверждал: Человеческое общество может рассматриваться двумя способами. Либо оно охватывает весь человеческий род как одну большую семью. Либо оно ограничивается нациями или народами, состоящими из множества отдельных семей, каждая из которых обладает своими правами. Общество, рассматриваемое в этом последнем смысле, называется гражданским обществом. Его можно определить, соответственно тому, что было сказано, как общество людей, объединившихся под властью одного правительства и одних законов> [4, 50-51].

Общественный договор выступал в качестве нового способа обоснования легитимности государственной власти, взамен или в дополнение к старому, основанному на представлении о ее божественном происхождении. Подлинное общественное состояние при этом часто отождествлялось с государственным, настоящим обществом считалось именно государство; по выражению одного исследователя, общественный договор следовало бы назвать государственным договором.

Теории общественного договора были чрезвычайно разнообразны. Они по-разному трактовали и естественное состояние, и общественный договор как форму перехода в состояние гражданское. Поэтому среди создателей и сторонников этих теорий встречаются представители обеих отмеченных традиций в объяснении происхождения общества и сущности социальности. Представители первой традиции вслед за Аристотелем считали, что естественное состояние человека в то же время является его общественным состоянием.

1 При этом естественное состояние часто понималось не как результат действия собственно природных сил, а как в конечном счете творение божественной воли.

Теории, следовавшие этой традиции, рассматривали общественный договор как продолжение тенденции, уже существовавшей в естественном состоянии, как переход от одной ступени социальности к другой, более высокой, основанной на государственной власти и юридических законах. Такой позиции придерживался, например, сам родоначальник учения об общественном договоре, голландский политический мыслитель и правовед Гуго Граций (1583-1645).

Монтескье внес важный вклад в понимание сущности социальной реальности. Он отвергал позицию социального номинализма и в то же время не был социальным реалистом. Монтескье подчеркивал взаимосвязь и взаимодействие между индивидами в качестве признака социальности, выразив это в формуле: Общество есть союз людей, а не сами люди [там же, 276].

2.3 Средневековые социальные идеи.

Данное время не ознаменовано какими-либо новыми значимыми подходами к изучению общества, хотя отдельные мыслители и внесли весомый вклад в предысторию социологической науки. Так, итальянский мыслитель Никколо Макиавелли (1469-1527), отталкиваясь от идей Платона и Аристотеля, пытался создать собственную теорию общества и государства, делая при этом акцент не на их структуру, функции и закономерности, а на поведение политического лидера и его роль в судьбе страны. Этот вопрос остается весьма актуальным и до нашего времени.

Томас Гоббс (1588-1679) – английский философ-материалист, оставивший после себя теорию общественного договора, положил начало учению о гражданском обществе, как высшем этапе социальности. Согласно этому учению общество должно покоиться не на стремлении к личной выгоде, понимаемом каждым по-своему, а на законах, признаваемых всеми.

В гражданском обществе, по Гоббсу, возможны три формы правления: демократия, аристократия и монархия. В результате общественного договора там должна прекратиться “война всех против всех” и граждане, взамен добровольного ограничения своей свободы, получают от государства необходимую поддержку, защиту и безопасность. Петр-I был хорошо знаком с этими и другими идеями Гоббса о том, что государство – наилучший способ удовлетворения потребности людей в безопасности, а причиной возникновения стабильного и длительно существующего общества является страх, а не любовь и расположение. Эти идеи Петр применял в духе патернализма, выступая в образе разумного, предвидящего будущее монарха – отца Отечества и народа. Так он ответил однажды на упреки об отсутствии в России парламентаризма: “Говорят чужестранцы, что я повелеваю своими рабами как невольниками. Я повелеваю подданными повинующимися моим указам. Сии указы содержат в себе добро, а не вред государству. Англинская вольность здесь не у места, как к стене горох. Надобно знать свой народ, как оным управлять. Недоброхоты и злодеи мои и Отечеству не могут быть довольны, узда им – закон. Тот свободен, кто не творит зла и послушен добру”.

Взгляды Гоббса легли в основу представлений об общественном устройстве таких деятелей эпохи Просвещения, как Руссо, Вольтер, Дидро, Монтескье и др.

Особый интерес в предыстории социологии вызывают исследования так называемых “утопистов”. Термины “утопия” и “социальная утопия” появились после написания английским гуманистом Томасом Мором (1478-1535) фантастического литературного произведения о несуществующей стране Утопии. В нем Мор описал социалистический строй, основанный на коллективной собственности на средства производства, и подвергнул критике институт частной собственности.

5. Заключение: когда и где начинается социология?

Существуют различные точки зрения на вопрос о времени и месте возникновения социологии. Одни историки науки относят зарождение социологии к античности, другие – к XVII-XVIII вв., третьи – к XIX в., а четвертые – лишь к XX столетию. По-разному определяется и место возникновения этой науки. Одни считают, что социология – это явление изначально европейское. Другие находят ее зачатки в обществах древнего Востока, например, в Индии или в Китае.

Тем не менее, в древних и восточных обществах можно обнаружить лишь некоторые элементы социологического знания, но еще не социологию как таковую. То, что мы сегодня воспринимаем эти элементы как социологию, обусловлено тем, что у нас есть возможность ретроспективного взгляда на них, взгляда с позиций науки уже сформировавшейся, но сформировавшейся в целом в другое время и в другом месте. Точно так же, например, мы можем найти элементы буддизма или ислама внутри европейской культурной традиции; тем не менее, мы достаточно достоверно и точно определяем время и место зарождения и становления этих религиозных учений: буддизм возник в Индии в VI-V вв. до н. э., а ислам – в Западной Аравии в VII в.

Из предыдущего изложения следует, что возникновение социологии явилось результатом соединения ряда интеллектуальных и социальных факторов, которые пересеклись в определенный исторический период в определенной точке мирового культурного пространства. Этим периодом стала первая половина XIX в., а этой точкой – Западная Европа. В это время и в этом месте произошло рождение новой науки – социологии. Далее началось ее развитие и распространение в самых разных социокультурных ареалах земного шара. Предыстория науки закончилась, началась ее история.

Когда мы говорим, что история социологии началась в Западной Европе в первой половине XIX в., то имеем в виду следующее. Соединение описанных в этой главе идейных предпосылок привело к тому, что начали определяться базовые критерии социологического знания, соответствовавшие тем эталонным общенаучным критериям, которые сформировались в научном сообществе. Это сообщество и его социальная среда осознали необходимость и возможность создания новой науки. Она начала обретать собственное самосознание, что выразилось, в частности, в появлении нового термина – <социология>, который постепенно стал главным, а затем единственным термином, обозначающим новую науку.

Список литературы

1. Аристотель. Политика // Аристотель. Соч.: В 4 т. М., 1983.Т. 4.

2. Луций Анней Сенека. О благодеяниях (De beneficiis), кн. IV, гл. 18 // Римские стоики. Сенека, Эпиктет, Марк Аврелий. М., 1995.

3. Спекторский Е. Понятие общества в античном мире. Этюд по семантике обществоведения. Варшава, 1911.

4. Bossuet. Politique tine des propres paroles de 1’Ecriture Sainte // Oeuvres choisies de Bossuet. Versailles, 1822. T. XXI.

5. Монтескье III. О духе законов // Монтескье ТТТ. Избр. произведения. М., 1955.

6. Гоббс Т. О гражданине // Гоббс Т. Соч.: в 2 т. М., 1989. Т. 1.

7. Гоббс Т. Левиафан, или Материя, форма и власть государства церковного и гражданского // Там же. М., 1991. Т. 2.

8. Руссо Ж.-Ж. Об общественном договоре // Руссо Ж.-Ж. Трактаты. М., 1969.

9. Руссо Ж.-Ж. О политической экономии // Там же.

10. Берк Э. Размышления о революции во Франции. М., 1993.

11. Гегель Г. В. Ф. Философия права. М., 1990.

12. Штейн Л. Социальный вопрос с философской точки зрения. М., 1899.

13. Энгельс Ф. Карл Маркс // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 16.

14. Зомбарт В. Социализм и социальное движение. СПб., 1906.

15. Dauzat A., Dubois J., Mitterand H. Nouveau dictionnaire iitymologique et historique. P., 1971.

16. Sombart W. Der proletarische Sozialismus (). 1 Bd. Die Lehre. Jena, 1924.

17. Saint-Simon C.-H. La Physiologic sociale. Oeuvres choisies. P., 1965.

18. Аверинцев С. С. Судьба // Философская энциклопедия. М., 1970. Т. 5.

19. Аристотель. Метафизика // Аристотель. Соч.: В 4 т. М., 1975. Т. 1.

20. Аристотель. Физика // Там же. М.,1981. Т. 3.

21. Гайденко П. П. Эволюция понятия науки. Становление и развитие первых научных программ. М., 1980.

22. Руссо Ж.-Ж. Рассуждение о происхождении и основаниях неравенства между людьми // Руссо Ж.-Ж. Трактаты.

23. Спиноза Б. Этика // Спиноза Б. Избр. произведения.: В 2 т. М., 1957. Т. 1.

24. Монтескье Ш. Размышления о причинах величия и падения римлян // Монтескье Ш. Избр. произведения.

25. Кант И. Критика чистого разума // Соч.: В 6 т. М., 1964. Т. 3.

26. Сен-Симон. Труд о всемирном тяготении // Сен-Симон. Избр. сочинения. М.-Л., 1948. Т. 1.

27. Спекторский Е. Проблема социальной физики в XVII столетии. Киев, 1917.

28. Гуревич А. Я. Категории средневековой культуры. 2-е изд. М., 1984.

29. Тюрго А. Р. Последовательные успехи человеческого разума // Тюрго А. Р. Избр. филос. произведения. М., 1937.

30. Тюрго А. Р. Рассуждение о всеобщей истории // Там же.

31. Кондорсэ М. Эскиз исторической картины прогресса человеческого разума. СПб., 1909.

32. Сен-Симон. Рассуждения литературные, философские и промышленные // Сен-Симон. Избр. сочинения. М.-Л., 1948. Т. П.

33. Гайденко П. П. Эволюция понятия науки (XVII-XVIII вв.). М., 1987.

34. Бэкон Ф. Новый Органон // Бэкон Ф. Сочинения: В 2 т. М., 1978. Т. 2.

35. Декарт Р. Правила для руководства ума // Декарт Р. Избр. произведения. М., 1950.

36. Петти В. Политическая арифметика // Петти В. Экономические и политические работы. М.,1940.

37. Мишель А. Идея государства: Критический очерк истории социальных и политических теорий во Франции со времени Революции. М., 1909.

38. Избранные произведения мыслителей стран Ближнего и Среднего Востока IX-XIV вв. М., 1961.

39. Игнатенко А. А. Ибн Хальдун.


Социальные идеи средневековья