Социологические взгляды представителей казахского просвещения

Содержание 1) Введение……………………………………………………………32) Ч. Валиханов……………………………………………………….63) Ы. Алтынсарин…………………………………………………….94) А. Кунанбаев………………………………………………………125) Заключение……………………………………………………….166) Список литературы………………………………………………17Введение Проблема персонификации истории развития общественных мыслей ипросвещения является исключительно важной. В связи с этим актуальным представляется изучение научной деятельности великих казахских ученых-просветителей Чокана Валиханова, И. Алтынсарина, А. Кунанбаева внесших значительный вклад в дело просвещения казахского народа и обогатившие как казахскую, так и мировую культуры.

Возникновение просвещения в Казахстане было предопределено не только процессом исторического развития казахского общества на определенном этапе его становления. Но, прежде всего и главным образом теми политическими событиями, которые коренным образом изменили судьбу казахского народа и на долгие годы вперед предначертали содержание его политической жизни и по сей день продолжают оказывать на него свое заметное влияние. Процесс присоединения Казахстана к России завершился во второй половине 60-х годов 19 века завоеванием русской армией южных оплотов казахской степи.

Не могли остаться в стороне от политической борьбы и казахские просветители. Они активно включились в нее. Но при этом они исходили не из стремления аристократических слоев казахского общества использовать присоединение или отторжение Казахстана от России в корыстных целях, а из горячего желания поставить сложившуюся ситуацию на службу целям скорейшего достижения казахским народом исторического прогресса и выхода его из-под пути средневекового оцепенения в наиболее короткие сроки. И в этом, полагали они, Казахстан должен опираться на помощь России, стоящей на более высокой ступени экономического и культурного развития.

Общественный строй явно отрицательное влияние оказывал на духовную жизнь и культуру казахского народа. Вполне обходясь примитивными отношениями, связанными с экстенсивным кочевым скотоводством, люди патриархально – феодального общества не нуждались в росте научных знаний. В результате в Казахстане в этот период были слабо развиты такие важнейшие элементы культуры, как письменность, периодическая печать, печатная литература и т. д. духовная жизнь казахов проявлялась в основном в своих вербальных формах и, за редким исключением, не выходила за пределы обыденного сознания. Пользуясь забитостью и невежеством народа, эксплуататорские силы казахского общества распространяли в степи мусульманскую религиозную мистику, всячески стремились закрепить и увековечить те понятия и взгляды, которые соответствовали их интересам.

Осознанием вековой отсталости Казахстана вынуждало передовых представителей казахского общества возложить свои надежды на цивилизованное влияние России. Тем более, что после перехода казахов в российское подданство и по мере продвижения России вглубь казахских степей здесь, на самом деле, происходили заметные изменения позитивного свойства. Изменениям стали подвергаться все сферы казахской общественной жизни: внешнеполитические условия развития, экономика края, его производительные силы, социально – политические отношения, культура и т. д. Всюду, где религия и церковь становились на пути развития науки и свободного движения человеческой мысли, возникало просвещение. Просветители в Казахстане подготавливали почву для проникновения европейской и, в особенности, русской цивилизации в казахскую народную стену.

В условиях Казахстана середины 19 века, когда не было общественных сил, способных осуществить коренное преобразование политической системы общества и освободить народ от вековых пут феодальной эксплуатации, стремление просветителей добиться облегчения участи масс с помощью более развитой Росси и было исторически оправдано. Конечно, нельзя было рассчитывать, что таким путем можно полностью ликвидировать патриархально – феодальные отношения казахского общества, поскольку царизм в этом вовсе не был заинтересован. Но интенсивное проникновение русского влияния действительно подрывало вековые устои феодального гнета.

Таким образом, стремление любыми средствами добиться освобождения угнетенных масс от поистине диких, средневековых форм грабежа со стороны восточных деспотов, было основным мотивом, которым руководствовались просветители в своей неутомимой борьбе за присоединения Казахстана к России. Также не менее важным мотивом было вполне оправданное признание ими отсталости Казахстана по сравнению с Россией, высокая оценка ими русской цивилизации и понимание ее огромного значения для развития казахского народа, глубокое понимание неизбежности победы прогрессивных сил русского общества над реакционными. Во многих своих произведениях просветители подчеркивали, что отсталость казахского народа проявляется, в частности, в низком уровне развития его хозяйственной жизни.

Абай Кунанбаев связывал все пороки жизни, отсталость казахов, леность и безделье богачей со скотоводством. Кочевое скотоводство считал примитивной формой хозяйства, не связанной с какими – либо затратами человеческого труда, и Ч. Валиханов.

Отсталость казахов также характеризуется, согласно их взглядам, были пассивность народа, его равнодушное и безучастное отношение к насущным политическим вопросам. А наиболее существенным признаком отсталости казахов, определяющим собой все другие, просветители считали невежество народа, низкий уровень его культуры, отсутствие у него элементарных атрибутов цивилизации. Казахских просветителей отличала от западных – острая критика ими самого угнетения. В этом отношении просветители Казахстана, несомненно, внесли неоценимый вклад в развитие мировой просветительской мысли.

Чокан Валиханов

Ч. Ч.Валиханов – первый замечательный казахский ученый и выдающийся просветитель – демократ. Он дал массу блестящих работ по географии и этнографии, истории и фольклористике, религиоведению и востоковедению, философии и социологии и т. д.

Считая невежество одной из главных причин политической пассивности народа, а также важнейшей причиной его бедственного положения, Валиханов полагал, что не революция, к которой народ не подготовлен, а просвещение, истинные знания могут служить тем оружием, широкое распространение которого неизбежно должно повлечь за собой освобождение народа.

Ч. Валиханов дал достаточно глубокое обоснование своей концепции предметной области политики и права, концепции, которая значительно отличалась от всех существовавших до нее и появившихся после нее. Согласно Ч. Валиханову политика – это ВЛАСТЬ и способы ее устройства. Власть является функцией правительства, структура и содержание деятельности которого всецело определяется господствующими социальными силами. Правительство всюду олицетворяет государство. Не может быть государства без правительства, которое, и призвано претворять в жизнь государственную политику.

Колониальный характер государства сразу же предопределяет собой правительственную систему колониального или зависимого государства. Он дает подробный и блестящий анализ только одной китайской системы колониального управления. И этот анализ показывает, насколько глубоко он знал и понимал прогрессивные политические и правовые учения и теории своего времени и умел творчески применять и развивать их в соответствии с конкретными исследованиями конкретной ситуации.

В разделе “Правительственная система и политическое состояние края” своего фундаментального труда “О состоянии Алтышара и Шести восточных городов Китайской провинции Нан-Лу (Малой Бухарии) в 1858-1859 гг.” он пишет: “Восточный Туркестан как часть Китайской империи подлежит ведомству Западного края, следовательно, илийского цзянь-цзуня”.

Тщательное исследование политического положения Малой Бухарии прошлого столетия позволило Ч. Валиханову установить, что главными борющимися партиями, вражда между которыми остается практически абсолютно неустранимой, были партии так называемых белогорцев и черногорцев. Как справедливо заметил казахский просветитель, первое условие достигалось колонизаторами путем разделения управляемой территории на множество независимых друг от друга ведомств, а так же путем искусственного раскола всего населения на различные религиозно-политические партии и разжигания борьбы между ними, в полном соответствии с испытанным принципом “разделяй и властвуй”. “Относительно туземного управления, – пишет Ч. Валиханов, – западные города Малой Бухарии с селениями составляют независимые один от другого ведомства. Шесть городов: Яркенд, Хотан, Кашгар, Аксу, Янысар, Туфан составляют с окрестными селениями шесть независимых округов. Каждый город имеет свое правительство в следующем составе: хакимбек – главный правитель округа, ишкага – его помощник, шанбеги или газначибек – генеральный казначей; эти лица составляют общее управление”.

Согласно глубоко обоснованным представлениям казахского просветителя, два мотива лежали в основе такого подхода к этому вопросу. Первый состоял в том, чтобы сделать местное самоуправление Восточного Туркестана послушным орудием в руках китайских колонизаторов. “Назначение, выборы и утверждение туземных чиновников китайцы предоставили себе, и это составляет предмет особенной их заботливости. Высшие чины дают лицам, испытанным и известным своей преданностью богдахановскому правителю”. Второй мотив состоял в стремлении китайской колониальной администрации превратить раздачу должностей туземного “самоуправления” в свою частную собственность и использовать ее как дополнительный источник обогащения. “Раздача должностей составляет для китайских мандаринов также источник своекорыстных выгод и дохолов”.

Глубокая сущность философского осмысления политики Ч. Валихановым состояла в обосновании органической связи политики с властью и способом ее устройства. Политика, согласно казахскому просветителю, это не только власть. Политика связана с властью. Он учел то, что политика есть еще и способ ее устройства. Именно в этом заключается глубочайший смысл валихановского подхода к философским проблемам политики. Всякая политика есть власть, но не всякая власть есть политика. Только та власть может рассматриваться в качестве политики, которая заботится о способах своего производства. Однако способы устройства власти зависят отнюдь не от желания властвующих персон, а от независимо от них складывающихся обстоятельств. Обстоятельства же эти принудительно навязываются политикам извне. Просветитель полагал, что любая власть страдает вопиющими злоупотреблениями и не останавливается, когда это выгодно ей, перед попранием законов, ею же принятых и ею же охраняемых. Не менее остро ставил Ч. Валиханов и проблему предметной области права. По логике его рассуждений, право представляет собой совокупность норм и правил поведения человека в процессе его общения с другими людьми, оптимального выбора способов взаимодействия с ними в конкретно сложившейся ситуации. Он был противником распространения юридических кодексов одних народов на кодексы других без учета особенностей их жизненных обстоятельств. Он безукоризненно знал передовые политические и правовые теории стран Запада и России и сумел убедительно доказать, что политико-правовая система азиатских стран состоит в вопиющем противоречии с принятыми в цивилизованном мире принципами демократических форм организации политической и правовой жизни общества.

Духовенство, проникающее в Казахстан, отмечал просветитель, сознательно сеет и поддерживает невежество народа в своих корыстных целях, зная очень хорошо, что невежественный и суеверный народ легче поддается ограблению, чем народ просвященный. Крайнее возмущение Ч. Валиханова вызывало то обстоятельство, что мусульманское духовенство, будучи само совершенно невежественным, сосредотачивало в своих руках все дело народного образования.

Анализ философских произведений Ч. Валиханова позволяет утверждать, что его материализм был не стихийным, а вполне осознанным, продуманным материализмом. Он базировался не только на здравом смысле и трезвой оценке явлений природы, но и на превосходном знании им материалистической теории передовых философов того времени, особенно материалистического учения русских революционных демократов. Сознание Ч. Валиханов рассматривает как отражение в голове человека окружающей его действительности. Сознание не обладает самостоятельным существованием, его существование обусловлено воздействием на человека вне человека существующей природы. Более того, он отстаивает идею единства человеческого духа и тела. Только спиртуалисты, т. е. идеалисты-мистики, скатывающиеся к религии, могут отрывать дух человека от его тела. Но подлинная наука не имеет ничего общего со спиртуализмом. Она должна исходить и исходит из идеи единства человека, по той простой причине, что сознание человека, его дух не существует вне природы, вне его тела и может быть объяснен только путем изучения природы, тела человека (“Записка о судебной форме”). Он был твердо убежден в том, что познание законов развития природы и общества станет вполне доступным для просвещенного человека, свободного от предрассудков и основывающего свои действия не на вере, а на пытливом исследовании фактов самой действительности. Сам он был глубоко убежденным материалистом и атеистом. Вся его ожесточенная борьба против религии, а также его кипучая деятельность не оставляют никакого места для сомнения в этом. Опровергая религиозные заблуждения, просветитель выступает страстным защитником научного знания. Философский материализм был той питательной почвой, на которой только и могла вырасти разработанная Ч, Валихановым прогрессивная программа политического и социального преобразования Казахстана. Основные черты материалистической теории казахского просветителя были обусловлены уровнем развития естествознания той эпохи, влиянием на него передовой философии русской революционной демократии и общим просветительским духом той творческой мысли, которой он придерживался. В своем философском учении Ч. Валиханов исходил из безусловного признания первичности материи, природы и вторичности сознания духа. Материя рассматривалась им как извечная основа “бесконечной вечной и разнообразной природы или Вселенной”, тогда как сознание, “внутренний мир” человека есть идеальное отражение в его голове внешнего, видимого, предметного мира. Ч. Валиханов становится на путь признания того, что исторические события не являются результатом случайного переплетения обстоятельств, а, что в их основе лежит некая общая закономерность.

Ибрай Алтынсарин

Ибрай (Ибрагим) Алтынсарин (1842-1889) – выдающийся казахский просветитель и демократ. По своим политическим убеждениям он был сторонником народного самоуправления, но решительно отказывался от идеи социализма, возможно потому, что идея социализма в его русском окружении и, тем более, в административных кругах, с которыми ему приходилось постоянно сталкиваться, была совершенно неприемлема и считалась чем-то губительным для существования общества.

И. Алтынсарин внес значительный вклад в дело борьбы против религии, особенно против ислама. Однако его антирелигиозная деятельность не носила такого боевого характера как антирелигиозная деятельность Ч. Валиханова. Критика религии как несостоятельного мировоззрения, разоблачение ее реакционной сущности И. Алтынсариным порой достигала глубокой остроты и поднималась на довольно высокий уровень. Но она не была у него последовательной. Собственные взгляды и его отношение к религии носили противоречивый характер. Здесь у него выявились материалистические тенденции, прогрессивные черты. Имели место резкие отступления от материализма в сторону идеализма и даже религии.

Несмотря на многочисленность, исследования творчества Ибрая Алтынсарина крайне мало затронули его публицистическую деятельность. Хотя общепризнанно, что наряду с Чоканом Валихановым и Абаем Кунанбаевым он является одним из основоположников публицистики. Основатель истории казахской журналистики Х. Н. Бекхожин обосновал данный факт, но во время господства идеологических догм подход к разностороннему творчеству Алтынсарина был минимально упрощен.

И. Алтынсарин знал об ожесточенной борьбе шедшей на протяжении веков между материализмом с одной стороны, и идеализмом с другой. Симпатии его в значительной мере находились на стороне материалистического направления в философии.

Требуя от правительства организации школ в казахской степи, И. Алтынсарин считал что эти школы должны быть противопоставлены религиозным и, противодействуя распространению религиозных взглядов, давать знания об окружающих человека предметах и явлениях мира. С его точки зрения, только светское образование может обеспечить экономическое и нравственно развитие народа. Это во-первых. Во-вторых, только светское образование может стать рассадником практического, иначе говоря, материалистического взгляда на предметы окружающего мира. И в-третьих, религиозные предрассудки вредят “народному развитию”, тормозят общественный прогресс. Эти идеи казахского просветителя перекликаются с идеями лучших представителей прогрессивной мысли той эпохи. Но он не ограничивается утверждением ставших к тому времени уже общеизвестными и широко распространенными среди передовых слоев общества истин о вредоносном характере религии, но и стремится вскрыть несостоятельность религиозного мировоззрения, противопоставить религии научные взгляды. Само знание рассматривается И. Алтынсариным исключительно как знание о вещах, предметах и явлениях природы. Знание имеет своим объектом естественный мир, а не сверхъестественный дух. Поэтому и достигается оно не сверхъестественным путем, является не божественным, а человеческим знанием. Он ограничился лишь выражением глубокого убеждения в познаваемости законов внешнего мир, веры в могущество человеческого разума, непреодолимую силу просвещения, а также рядом кратких замечаний о сущности познания. Основополагающим принципом при решении просветителем общих вопросов познания было познание им безусловной реальности объективного мира.

Всю свою жизнь Алтынсарин посвятил просвещению родного народа. “Народ казахский сам по себе представляет благодатную почву для образования”,- писал он.

Алтынсарин был убежденным сторонником содружества русского и казахского народов. Он пропагандировал демократическую русскую литературу, использовал опыт русских педагогов-писателей К. Д. Ушинского и Л. Н. Толстого.

Алтынсарину как просветителю присущ культ знания и вера во всеспасительность знания для развития общества и каждой человеческой индивидуальности. Современники, следившие за литературной деятельностью Ибрая Алтынсарина, уже при жизни смогли оценить, насколько она отвечает потребностям народа. В числе заслуг помимо собственного литературного творчества – составление хрестоматии на родном языке, которые назывались “Начальное руководство к обучению киргизов русскому языку” и “Киргизская хрестоматия” (1879).

В этих книгах использовался новый казахский алфавит, созданный на основе русской графики. Во вступительной статье к “Киргизской хрестоматии” Алтынсарин писал: “… Книг общеобразовательного содержения почти не имеется ни на одном из азиатских языков, мы вынуждены искать подобные руководства на ближайшем русском языке. Вследствие чего мы сочли за более удобное напечатать настоящую хрестоматию русскими буквами, чтобы она прямо соответствовала своей цели, т. е. служила непосредственным путеводителем к более ученым и общеполезным книгам, не противореча последним ни своим содержанием, ни алфавитом”.

В своем поэтическом творчестве Ы. Алтынсарин прежде всего пропагандировал значение народного образования, обращался к молодежи с призывом приобретать знания. Необходимость образования во времена Алтынсарина нужно было доказывать. Трудно было не только открыть школу, но и набрать учеников. Алтынсарин пишет стихи, обращенные к детям, в которых он призывает их учиться. Самое известное из них – “Давайте, дети, учиться!” В нем говорится о пользе науки, знаний в жизни человека.

Веками кочевник считал, что все его богатство – скот. Но гораздо прочнее другое, истинное богатство – знания. В этом и стремится Алтынсарин убедить молодежь. Только знания могут сделать человека всемогущим, счастливым.

Этот принцип достаточно рельефно выражен им в положении “ум природный способен обнимать лишь то, что его окружает”. Ум, таким образом, не способен создавать, а способен обнимать то, что его окружает. Говоря, “ум природный способен обнимать лишь то, что его окружает”, И. Алтынсарин далее высказывает мысль о цели познания, которая согласно его представлениям, заключается не только в знании виденного, но еще более в достижении знания невиданного. Под знанием “невиданным” здесь, очевидно, понимаются законы природы и мира, познаваемые логическим путем, который опять-таки невозможен без светского образования.

Он различает какие-то низшие и высшие ступени познания, хотя используемая им терминология не является совершенной.

Таким образом, здесь ярко выражена материалистическая тенденция в мировоззрении казахского просветителя, которую, однако, не следует переоценивать. При всей своей враждебности к духовенству и религии, при всей симпатии и сочувствии знаниям и материалистическому направлению в философии, И. Алтынсарин не смог полностью освободиться от условностей своего времени, не сумел, подобно Ч. Валиханову, подняться на позиции атеизма и последовательного материализма. Он допускает идеалистические, и даже теологические отступления, которые хотя и не определяли сущность его мировоззрения в целом, но обнаружили их историческую ограниченность. И. Алтынсарин сам искренне верил в Бога, как первопричину мира, но только как в первопричину. Сотворив мир, Бог уже не вмешивается в дела мира и людей. Здесь все идет своим порядком без вмешательства каких-либо сверхъестественных сил.

Следовательно, при решении основного мировоззренческого вопроса И. Алтынсарин встал на позиции деизма, в свое время распространенного среди борцов против феодального строя, и выступил как мыслитель, который, отстаивая материалистические взгляды на мир, в то же время, допускал непоследовательность, отклонения в сторону религии. С позиции деизма просветитель стремился преодолеть невежество и отсталость своего народа и с этих позиций он боролся против реакционных классов патриархально-феодального казахского общества.

Ибрай Алтынсарин ввел в оборот целый пласт нравственно-публицистических категорий жизни казахского общества, попытался осмыслить их и дать необходимую оценку. Его эпистолярная публицистика предстает ключом к современной нравственно-педагогической публицистике страны. Изучение двух исторических формаций даст возможность нового творческого развития казахстанской журналистики, корни которой некогда были искусственно отделены от ее истоков. Наша задача – вернуть их всей нации.

Абай Кунанбаев

Абай Кунанбаев – выдающийся поэт и мыслитель, великий зачинатель культуры, достойной бессмертия. Абай не только сумел освоить идеи устного творчества своего родного народа, классического наследия культуры Востока, России и Европы, но и сумел переработать их в духе требований своего времени и в соответствии с окружающей его действительностью. Абай Кунанбаев выходец из среды знатных степных феодалов, он всю жизнь провел в борьбе за интересы казахской бедноты, народных масс, влачащих жалкое существование по воле царского самодержавия и тех социальных сил, которые поддерживали его и пользовались его поддержкой на окраинах русской империи. Абай был врагом эксплуататоров и радетелем трудящихся.

Борьба за дружбу народов, которую в свое время начали прогрессивные мыслители прошлого, в их числе Абай Кунанбаев, отражала собой объектную тенденцию интеграции всех наций и народностей мира в процессе их исторического прогресса.

Философия Абая, как и любого мыслящего деятеля исторического прошлого, никак не может быть подведена под заранее определенную схему. Говорили и писали, что Абай деист, рационалист, материалист метафизического толка, материалист, допускающий теологические отступления и т. д. но на самом деле ни одно из этих определений не соответствовало действительности.

Как и все прогрессивные мыслители своего времени, Абай превосходно понимал полную несостоятельность и реакционную сущность религии. Поэтому он подверг ее беспощадной критике и развернул непримиримую борьбу против ее проповедников и защитников. Он хорошо знал, что верой во всемогущество Аллаха пытаются прикрыть свою гнусную душу и свои коварные, грабительские цели господствующие силы общества. Ибо только слепой верой в бога можно обосновать и оправдать то, что отвергается разумом. Именно поэтому мыслитель настойчиво доказывал, что не слепая вера в Аллаха, – а только истинная вера – иман, освещенная светом разума, способна открыть путь к сердцу человека и направить его прямой дорогой к свершению добра, любви и справедливости. Особое возмущение вызвало у Абая то, что мусульманское духовенство, будучи само абсолютно невежественным даже в вопросах проповедуемой им религии пыталось сосредоточивать в своих руках дело обучения людей грамоте и приобщения их к активной духовной жизни. Но не только невежеством характеризуются отрицательные черты мусульманского духовенства. Абай прекрасно понимал, что само невежество они насаждают с целью поработить народ духовно и через духовное порабощение народа грабить его, наживаться за счет него. Абай безжалостно вскрывал и аморализм мусульманских суфиев, называя их “лицемерной сатаной в образе человека”, муллы ишанов – “лженаучными”, а все мусульманское духовенство в целом – невеждами из невежд, совратителями людей с пути истины и добра. Абай не был последователем ни одной из известных ему философских школ, но и сам не стал основателем сколько-нибудь четко выраженного направления. Он внес довольно существенный вклад в передовую философию своего времени, не утратившую во многих отношениях своего значения и по сию пору.

Природа, по Абаю, отнюдь не определяет сущности человека, потому что он не от природы, а от бога. Логично было бы предположить, что сущность человека, включая и его нравственность, Абай всецело поставил в зависимость от Бога. Логично было бы предположить, что сущность человек, включая и его нравственность, Абай всецело поставил в зависимость от Бога, следовательно, от религии. Но он категорически отвергает подобную идею. Он проявляет твердую безаппеляционную склонность решительно отделять религию от Бога и веру от религии. Отсюда в философии Абая огромное место занимает учение о сущности истинной веры, через которое он пытается определить действительное место, назначение, цель существования и подлинную сущность человека. Его философия в итоге тоже представляет собой своеобразную философскую антропологию, но идущую не от человека к Богу, а от Бога к человеку, как у Гегеля.

Основой положительных нравственных качеств человека, считал он, является жажда знаний, просвещения, науки. Так как только в душу просвещенного человека вселяется свет чисто истинной и искренней веры в Бога (иман), веры, незапятнанной религиозным лицемерием, обманом и ханжеством.

Вместе с тем следует отметить, что гуманист Абай, резко бичуя своихсовременников за антиобщественные, безнравственные поступки, винит в них местных правителей – волостных и биев, которые не только не слушаются добрых советов и наставлений, но и сами разжигают низменные страсти, винит богачей, которые считают, что “все можно купить за скот”, что “честь, бесчестье, разум, наука, вера, народ для них не дороже скота”. Общественно-литературная деятельность Абая протекала в условиях начавшегося разложения феодально-патриархальных отношений под воздействием буржуазной экономики, в тяжелых условиях царской колонизации, во времена сильного влияния религиозных преданий адата и шариата, национальной раздробленности и низкого уровня грамотности казахского народа, ведшего кочевой образ жизни. Абай решительно осуждал строй насилия, эксплуатации, родовыемеждоусобицы, боролся с культурной отсталостью, звал народ к просвещению. Своим творчеством Абай содействовал пробуждению и развитию национального самосознания казахского народа. Тяготеющий к русским революционным демократам, но ограниченный условиями казахского общества, Абай не мог подняться до осознания необходимости революционных преобразований, Сторонник просветительских идеалов, он переоценивал роль образования, видя в нем единственный путь к новой жизни. Не будучи атеистом, Абай призывал людей к моральномусамоусовершенствованию, боролся за улучшение нравов. Но Абай не был и религиозным догматиком, в религии он искал ответы на морально-этические вопросы и, естественно, не мог их найти. Некоторые ценные и закономерные для его времени моральные сентенции в нашу эпоху потеряли свою актуальность и могут рассматриваться как исторический документ. Одной из пяти главных тем прозаических назиданий и наставлений Абая являются вопросы, связанные с религией. Будучи идеалистом по своим философским воззрениям, Абай в своих нравоучениях “иногда ссылается на моралистические догмы ислама. При этом апологетику ислама он истолковывает в духе идеалистической морали” (М. Ауэзов). Но его отношение к служителям ислама – муллам, хазретам, ишанам и т. д. всегда сугубо критическое, саркастическое. Различая эксплуататорскую верхушку своего народа и бедноту, Абай все острие критики направляет на тех, кто сидит на шее народа. О бедном трудовом народе он постоянно пишет с сочувствием и любовью. Характерно его собственное признание: “А если бы не любил, то не разговаривал, бы с сородичами, не советовался, не доверял бы им свои сокровенные мысли”. В то же время он выступал за искреннюю дружбу с другими народами, за то, чтобы родной народ учился у передовых “великой цели”, “общей правде”. С позиций интернационализма и гуманизма Абай писал: “Если человек, не отделяющий себя от народа, желает дружбы своего народа с другими, то уже одно это говорит о нем, как о сознательном и честном человеке”.

Абай пытается дать своеобразное философско-теологическое обоснование необходимости гуманизации общественных отношений. Он настойчиво доказывает, что антигуманные, антинародные деяния и то зло, которое чинят имущие социальные слои против простых народных масс, против человека труда, стоят в вопиющем противоречии с самими основами и сущностью истинной веры. Нравственная философия Абая в значительной мере носит дидактический характер и нацелена на то, чтобы освободить простого казаха от моральных пороков, аморального поведения и привить ему стремление к знаниям и культуре, к благородству, к честности, к трудолюбию, и т. п.. Он самым решительным образом оберегал веру во Всевышнего от религии и не проявил ни малейшей склонности отождествлять религию с искренней верой (иман), основанной на понимании действительной сущности Божественного духа, абсолютно чистого и возвышенного, по сравнению с духом и страстями простого смертного, каковым является любой из людей.

Познавая мир посредством своего разума, человек постигает не мнимую, как в религии, а действительную, как в науке, сущность Божества и таким путем приобретет сам подлинно человеческие черты, становится действительным человеком, способным понять, что Любовь и Справедливость, как высшие формы выражения сущности Бога, должна стать его собственной сущностью.

Заключение

Зарождение ядра казахской журналистики пришлось на конец XIX – начало ХХ века. Стоявшие у ее истоков просветители пытались заложить в ней лучшие качества: свободомыслие, национальное своеобразие, стремление к многообразию точек зрения. Но процесс ее формирования пошел по единому советскому типу, который нивелировал национальные подходы. И, вероятно, поэтому столь важным является возвращение к бесценным истокам, к идеям Ч. Валиханова, И. Алтынсарина, А. Кунанбаева, А. Байтурсынова, А. Букейханова, С. Торайгырова. В настоящее время существуют все необходимые предпосылки для развития полноценной и всесторонней национальной журналистики. Но для этого необходимо творчески переосмыслить опыт предшественников, адаптировать сформированные столетие назад идеалы к современности, осмыслить богатство их разностороннего творчества, чтобы идти дальше.

Список литературы

1) Слова назидания Абая2) А. Х. Касымжанов “Портреты штрихи к истории степи”

3)Добреньков В. И., Кравченко А. И., Социология в 3-х томах. – М.: Наука,2000.

4)Биекенов К. У. Перспективы развития социологической науки// Перспективы развития науки. Приглашение к размышлению. Алматы: Казак университет, 1998.


Социологические взгляды представителей казахского просвещения