Совесть как этическая категория

Санкт-Петербургский государственный университет

Философский факультет

Кафедра прикладной этики

Совесть как этическая категория

Курсовая работа студентки 9 группы

Нырковой Ирины Сергеевны

Научный руководитель

Доцент кафедры этики /Овчинникова Е. А./

Оценка

Санкт-Петербург

2010

Содержание

Введение 3

Раздел 1. Понятие совесть 4

1.1 Возникновение совести 4

1.2 Определение понятия совесть 6

Раздел 2. Различные взгляды на совесть 9

2.1. Античность 9

2.2. Средние века 13

2.3. Эпоха реформации 14

2.4. Эпоха просвещения 14

2.5. Новейшая философия 15

Раздел 3.Совесть среди других этических понятий 17

3.1. Стыд и вина как этапы становления совести 17

3.2. Соотношение совести с другими этическими категориями 18

Заключение 21

Список литературы 22

Введение

Этика как наука изучает социальные отношения, в основе которых лежит нравственность. Нравы человека определяют его поведение в обществе, так как здесь он тесно связан с другими людьми. Ему приходится корректировать собственные поступки, принимая во внимание общепринятые нравственные нормы. Так происходит в силу того, что нравственные ценности требуют практического воплощения. Это не просто указания, выполняемые или невыполняемые по усмотрению личности, это требования совершения определенных действий. Таким образом, следование нравственным ценностям является долгом каждого человека. Неисполнение долга – вина, осознаваемая и переживаемая человеком. Подобные переживания выражаются в так называемых муках совести.

Способность критически оценивать собственные поступки, мысли и желания, выявляя в них несоответствие должному и беспокоясь об этом, можно назвать совестью.

Это своего рода нравственный регулятор человека, ограждающий от дурного и порочного. Он имеет весомую эмоциональную силу, которая становится необходимой в момент нравственного выбора личности, когда внешний контроль со стороны общества (общественное мнение) отсутствует или затруднен. Безусловно, человек не свободен от мнения окружающих, основанного не на силе приказа или закона, а на авторитете, моральном воздействии. Однако нельзя смело утверждать о том, что общественное мнение, как мнение большинства, всегда верно и более истинно, чем мнение отдельного индивида. Часто общество пытается сохранить устаревшие, неактуальные нормы, традиции, привычки.

В этике совести отдано место одной из высших нравственных категорий. Это обеспечивает ей пристальное внимание со стороны мыслителей всех времен: с античности по наши дни.

Целью работы является изучение понятия совесть как категории этики.

Задачи, решения которых помогут достигнуть поставленной цели:

– рассмотреть возникновение совести;

– рассмотреть взгляды различных мыслителей на совесть;

– рассмотреть совесть в соотношении с другими категориями этики

Раздел 1. Понятие совесть

1.1. Возникновение совести

Многочисленные точки зрения на проблему происхождения совести, в конечном счете, сводятся к двум противоположным теориям: эволюционизму и интуитивизму[1] .

Эволюционизм объясняет развитие совести, исходя из психологических и социологических условий человеческой жизни.

Согласно этой теории, те действия, в основе которых лежит эгоизм, вызывают порицание, а те, что несут альтруистический характер, получают одобрение. С течением времени связи между эгоизмом и порицанием, альтруизмом и одобрением прочно скрепляются (с детства, благодаря поощрению и наказанию, устанавливаются ассоциации эгоизм, зло – порицание; альтруизм, добро – одобрение). Вследствие этого, эгоизм порицается сам по себе, равно как и альтруизм безотносительно одобряется. Благодаря прочным ассоциативным связям, людям кажется, что так было всегда и по-другому быть не может.

Однако следует помнить, что альтруистическое действие и одобрение его имеют различные источники. Альтруизм есть нечто унаследованное человеком от животных предков, живущих в племени (идентификация себя со своей группой, помощь “своим”). Одобрение же – это вошедший в привычку благодаря наследственности плод культурного развития человечества.

Эгоизм также есть врожденное. Порицание его возникло одновременно с одобрением альтруистического действия и точно так же вошло в привычку.

Невольно одобрение альтруизма и порицание эгоизма других переносится на собственные действия, вызывая различные чувства: самоудовлетворения, раскаяния, угрызения. Причем, самоудовлетворен-ность будет непосредственно сопряжена с альтруистическим действием, в то время как муки последуют за уже совершенными эгоистическими поступками. Таким образом, возникают и развиваются явления, называемые совестью.

Эволюционизм рассматривает совесть как чисто человеческий принцип, который выходит за пределы индивида лишь в поисках источников нравственности у предшествующих поколений. Получается, что теория рассматривает нравственность, а, следовательно, и совесть как нечто изменчивое, относительное.

Интуитивизм связывает совесть с объективным добром. Не отрицая развития совести, теория считает ее природным свойством человека, основным свойством человеческого духа. В рамках данной теории, совесть выступает как непосредственное выражение в человеке нравственного мирового порядка. То есть принципы нравственности и совесть для данной теории абсолютны и объективны. Вполне логично возникшей трудностью для интуитивизма является вопрос о ложной совести. Если совесть абсолютно объективна, то, каким образом объяснить бессовестное поведение людей, кажущееся или действительное отсутствие совести у преступников и т. д.?

Эти затруднения не могут, однако, пошатнуть интуитивизма. О них можно сказать то же, что Фридрих Паульсен говорит об эволюционизме, отрицая мысль, что психологическое исследование возникновения совести лишает предписания ее святости: “Исчезновение обязательности предписаний совести не представляется мне ни логическим следствием, ни необходимым психологическим результатом антропологического объяснения. Я не вижу здесь логической связи: как могли бы нравственные законы утратить свое значение из-за того, что люди признают эти законы выражением опыта, постепенно приобретаемого знания, что полезно и что вредно. Напротив, что может служить в подобных вещах доводом более сильным, чем наследственная мудрость народа? Совесть представляется нам отражением объективного порядка природы, присущего нравственной жизни, как он проявился в нравах и праве… и народ, который совершенно утратил бы то, что мы называем совестью, не прожил бы ни одного дня”[2] . Точно так же и априорное происхождение совести нисколько не лишало бы ее объективного характера и обязательности.

Эволюционизм объясняет ошибки совести нравственным недоразвитием, неблагоприятной социальной средой или отсутствием воспитания. Для разъяснения данного вопроса в рамках интуитивизма, необходимо разделить совесть на трансцендентную и эмпирическую. Первая представляет собой общее для всех людей духовное свойство. Вторая – зависимую от внешних и внутренних условий, подверженную законам развития совесть, которая и может ошибаться.

Данная точка зрения – рассмотрение возникновения совести с позиции эволюционизма и интуитивизма – обобщенна. Более подробное изучение в частности вопроса происхождения понятия совесть представлено в разнообразных философских направлениях, встречающихся при обращении к истории этики. Попытка обозначить некоторые из них и выявить их отношение к совести предпринята в разделе данной работы “Различные взгляды на совесть”.

1.2. Определение понятия совесть

Моральное сознание включает в себя, помимо поиска ответов на важнейшие вопросы человеческого существования, побуждения чувствовать, мыслить и действовать в определенном направлении, заданном высшими моральными ценностями, которые являются нравственными нормами. Это побуждающее свойство морали особенно хорошо просматривается при обращении к такому понятию нравственного сознания, как долг, который, как писал И. Кант, “есть необходимость совершения поступка из уважения к закону” [3] . Здесь речь идет о тех поступках, что совершаются не по принуждению, а добровольно, сознательно. На эти поступки главным образом влияют моральные обязанности и ответственность, которую человек несет перед другими и перед самим собой.

Данный этап позволяет провести четкое разделение между понятиями долга и совести. В отличие от сознания долга, где на первый план выходит ответственность за совершаемые действия перед обществом, в совести доминирует ответственность перед самим собой. Идеальное “я” человека (каким он хочет сам себя видеть) придирчиво оценивает реальное “я”, зачастую совершающее множество ошибок. Совесть проводит анализ мыслей, чувств и поступков человека сквозь призму высших нравственных ценностей. “Настойчивый голос совести – мощнейшее орудие нравственно­сти, он звучит в человеке тогда, когда никакого внешне­го контроля нет, и субъект, предоставленный самому себе, казалось бы, мог действовать безо всяких ограничений. Однако ограничителем безбрежной свободы выступает именно совесть, которая есть предостережение и укор со стороны собственного “я”. Совесть тревожит личность, не дает ей морально уснуть, заставляет ее корректировать свои поступки согласно ценностям и установлениям, су­ществующим в обществе”[4] . Руководствуясь личной совестью, человек судит свои поступки как бы от своего же имени. Таким образом, совесть – внутренний судья человека. Разговор с собственной совестью всегда предельно откровенен, ведь от нее невозможно ничего скрыть даже при большом желании: она всегда с тобой и ее не обманешь.

Проявление совести происходит не только в форме разумного осознания нравственного значения совершаемых действий, но и в форме эмоциональных переживаний. В критической ситуации мы должны знать, что подвигло нас на совершение конкретного поступка, т. е. было до, и что мы ощущаем после него. Не случайно в русском языке само слово “совесть” происходит от “себя ведать” (“себя знать”). Также и в европейских языках связанное с совестью слово “самосознание” уходит к “совместному знанию”. Можно предположить, что речь идет о том, что совесть есть знание о переживаниях, происходящих в нас и до, и во время, и после совершения какого-либо действия. В этом и состоит специфика совести: сознание мотива поступка на основе представлений об его эмоциональной ценности.

Возвращаясь к разумному проявлению совести, необходимо отметить, что ее деятельность наступает лишь после того как человек познает моральные нормы, усваивает их и сформировывает собственную систему индивидуальных нравственных ценностей в жизни. До этого времени говорить о самостоятельной оценке индивидуумом своего поведения не приходится. Для появления волнений по поводу несоответствующего поведения нужно знание о нормах и собственное принятие их. В этом смысле совесть и связана с разумом.

Последний, однако, не всегда солидарен с предметом моего исследования и зачастую производит различные оправдания ненормального поведения. Это обнаруживается при отступлении человека от повелений морали в виде типичных отговорок: “не смог”, “не успел бы”, “не додумался”, “мои усилия не принесли бы результат”, т. е. разум ищет практические аргументы, которые рационально объясняют, разрешают и сглаживают все несовершенства.

Именно здесь на первый план выходит совесть, которая не позволяет человеку обмануть самого себя. Игнорируя все разумные доводы, оправдывающие недолжные поступки, и длинные доказательства невиновности, совесть выступает на сверхразумном уровне, приходя к человеку укоряющим чувством. Она неотступно упрекает, заставляя говорить себе правду. В результате индивид вынужден либо исправлять сложившуюся ситуацию, либо терпеть постоянные напоминания о недостойном поведении.

И все же не стоит принимать совесть как нечто абсолютное, считая, что она всегда права. Важно помнить об ее нахождении в прямой зависимости от ценностной картины мира отдельно взятого индивида. Эта картина зависит от целого ряда факторов, каждый из которых существует как на индивидуальном, так и на общественном уровне, влияя на психологию отдельно взятой личности и на идеологию общества в целом.

Эти факторы составляют структуру морального сознания, которое выступает в роли системы регуляции поведения человека. Основой здесь являются нормы – образцы поведения в конкретной ситуации. Они были сформированы еще в традиционной культуре на базе ритуалов (по В. Н. Топорову, нормы – звено ритуала) и обычаев. Наиболее общей идеей, лежащей в основании выбора действий, являются принципы. Вкупе они образуют моральные кодексы, которые описывают базовые основания профессиональной деятельности, сословного поведения личности. Идеалы выражают потребности индивида или общества в определенных формах поведения. И, наконец, ценности определяют моральную значимость действий.

Таким образом, на совесть наложено множество индивидуальных отпечатков личности. “Совесть – чувство ответственности за конкретно по­нятый долг, это внутренний самоотчет за выполнение со­вершенно определенных моральных обязанностей, кото­рые далеко не всегда совпадают с обязанностями абст­рактного морального субъекта и могут далеко от них укло­няться. Человек может считать своим долгом соверше­ние кровной мести и мучиться упреками совести за то, что не мог ее совершить. Или некто обязан докладывать начальству о благонадежности окружающих, и его муча­ет совесть, что он пожалел своего соседа и скрыл от вла­стей его критические разговоры. В подобных случаях всегда встают вопросы: является ли истинным то добро, перед которым мы держим отчет? Тем ли идеалам мы слу­жим? Возникает проблема иерархии ценностей, рефлек­сии по поводу самих установок нашей совести”[5] . Поэтому у одних людей “голос” совести звучит еле слышно, в то время как у других, наоборот, настолько громко, что заглушает трезвую, объективную оценку ситуации, и человек начинает корить себя за малейшие погрешности. Однако, можно встретить такое понятие как коллективная совесть. Оно применимо к средствам массовой информации, различным организациям, общественным движениям, которые выражают строгую самооценку общества (или коллектива).

Совесть – самооценивающее чувство, переживание, один из древнейших интимно-личностных регуляторов поведения людей. Как категория этики, она характеризует способность человека осуществлять нравственный самоконтроль, внутреннюю самооценку с позиций соответствия своего поведения требованиям нравственности, самостоятельно формулировать для себя нравственные задачи и требовать от себя их выполнения. Это субъективное осознание личностью своего долга и ответственности перед обществом, другими людьми, выступающее как долг и ответственность перед самим со­бой[6] .

Раздел 2. Различные взгляды на совесть

Проследить развитие философских учений о совести непросто в силу того, что зачастую она тесно связана с другими этическими либо религиозными понятиями. В большинстве случаев рассмотрение совести происходит с акцентом на понятия долг, свобода, греховность. Ведь только там, где есть осознание долга перед обществом, границ собственной свободы и греховных, т. е. недолжных, поступков, может присутствовать понятие о совести.

Следует отметить, что однозначного, полного и всестороннего раскрытия совести – представления об ее функциях, динамике, уровнях развития, влияющих на нее факторах – не существует. Возможно оттого, что субъектом совести является человек со всеми присущими ему индивидуальными особенностями, а значит, взгляды на природу человека, которых придерживается исследователь в рамках того или иного направления, несомненно, накладывают отпечаток на характер и принципы рассмотрения им категории совесть.

Проблемы, возникающие при попытке объяснить происхождение совести, лишь стимулировали психологов, философов и прочих мыслителей каждый раз заново обосновывать ее возникновение и принцип действия с целью понимания нравственного мира человека. Поэтому на протяжении долгого времени она переходила из одной сферы исследования в другую. Однако в работе совесть рассматривается как категория в этике, следовательно, стоит обратиться к сфере нравственности. Здесь определяющую роль играет значимость индивидуальных моральных качеств личности, человек выступает как существо, способное к самооценке, несущее ответственность за совершаемые действия и умеющее сочувствовать и сопереживать другим и в том числе по отношению к себе.

2.1. Античность

В древнегреческой философии, как было выявлено в ходе ознакомления с этическими учениями античности, нет такого слова, которое бы являлось термином, обозначавшим совесть. В поддержку этого можно привести исследования В. Н. Ярхо, который изучал понятия совести, вины, стыда в греческой классической литературе и сделал вывод о том, что греческих героев терзает не совесть, а страх оказаться перед гневом богов, а именно, встретиться с богинями мести Эриниями. Но греки пользовались терминами либо заменявшими, либо близкими по смыслу с понятием совесть. В ранний период это было слово “эйдос”, обозначавшее стыд перед другими, боязнь нанести им ущерб, не оказать кому-либо достаточного почтения, иными словами, боязнь оказаться в ложном положении перед другими. Позднее стоиками был введен термин “синейдезис”, что дословно переводится как “со-ведать” и наиболее глубоко отражает смысл термина совесть.

Одним из первых о совести как о нечто внутренне присущем человеку заговорил Сократ. Он считал источником нравственных суждений человека самопознание и рассматривал индивида вне его общественного положения, делая акцент на индивидуальности и стремлении к свободе. Таким образом, Сократ обосновал проблему личной совести.

Платон обозначает зависимость стыда от общественного мнения. Выступая против себялюбия, он предлагает развивать у людей стыдливость. Этические диалоги Платона говорят о связи добродетели со знанием без вмешательства чувств и эмоций, ибо они не могут быть источником познания, они лишь стимулируют процесс мышления. Их область лишь мнение, тогда как источник знания – познание идей, доступно лишь разуму. В этике Платона реальный изменяющийся мир, представленный в ощущениях, является только подобием мира вечных идей. По Платону, нравственность есть врожденное, имеющее корни за пределами чувственного восприятия, она находится в мире идей. Так и совесть, являясь понятием врожденным, существует в мире идей, имея лишь прообраз, отражение в мире земном.

В отличие от Платона, Демокрит определяет совесть не как абстрактную идею, а как свойство конкретного человека, имеющего отношения с другими людьми. В своих этических воззрениях Демокрит часто возвращается к мысли о самоконтроле человеком своего поведения, чувств и мыслей, к тому, что человеку более всего следует стыдиться самого себя и одинаково не делать ничего дурного, остается ли оно никому неизвестным, или о нем узнают все. Раскаяние в постыдных делах должно делать жизнь спокойной и светлой, поэтому лучше изобличать свои собственные ошибки, чем чужие. Демокрит считал, что понятие совести выстраивается на внутренних убеждениях личности. Понятие совести можно выработать в людях, считал Демокрит, в процессе воспитания, делая особый упор на влияние труда в развитии совести. Особенно ценна мысль Демокрита о нравственной ответственности человека не только за совершенные действия, но и за свои намерения что-либо сделать. Уже здесь становится понятно, что совесть проводит анализ не только самих поступков, но и их мотивов, что лишний раз подтверждает невозможность обмана собственной совести.

Систематизатор этики Аристотель рассматривал совесть как стыд в тесной связи с вопросами людской общественной жизни. По Аристотелю, стыд есть, безусловно, неприятное чувство, которое относится к тому злу, что ведет к “дурной славе”. Философом четко определена связь совести (стыда) с окружением. Аристотель указал на невозможность появления стыда у человека вне общества, ведь, он считал, никто не станет стыдиться перед младенцем или животным. Кроме того, стыд, испытываемый индивидом перед другими людьми, для Аристотеля соразмерен уважению, имеющемуся у человека к мнению общества. Он рассматривает понятие о стыдливости в рамках своего учения о середине. Так, тот, кому не хватает стыда, либо он его не испытывает вовсе, ведет себя бессовестно в то время как стыдливый человек во многих вещах держится середины. Следовательно, Аристотель раскрывает понятие совести через стыд как чувство, побуждающее личность стремиться к жизнедеятельности в социуме. Существование вне этого побуждения и стремления считается невозможным.

Древнеримская философия содержит этические учения стоиков, где подробно исследуется вопрос совести. Основателем римского стоицизма был Сенека. Для него совесть была святым духом внутри нас, призванным вершить суд и наказание. Внутренний мир, его нравственность, согласно Сенеке, не зависит от проявлений внешнего мира. Такое мнение связано с тем, что в природе признано господство судьбы. Поэтому изменить что-то во внешнем мире (общественная, политическая жизнь) попросту не в нашей власти. Здесь добродетельным считается такое поведение человека, при котором происходит смирение с судьбой, полное повиновение ей. Единственная возможность обрести совесть – это обратиться к собственному внутреннему миру, уйти в себя. В то же время, Сенека пишет о том, что снаружи мы не должны отличаться от других, хоть изнутри можем быть иными во всем.

У другого римского стоика – Цицерона – говорится о неразрешимой проблеме уничтожения совести. Мыслитель уверен, что следует совершать какой-либо поступок только при полнейшем отсутствии сомнений в его правильности. В противном случае, не стоит его осуществлять, ибо совесть невозможно устранить. Поэтому от ее требований нельзя отступить ни на шаг. По мнению философа, исполненный приговор совести делает человека победителем не только над самим собой, но и над всеми, так как говорит о признании человеком справедливости. Так, указания совести представляются большей ценностью, чем правила поведения, сформулированные общественным мнением. Если бы совести не было вовсе, воображает Цицерон, то общественные связи разрушились бы. Понятие морали у Цицерона основано на концепции всеобщего согласия людей и носит религиозный характер. Совесть, по Цицерону, не формируется из представлений о принятых в обществе нравственных нормах. Источником ее является Бог, она врожденна. Да и нравственный закон в обществе есть нечто естественное, божественное. Моральные нормы и ценности – это проявления разума и мудрости высшего Бога. Таким образом, вся система нравственных отношений видится Цицерону божественным законом, который столь же стар, как и само божество.

Проповедуя стоицизм в Риме, Эпиктет говорил о совести как о важнейшем критерии правильной жизни. Совесть может быть только у человека, никакое другое существо ею не обладает. Чтобы развить совесть, Эпиктет рекомендовал сформулировать для себя меру добра и зла, которую человек должен будет использовать в жизни. Это приведет его к мудрости. Мудрый, горя желанием жить разумно и по совести, сам поймет, что ему необходимо, его совесть сама укажет, как жить. Правильно построенная мера добра и зла доставит человеку благо. Согласно Эпиктету, для мудрого человека лучше терпеть незаслуженные упреки в свой адрес за справедливо вынесенный приговор, чем испытывать справедливые укоры от совести за свое пристрастное решение.

Марк Аврелий рассматривает совесть как высший критерий оценки некоторых нравственных понятий. У него совесть тесно связана с разумом, поэтому нравственная оценка поступков, условно говоря, вытекает из их здравого смысла. Отсюда весьма характерное для стоиков обращение к угрызениям совести. Марк Аврелий считает, что поступки, противоречащие здравому смыслу, а также идущие вразрез с природой Целого, и вызывают муки совести.

Важной заслугой стоицизма можно считать введение понятия совести как личной нравственной нормы, которая осознана разумом и пережита чувством. Нравственные учения стоиков оказали весьма существенное влияние на религиозную философию и христианскую этику.

Христианская философия категорично отвергла господствующее ранее натуралистическое объяснение природы человека и сущности морали. Основным тезисом стало божественное происхождение нравственности и обращение к духовной сущности человека. В центре всего – теоцентрическая картина мира. Исходя из этого, христианская религиозная философия рассматривала нравственные понятия, в том числе и совесть. Были введены понятия греха и раскаяния, что привнесло новые оттенки на формулировки понятий нравственности.

В Новом Завете совесть понимается как противостоящий внутреннему закону у язычников Закон Божий. Говоря о совести, как о внутреннем законе, Апостол Павел в послании к Римлянам использует ее как способ доказать всеобщую греховность язычников.

В религиозной философии вся мораль, а значит, и все с нею связанные понятия, считается произошедшей от Бога. И хотя у разных религиозных философов представлены различные концепции совести, основа везде одна: сущность совести составляет божественный фактор, который проявляется в откровения Бога, его реального присутствия в душе человека. Согласно религиозным учениям, очищение совести надо искать в восприятии христианской этики, в молитвах, обращенных к Богу, через покаяние и исповедание.

Христианское сознание в своем этическом учении дуалистично: с одной стороны, совесть как голос Бога принадлежит небесному миру и в обращении к Богу происходит ее очищение; с другой стороны, нравственные и безнравственные поступки совершаются в обыденной жизни и требуют критерия оценки, контроля и ответственности за них. А. И. Герцен, комментируя раскол в сознании религиозного человека вследствие сложившегося противоречия, писал: “Христианство, раздвояя человека на какой-то идеал и на какого – то скота, сбило его понятия; не находя выхода из борьбы совести с желаниями, он так привык лицемерию, часто откровенному, что противоположность слова с делом его не возмущают. Он ссылается на свою слабую, злодейскую натуру, и церковь торопилась индульгенциями и отпущением грехов давать легкое средство сводить счеты с испуганной совестью, боясь, чтоб отчаяние не привело к другому порядку мыслей, которых не так легко уложить исповедью и прощением”[7] .

Максимальное распространение христианское сознание получило в Средневековье.

2.2. Средние века

В Средневековье шло теоретическое обоснование этических вопросов в согласии с основными понятиями христианского миросозерцания. Человеческой нравственности уделялось мало внимания, так как речь шла, прежде всего, о Божественной личности. Человек рассматривался как творение Бога, поэтому в поздней средневековой философии и богословии выделяются такие темы, как падший человек, его испорченность вследствие первородного греха, ничтожество сил человеческих перед могуществом воли Бога и так далее. Вопросам же совести, долга, достоинства уделялось второстепенное внимание.

Одним из немногих представителей философии Средневековья, у которого понятие совести нашло свое отражение, явился Аврелий Августин. Безусловно, понятие было раскрыто через призму религиозности. В книге “Исповедь” сюжетом является путь обращения Августина в христианство. Понятие совести постепенно заменяется образом Бога. Такой прием позволяет понять, почему употребленное апостолом Павлом в качестве противоположности законов Бога понятие “совесть” в поздней религиозной философии приобретает значение божьего голоса. У Августина совесть предстает неким механизмом, который, с одной стороны, помогает услышать голос Бога, а с другой, исполняет божью волю. То есть Бог помогает человеку услышать голос совести и следовать ее указаниям. Однако, согласно Августину, человек должен стать способным услышать этот голос. Такой момент приходит лишь тогда, когда человек оказывается наедине с собой. Угрызения совести находят свое проявление в виде чувства невыносимого стыда и приводят к раскаянию человека в свершенных делах. Совесть, для Августина, есть то, что исповедуется перед Богом. Но, замечает Августин, Богу заведомо известно содержание совести человека. Исповедь же важна потому, что это есть осознание и признание своих проступков, что является искуплением своей вины и очищением совести.

В схоластической философской системе Фомы Аквинского синдерезис (совесть) понимается в качестве способности различать добро и зло на интуитивном уровне: это врожденный орган моральных ценностей, на который опирается всякое нравственное суждение; отсюда проистекают принципы человеческой деятельности. Проявлениями совести являются переживание и расположенность к добру. Когда человек судит свои намерения и поступки, главным свидетелем и, одновременно с этим, судьей выступает совесть. Отсюда требуемый перед исповедью мысленный обзор верующим собственных грехов называется “счетом совести”. Таким образом, для Аквинского совесть есть высший критерий поступков. Даже если поступок пойдет на пользу вере, но расходится с голосом совести, нельзя его совершать, считает философ.

2.3. Эпоха реформации

Эпоха реформации устранила схоластическую философию, поначалу только разрушая учение схоластики, не создавая своей системы этических понятий. Главным же в эту эпоху было выдвижение живой личности, разговор о правах совести. Ортодоксально-католическое понимание человека сводилось к тому, что по своей природе он есть существо греховное. Католическая религия спасения придавала огромное значение идее посмертного воздания: человек все время должен думать и заботиться о пристойном существовании в загробном мире. Для искупления грехов церковь стала поощрять практику откупа. Покупка индульгенций вытеснила момент искреннего раскаяния и покаяния. Для духовного очищения совесть оказывалась излишеством. Это не могло не привести в затруднение людей, в сознании которых была прочно сориентирована совестливая жизнь в этом мире, трудолюбие и бережливость. Такой слой людей (благочестивых граждан, пытавшихся найти свою позицию и выработать жизненную стратегию вопреки ценностям циничного феодализма) остро нуждался в социально-нормативных ценностях, которые бы действительно делали его повседневные деяния богоугодными и благоприятными для личного спасения.

Мартин Лютер обратился к человеку судящему, к его совести. Человек, согласно Лютеру, – не просто безнадежно греховен, а существо, сознающее греховность своей природы. На первый взгляд, здесь лишь незначительное отличие от официальной точки зрения. В своих знаменитых “Тезисах” (дата их обнародования является датой начала Реформации) Лютер отстаивает идею человека, сознающего свою греховность, способного к внутреннему покаянию, преодолению своей греховности перед самим собой и Богом. И это несоизмеримо выше различных церковных индульгенций. Лютер смело и беспощадно разоблачает практику римской церкви, сделавшей искупительную жертву главным пунктом своего посредничества в отношениях между человеком и Богом. Согласно Лютеру, Бог не требует от согрешившего человека ничего, кроме раскаяния в содеянном. Отвергается посредническая роль церкви и делается ставка на достоинство личности и свободу совести. Каждый сам должен без внешних предписаний и ограничений свободно упражняться в благочестии.

Философия Мартина Лютера, как идейного вождя Реформации, положила начало философским теориям самосознания и знания, поставила классическую для европейской культуры и философии проблему свободы, проблему личности и ее новых ценностно-практических ориентаций.

2.4. Эпоха просвещения

На первый план в эпоху Просвещения выдвигаются вопросы нравственного характера. Нравственность здесь есть путь, ведущий к религии. Основой нравственности выступает не вера, а добродетель и счастье. Совести отводится видное место, ей приписывается непреложность. Главным приобретением эпохи в вопросе совести является не столько философский анализ, сколько понятие ее свободы. Эта свобода выступает неким принципом, из которого вытекает требование веротерпимости (непреследовании тех, чей образ мыслей или действий не совпадает с твоим собственным).

Однако, несмотря на безусловные достижения эпохи, философы просвещения (Юм, Руссо), выдвигавшие идеи индивидуальности и субъективизма, не могли обозначить всеобщности и необходимости решений вопросов совести.

Схоластика главным образом обращала внимание на проблему ошибок совести и признавала в качестве ее лишь слабую искру божественного света в человеке. В немецкой идеалистической философии эта искра эволюционирует в яркий внутренний свет, уничтожающий возможность ошибок совести. Родоначальник немецкой классической философии Иммануил Кант провозглашает требование беспрекословного подчинения личности собственному внутреннему судилищу – совести. По Канту, она изначально присуща человеку, а не приобретена им. Это судилище имеет абсолютную достоверность, то есть, как было сказано ранее, ошибки совести невозможны.

Еще решительнее по этому поводу высказался И. Г. Фихте. Выявив возможность поведения, согласного с долгом, философ заговорил о необходимости существования абсолютного критерия истинности убеждения о долге, на которое можно было бы опереться. Совесть, на взгляд Фихте, есть не что иное, как сознание собственного определенного долга. Она и есть необходимый критерий. Чувство, которое никогда не обманывает в силу своего существования только при условии полного согласия между двумя “я” человека: эмпирическим и, так называемым, чистым. При этом чистое “я” выступает в роли нашего истинного бытия. Итак, в рамках учения И. Г. Фихте совершенно меняется отношение прирожденной совести к эмпирической, встречаемое в схоластической философии.

2.5. Новейшая философия

В новейшей философии акцент делается на естественнонаучную точку зрения, выясняется возникновение совести.

Довольно много интересного о происхождении и природе совести высказал Ницше. По большей части он согласен с точкой зрения эволюционизма, но есть и расхождение с теорией в вопросе возникновения совести. С философами эпохи Просвещения он сходится в ненависти к религиозной морали. Однако, Ницше как бы заново вводит учение о двойной совести: разделение морали рабов и господ. И несмотря на выказываемое предпочтение его к морали господ, кое-где можно заметить противоположную расстановку взглядов.

Какой же вывод можно сделать из краткого рассмотрения исторического “кочевания” понятия совесть из одной эпохи в другую? Совесть – врожденное чувство, которое сродни чувству стыда. Она не эволюционирует с возрастом и не изменяется после вхождения человека в общество. Однако, общественные отношения влияют на разум, позволяют ему манипулировать совестью, как бы прятать ее. Это все равно оказывается неэффективным, ведь в конце концов, наедине с самим собой становишься некой добычей для собственной совести. Она постоянно напоминает о себе своими угрызениями, являясь единственным мерилом верности принятия решений. И в дальнейшем, общество вынуждено будет воспитывать подрастающие поколения таким образом, чтобы именно совесть являлась главенствующим законом для разума. В противном случае, обществу, где нормой является игнорирование чувства совести, грозит приближающаяся гибель.

Раздел 3. Совесть среди других этических понятий

3.1.Стыд и вина (как этапы становления совести)

Вина – это переживание несоответствия своего поведения нравственным нормам и невыполнения своего долга перед лицом собственного внутреннего “я” (либо, смотря с определенной точки зрения, перед Богом). Чувство вины мы испытываем без обращения к общественному мнению. Окружающие могут не считать нас виноватыми в чем-либо и даже пытаться убедить нас в невиновности, оправдать наш поступок. Однако, если человек ощущает вину, посторонние мнения мало повлияют на его переживания. Особенно, если он смог четко сформулировать, почему он виноват. Таким образом, можно сказать, что вина возникает тогда, когда индивид чувствует личную ответственность за произошедшее и считает себя причиной нарушения долга, в своем поведении видит источник чужих бед или страданий. “Переживание вины вызывается как совершением чего-либо, что дает негативный результат, так и несовершением должного. Если, к примеру, у родителей вырос сын, который совершил преступление, то отец может испытывать чувство вины за то, что слишком сурово наказывал его и тем самым ожесточил его, а мать за то, что не смогла удержать свое дитя от неверного, порочного решения”[8] .

Помимо того, что источником чувства вины служат внешние события, оно может быть вызвано и внутренним состоянием. Например, искренне верующий, поймав себя на богохульных мыслях, испытывает чувство вины перед Богом, его начинает терзать совесть и он раскаивается в своих помыслах.

Так, вина может рассматриваться в качестве начального этапа становления совести. Не испытывая чувства вины, невозможно определить, что собственное поведение не соответствует должному. Без вины, совести невозможно проявить себя, напомнить о своем существовании. Чувство вины порождает муки совести. Ее укоры как бы вытекают из осознания собственной вины, из этого переживания по поводу невыполнения долга.

В свою очередь, из уже осознанного чувства вины к человеку приходит стыд, выступая как бы завершающим этапом. Стыд отражает осознание человеком своего несоответствия принятым нормам, ожиданиям окружающих. Он полностью ориентирован на мнение других лиц. И переживание стыда тем сильнее, чем больше осуждений выражается со стороны других людей и чем важнее для самого человека эти люди и их мнения о нем. Поэтому стыд может испытываться даже за те действия, которые были совершены индивидом ненароком, но вызвали недовольство. Либо же за те, что кажутся ему самому вполне нормальными, но, он знает, не выглядят таковыми в глазах других, не принимаются окружением. Логику стыда проследить несложно: “Они все считают так. И, хоть они и неправы, мне все же стыдно”.

Кажется, что эти три понятия – вина, совесть и стыд – выражают одно и то же. Но, это не совсем так. Между ними существуют определенные различия. Совесть, являясь категорией этики, выражает способность индивида переживать совершение недолжных поступков. Это механизм, заложенный в нас. Стыд и вина – это этические понятия. Для них категория совесть – это как бы фон, на котором они себя проявляют. Вина – это непосредственное переживание, это этап проявления совести, пробуждающий сигнал для нее. “О том, что совесть и стыд не являются одним и тем же, свидетельствуют те случаи, когда человеку стыдно, а совесть, в общем-то, спокойна. Например, водитель автобуса резко затормозил, пассажир толкнул соседа. Первому, конечно, неудобно и стыдно, но особых угрызений совести он не испытывает, ибо нет в том его вины”[9] . Но, несмотря на определенные различия, именно понятие стыда предопределило появление совести. Ведь совесть выступает как стыд перед сами собой. То есть, из понятия стыда возникло такое понятие как совесть. Но в жизни проявление стыда наступает либо одновременно, либо после появления мук совести. Таким образом, и вина, и стыд являются некими этапами становления совести.

3.2. Соотношение совести с другими этическими категориями (на примере долга и ответственности)

Взаимосвязь между такими этическими категориями, как долг и совесть, носит двойственный характер.

С одной стороны, долг и совесть образуют нечто единое. Получается целостный моральный механизм поведенческой регуляции. При этом совесть выступает как основа для выполнения долга. Исполняя долг, следуя ему, человек остается в согласии с собственной совестью, ведь одновременно он своими действиями удовлетворяет и ее требования.

Если же посмотреть с другой стороны, не все так однозначно. Совесть и долг могут иногда противоречить друг другу. Зачастую это происходит в тех случаях, когда нет совпадения между личностными интересами человека и целями, которые преследует общество. Немало художественных произведений держат в своей основе конфликт между личностью и обществом, где исполнение общественного долга ведет к предательству собственных убеждений, краху личности. И наоборот, следование указаниям своей совести приводит героя к отстранению от общества, изгнанию, бойкоту, клевете.

Вопрос, что же правильней: следование совести или долгу, решается в зависимости от обстоятельств, от правильного или неправильного раскрытия смысла долга. Ведь в совести решения и оценки соотносятся, прежде всего, не с общественным мнением и ожиданиями окружающих, а с долгом. Совесть требует предельной честности даже тогда, когда никто не может тебя проконтролировать, даже когда никто не сможет узнать о твоей возможной нечестности, когда никто не сможет выразить осуждение или упрекнуть тебя в неверности твоего решения. Субъективно совесть может быть воспринята не только как собственный, но и как чужой, хоть и внутренний, голос. Как голос, который вовсе и не зависит от осознаваемого “я” личности, голос “другого я”. Так, совесть истолковывается как специфическая форма стыда, а ее содержание признается индивидуальным. Однако не стоит забывать, что понятие совесть культурно и исторически изменчиво, так как несомненным фактором формирования либо же сильнодействующим фактором является социальное положение индивида.

Действительно, совесть, как можно проследить, формируется в процессе социализации и воспитания, через посто­янные указания ребенку на то, “что такое хорошо и что такое плохо”. На ранних стадиях становления личности совесть проявляется как “голос” значимого окружения – родителей, воспитателей, сверстников; то есть как повеление некоторого авторитета, и соответственно обнаруживается в страхе перед возможным неодобрением, осуждением, наказанием, а так же в стыде за свое действительное или мнимое несоответствие ожиданиям значимых других. В практике воспитания обращение воспитателя к совести ребенка, как правило, и выражает требова­ние исполнительности, послушности, соответствия предписывае­мым нормам и правилам. Но так обстоит дело с точки зрения еще только развития этой нравственной способности. Будучи уже сформирован­ной, совесть говорит на языке вневременном и внепространственном. “Совесть – это голос “другого я” человека, той части его души, которая не обременена заботами и утешениями каждого дня; совесть говорит как бы от имени вечности, обращаясь к достоин­ству личности. Совесть – это ответственность человека перед самим собой, но собой как носителем высших, универсальных ценностей”[10] .

И так как совесть указывает на соответствие или несоответствие поступка долгу, то поступок, исполненный в согласии с совестью, есть поступок из чувства долга. Совесть же настаивает на исполнении долга. Вот и выявлен тот долг, который каждый человек имеет перед самим собой: совершенствоваться в честном и последовательном исполнении долга, диктуемого совестью.

Значит, работа совести и долга как отлаженного единого механизма регуляции поведения вполне возможна и даже иногда необходима для полноценного проявления обеих категорий.

Отношения между совестью и долгом подразумевают обязанность индивида давать отчет в своих действиях, нести ответ за свои поступки и их возможные последствия. Отсюда проглядывается еще одна категория этики, взаимодействующая с совестью. Это ответственность. Как этическая категория, она призвана характеризовать личность с точки зрения соответствия деятельности личности нравственному долгу. Здесь необходимо учитывать ряд факторов, среди которых способность человека выполнять предписанные ему нравственные обязанности, правильно ли он их усвоил, является ли ответ за последствия своих действий его долгом, диктуемым совестью, или же нет, мог ли индивид предвидеть эти последствия и предотвратить, либо улучшить их. Важно не перепутать употребляемое в данном контексте значение ответственности со значением этого же термина в праве. Здесь ответственность за свои действия обуславливается моральным законом. В качестве судьи, который выносит приговор, выступает совесть. Именно совесть, изначально продиктовав человеку, что является его долгом, выступает критерием оценивания правильности свершения поступка, выгоды или вреда его последствий. Таким образом, категории совесть и ответственность существуют неразрывно. Не зря одно из многочисленных определений совести сформулировано как указание ответственности человека перед самим собой и перед обществом.

Заключение

Проследив исторические метаморфозы, происходившие с совестью, несмотря на различия во взглядах разных мыслителей, все же можно выявить одно положение, сквозившее через все точки зрения: главной функцией совести является регулятивность. Так или иначе, ее рассматривали в контексте, предполагавшем регуляцию поведения человека.

Механизм совести заключается в реализации нравственно значимой информации в поведении. Этот механизм предполагает постоянную оценку индивидом степени соответствия характера своих намерений, желаний, побуждений, а также предполагаемых или уже осуществляемых действий принятым для себя требованиям должного и допустимого. Движет индивидом особая нравственная потребность, сформированная в процессе воспитания и проявляющаяся постоянным желанием того, чтобы и намерения, и поведение соответствовали определенным нормам и требованиям. Это – нравственное желание.

В ходе данного исследования было выявлено, что, изучив понятие совесть с позиции этической категории, можно говорить о том, что на фоне становления новых, еще не утвердившихся, ценностей, совесть выступает основным критерием нравственного выбора человека и, как следствие, определяет его поведение (это обуславливает актуальность проведенного анализа). Таким образом, совесть можно смело назвать не просто индивидуальным контролером, но и регулятором нравственности всего общества в целом. Ведь деятельность каждого отдельно взятого индивида в итоге складывается в единую систему поведения целого общества.

Являясь основой нравственного сознания, совесть зачастую употребляется в качестве синонима всей морали. Конечно, нравственный мир личности не сводится только к сознанию совести и следованию ее указаниям. Но очевидно, что именно совесть, находясь в тесной связи с другими категориями этики, является главной направляющей движений человеческой души, стимулирует многие другие душевные ощущения и побуждает человека к новым стремлениям.

Список литературы

1. Ф. Паульсен “Основы этики” – М.: изд. М. Н.Прокоповича, 1906

2. Р. Г. Апресян “Этика. Общий курс: План и программа.” – М.:ИФ РАН, 2001.

3. А. А.Гусейнов, Р. Г. Апресян “Этика. Учебник” – М.: Гардарики, 2003

4. Л. Е. Балашов “Этика. Учебное пособие” – М., 2003

5. Словарь по этике под ред. А. А. Гусейнова, И. С. Кона. – М., 1989.

6. Электронная версия статьи В. Н. Ярхо “Была ли у древних греков совесть?” Античность и современность. М., 1972 на сайте

http://ec-dejavu. ru/c/Conscience. html

7. А. И. Герцен “С того берега”. Текст статьи на сайте http://www. filosofy. vuzlib. net/book_o016.html

8. Энциклопедический словарь Ф. А. Брокгауза и И. А. Эфрона на сайте http://www. rubricon. com/bie_1.asp

[1] Данная точка зрения представлена в энциклопедическом словаре Ф. А. Брокгауза и И. А. Эфрона

[2] Ф. Паульсен “Основы этики” – М.: изд. М. Н.Прокоповича, 1906.

[3] Апресян Р. Г. Этика. Общий курс: План и программа. – М.:ИФ РАН, 2001. – с. 77

[4] Золотухина-Аболина Е. В. Курс лекций по этике. – Ростов н/Д.: “Феникс”, 1999.- с.92

[5] Золотухина-Аболина Е. В. Курс лекций по этике. – Ростов н/Д.: “Феникс”, 1999. с.93

[6] Словарь по этике под ред. А. А. Гусейнова, И. С. Кона. – М., 1989. с. 321-323

[7] Герцен А. И. “С того берега”

[8] Золотухина-Аболина Е. В. Курс лекций по этике: — Ростов н/Д.: “Феникс”, 1999. – с. 110.

[9] Балашов Л. Е. . Этика. Учебное пособие – М., 2003. – с. 134.

[10] Гусейнов А. А., Апресян Р. Г. Этика. Учебник. – М.: Гардарики, 2003 – с. 264


Совесть как этическая категория