Томас Мор и Томмазо Кампанелла

Анализ идей Мора и Кампанеллы

Томас Мор и Томмазо Кампанелла

По мнению советских исследователей творчества социалистов-утопистов, в те времена люди еще не могли представить реалии социализма, поэтому их утопии получались слегка фантастичными.

Естественно, в XVI-XVII веках капитализм лишь набирал обороты, общество еще не было готово для перехода к социализму. Не созрели предпосылки для этого перехода: ни производительные силы, ни производственные отношения.

Главный момент, за который социалисты критикуют Мора и Кампанеллу – это непонимание невозможности мирного перехода к социализму, путем переговоров. Ведь Маркс был первым, кто обосновал необходимость классовой борьбы для смены государственного строя, поскольку правящие круги, естественно, власть просто так не отдадут.

Ошибкой Кампанеллы советские исследователи называли и чрезмерную регламентацию быта каждого члена общества. [2, 121]. В СССР трудящимся все-таки не говорил, чем им заниматься в свободное время.

Основными заслугами Кампанеллы и Мора коммунисты-исследователи считали отрицание частной собственности, эксплуатации (хотя у Мора сохранялось рабство) и введении всеобщего труда и равенства.

Идея всеобщего равенства

В целом идеи равенства у Мора и Кампанеллы схожи. Они оба мечтают о государстве, где бы все были равны между собой. Причем равенство нередко переходит всякие границы.

Так, у Мора люди представляют собой потерявшую индивидуальность массу. Никто не имеет даже шансов выделиться: все обязаны одинаково одеваться, одинаково проводить время, трудиться ровно по 6 часов в день. Мнение людей почти никто не учитывает (исключение составляет вече).

Что дает государство людям взамен свободы? Отсутствие заботы о завтрашнем дне, пропитание и образование. Не так уж и мало. Но готов ли человек потерять свою идентичность, стать ничем не примечательной серостью в обмен на сытую жизнь? Зачем, собственно, тогда жить? На благо своего общества? Чтобы растить детей, которые тоже станут вечными рабами, без каких-либо перспектив развития и возможности изменить свою жизнь.

Конечно, капиталистическое общество с его неравенством и эксплуатацией несправедливо. Но оно дает людям свободу. Если человек намерен чего-то добиться в этой жизни, если он трудолюбив и способен, он добивается вершин.

Те же, кто ничем не примечателен, оседают внизу. И таких людей большинство. Само собой, это серое большинство согласно на жизнь при утопии. Это возвышает их статус, не позволяет другим насмехаться над их ничтожностью и быть высокомерным.

Люди же достигшие чего-то в жизни, а их меньшинство, не хотят быть как все. Им не нужна утопия. Но кому нужно мнение меньшинства, когда основная масса населения страдает?!

В отличие от Кампанеллы, у Мора сохраняется рабство. Это не позволяет сказать, что все люди равны между собой. Кроме того, даже законопослушные граждане вовсе не равны между собой, как это пропагандируется. Женщины должны слушать мужей, дети – родителей, младшие – старших.

Кроме того, и на Утопии, и в городе Солнца есть власть. Власть – это люди, наделенные полномочиями решать судьбы других. И пусть эта власть меняется каждый год, как у Мора. В каждый конкретный момент люди, стоящие у руля, уж никак не ниже по своему статусы, чем остальные. Хотя бы потому, что они работают над законами, а не на сельском поле.

Реализуемо ли полное равенство?

Отчасти да, равенство в значительной степени реализовано в ряде западных государств, неуклонно стремящихся к высокому статусу правового государства. Однако полное равенство, как мне кажется, существовать не может, хотя бы потому что каждый человек изначально будет различаться по своим личностным качествам. Абсолютов не существует, и это неоспоримый факт, а идея полного и абсолютного равенства не менее утопична, чем государства Мора и Кампанеллы. Но, тем не менее, к этому идеалу можно приблизиться, и это мы видим на примере ряда стран Западной Европы и Северной Америки, а так же некоторых стран Северо-Восточной Европы.

Это равенство прав и возможностей, чего вполне достаточно. Не хочешь быть эксплуатируемым – заработай денег и эксплуатируй за них других. Каждый равен каждому, но это равенство не внешнее (одинаковая одежда и распорядок дня у утопистов), не материальное (отсутствие денег и частной собственности), а равенство в правах.

В США права человека, имеющего миллионы, ничем не отличаются от прав нищего (вспомним хотя бы недавний арест знаменитого актера Тома Хэнкса, который был заключен в тюрьму на небольшой срок за вождение автомобиля в нетрезвом состоянии). Закон беспристрастен по отношению к любому из них. Причем нищие находятся в привилегированном положении – они получают дотацию от государства (порядка 15-20 тысяч долларов в год), на которую можно безбедно жить, и, если захотеть, устроиться на работу и перейти из разряда бедного бездельника в богатого “эксплуататора”. Богатые же платят большие налоги, на которые содержатся нищие. Не в этом ли высшее равенство?

На Западе сегодня люди абсолютно равны в своих возможностях – кто хочет жить хорошо и готов трудиться для достижения высокого положения общества, тот добивается его (в отличие от Средневековой Европы или дореволюционной России, когда положение человека в обществе зачастую было совершенно невозможно изменить, поскольку его будущий статус определялся его рождением, было полное отсутствие социальной мобильности).

У Мора и Кампанеллы же равенство принудительное. Люди не могут ни в чем отличиться от себе подобных. В утопиях не только равенство прав и возможностей, но и принудительное материальное равенство. И все это сочетается с тотальным контролем и ограничением свобод. Этот контроль и нужен для поддержания материального равенства: людям не дают выделиться, сделать больше, превзойти себе подобных (став таким образом неравным). А ведь это естественное стремление, заложенное в подсознании у каждого человека.

Ни в одной социальной утопии не говорится о конкретных людях. Всюду рассматриваются народные массы, либо отдельные социальные группы. Индивид в этих произведениях ничто. “Единица – ноль, единица – вздор!”

Проблема социалистов-утопистов в том, что они думают о народе в целом, а не о конкретных людях. В результате реализуется полное равенство, но это равенство несчастных людей.

Возможно ли счастье людей при утопии? Счастье от чего? От побед – так они совершаются всеми в равной степени. От отсутствия эксплуатации? Так при утопии она заменяется общественной эксплуатацией: человек вынужден всю жизнь работать, но не на капиталиста и не на себя, а на общество. Причем эта общественная эксплуатация еще страшнее, так как тут у человека нет возможности выхода.

Если, работая на капиталиста, можно уволиться, то от общества скрыться невозможно. Да и переезжать куда-либо запрещено.

Сложно назвать хотя бы одну свободу, которая соблюдается в Утопии (исключение составляет свобода совести). Нет свободы перемещения, нет свободы на выбор того, как жить. Человек, загнанный обществом в угол без права выбора, глубоко несчастен. У него нет никакой надежды на перемены. Он чувствует себя рабом, запертым в клетке. Люди, как и певчие птицы, не могут жить в клетке. Они хотят перемен. Но это невозможно.

Общество утопийцев – общество глубоко несчастных, подавленных людей. Людей с подавленным сознанием и отсутствием силы воли.

Поэтому следует признать, что те модели развития общества, которые нам предложили господа Мор и Кампанелла, казались идеальными лишь в 16-17 веках. В дальнейшем, с возрастанием внимания к личности, они потеряли всякий смысл реализации, ибо если и строить общество будущего, то это должно быть общество индивидуальностей, общество сильных личностей, а не посредственностей.

Заключение

В своих книгах Мор и Кампанелла пытались найти черты, которыми должно обладать идеальное общество. Размышления о наилучшем государственном строе проходили на фоне жестоких нравов, неравенства и социальных противоречий Европы 16-17 вв.

Само собой, судить этих мыслителей нового времени мы не имеем права. Во-первых, мы не можем взглянуть на ситуацию того времени их глазами. Во-вторых, социальные познания в то время не были глубокими. Фактически, никаких знаний ни об обществе, ни о человеческой психологии тогда вообще не было. И мысли Мора и Кампанеллы – это лишь их гипотезы, видение идеала. Гипотезы спорные, но такова участь большей части любых гипотез.

Мор и Кампанелла предложили новый государственный строй, строй всеобщего равенства. Правда, подобные идеи существовали еще с античности (напрнапример Платон), Мор и Кампанелла же развили их и адаптировали к реалиям их времени.

Идеи Мора и Кампанеллы, были безусловно прогрессивны для своего времени, но они не учитывали одну важную деталь, без которых утопия – общество без будущего. Социалисты-утописты не учли психологию людей.

Дело в том, что любая утопия, делая людей принудительно равными, отрицает возможность сделать их счастливыми. Ведь счастливый человек – это чувствующий себя в чем-то лучшим, в чем-то превосходящим остальных. Он может быть богаче, умнее, красивее, добрее. Утописты же отрицают любую возможность для такого человека выделиться. Он должен одеваться как все, учиться как все, иметь ровно столько имущества, сколько и все остальные.

Но ведь человек по своей природе стремится быть лучше других. Что делать? Социалисты-утописты предлагали карать любое отклонение от заданной государством нормы, параллельно пытаясь изменить менталитет человека. Сделать его неамбициозным, послушным роботом, винтиком системы. Возможно ли это? Вероятно, да. Но для этого нужно много времени и полный информационный вакуум – только государственная пропаганда. Для этого нужен железный занавес, который бы огородил страну от внешнего

Мира, а ее жителей от возможности познать радость свободы. Но полностью изолировать людей от внешнего мира невозможно. Всегда найдутся те, которые хоть краем глаза эту самую свободу увидят. И загнать таких людей в рамки тоталитарного подавления над индивидуальностью уже будет невозможно. И в конечном итоге именно такие люди, ощутившие в себе силы делать то, что хотят они, а не государство (в разумных рамках), обрушат всю систему. Весь государственный строй. Что и произошло в СССР в 1990-91 (было ли это обоснованным шагом и достойны ли были те люди полученной ими власти – это уже другой вопрос).

Какое же общество с полным правом можно назвать идеальным, учитывая достижения современной социологической мысли? Безусловно, это будет общество полного равенства. Но равенства в правах и возможностях. И это будет общество полной свободы. Свободы мысли и слова, действий и перемещений. Наиболее близко к описанному идеалу стоит современное западное общество (хотя, безусловно, в нем есть свои минусы). Ведь если общество действительно идеально, как может в нем не быть свободы, того самого блага, которое великий Пушкин считал наивысшиме люди полученной ими власти – это ностишенно невозможно изменить, поскольку?

Итак, как мы видим, социальные утопии, созданные авторами эпохи возрождения, хоть и казались идеальными в 16-17 веках, однако в наше время они считаются далекими от идеала. Причиной тому в корне измененное мировоззрение современного человека по отношению к людям того времени. Однако ряд идеалов Мора и Кампанеллы не устарели до сих пор и в достаточной степени реализованы в современном мире. Это прежде всего свобода совести, всеобщее право на образование, на отдых, выборность власти и многое другое. Нельзя не согласиться с тем, что взгляды Мора и Кампанеллы было очень прогрессивными для их времени и сыграли немаловажную роль в развитии философской и общественной мысли всех последующих эпох.


Томас Мор и Томмазо Кампанелла