Ясперс и философская вера

Министерство образования РФ

Московский Открытый Университет

РЕФЕРАТ по философии на тему: “Ясперс и философская вера” Выполнил: студент группы

Проверила:

Москва

Содержание:

Введение……………………………………………………………………………………………. 3

1. Сходство и отличие идей Ясперса и других философов о вере…………… 4

2. Философствование по Ясперсу…………………………………………………………. 5

3. Философствование о вере не тождественно знанию……………………………. 6

4. Философская вера и человеческая коммуникация………………………………. 9

Вывод………………………………………………………………………………………………. 11

Литература………………………………………………………………………………………. 13

Введение

Экзистенциализм (от лат. exsistentia – существование), или философия существования, играла и продолжает играть значительную роль в развитии философии XX в. Она характеризуется антисциентистской направленностью и ориентирована на проблемы, свя­занные с человеком, смыслом его бытия в современном мире.

Однако философия существования не представляет собой какого-то монолитного, единого учения. Каждый из ее главных представителей создает как бы свое особое учение. Во многом это объясняется тем, что среди ее представителей известнейшие писатели и мыслители XX в. Но систематическое упорядочение идей философии существования мы находим у немецких филосо­фов, прежде всего в книге “Бытие и время” М. Хайдеггера (1927), и в трехтомной “Философии” К. Ясперса (1932), а также у француз­ского философа Ж.-П. Сартра в его книге “Бытие и ничто” (1943).

Нередко экзистенциализм подразделяют на атеистический и религиозный. Но это деление достаточно условное, так как все представители этого направления сосредоточивают внимание на общих для них экзистенциальных проблемах, прежде всего смысле человеческого бытия в мире, и не просто человека во­обще, а каждой личности.

В данной работе я изложу понимание философской веры у Ясперса.

1. Сходство и отличие идей Ясперса и других философов о вере

Карл Ясперс (1883-1969) – выдающийся немецкий философ, психолог и психиатр, один из основателей экзистенциализма. Для него идею “философской совестливости” символизировал И. Кант, а идею удивительной широты кругозора – И. В. Гете, хотя в самом начале своего философского пути он испытывал интеллектуальное переживание, выброшенное из кантовско-гетевского “культур­ного рая”.

Ясперс решительно отмежевался от рационалистичес­кой традиции в философии, связанной с Р. Декартом, И. Кантом и Г. Гегелем, отрицал возможность развития философии как науки. Настоящая философия, по Ясперсу, – это прежде всего сам про­цесс философствования. Таким образом, он делает акцент на прин­ципиальной незавершенности и тем самым на открытости процесса философского размышления, в котором вопросы преобладают над ответами: истинное философствование как раз и состоит в поисках. В этом отношении Ясперс близок таким мыслителям, как С. Кьеркегор и Ф. Ницше: они не занимались систематической филосо­фией, т. е. не стремились привести свои философские воззрения в систему. Для Ясперса идея философствования означает и меньше, и больше, чем философия как система целостного мировоззрения. Меньше в том смысле, что она связана с определенным “творчес­ким ослаблением”: в наше бурное время уже нет той духовной мощи, которая позволяла, например, Платону, Аристотелю, Спи­нозе, Гегелю и др. возводить стройные мировоззренческие системы из абсолютизированной “изначальности” (эйдосы, абсолютный дух), поэтому нам должно довольствоваться лишь фрагментарными прозрениями. А больше потому, что философствованию свойствен­на жизненность “экзистенциального высветления” проблем бегущего времени: только философствование дает нам шанс как-то ос­мыслить наполненное “бедственностью” и “неизбывной заботой” наше существование. Дело в том, что под существованием имеется в виду прежде всего духовное бытие личности, ее сознание. “Су­ществование есть сознание, – писал Ясперс, – и я существую как сознание… Анализировать существование значит анализиро­вать сознание”[1] . Ясперс полагал, что философию нельзя ограни­чить, как науку, строгими рамками определенного предмета и ме­тода. История философии в отличие от истории науки – это не процесс приращения знаний, поскольку каждое крупное философ­ское учение, подобно произведению искусства, уникально. (Прав­да, в истории философии происходит приращение категорий и ме­тодов, а сходство с историей религии заключается в последователь­ном выражении разных позиций веры.) Философия призвана дать лишь некоторые ориентиры для поведения человека в мире, “осве­тить” экзистенцию и приблизить человека к трансценденции, по­мочь совершить скачок к “безусловному бытию”, которое непости­жимо для научного познания, но имманентно присуще сознанию.

2. Философствование по Ясперсу

Философствование, по Ясперсу, предполагает тройственное членение, что соответствует такому же членению бытия. Первый уровень членения бытия – предметное бытие (“бытие-в-мире”), или “существование”. Это внешний уровень бытия. Перед его лицом философствование достигает лишь “ориентации-в-мире”, по существу это и есть экзистенция; она составляет бытийное ядро личности. Экзистенция с особой силой открывается человеку в по­граничных ситуациях: в состоянии тяжкого страдания, смертельной болезни, острого ощущения вины и т. п. В эти моменты человек остро испытывает чувство тревоги, осознание хрупкости и конеч­ности своего существования. Именно тогда человек может открыть для себя трансцендентный мир; его существование, таинственным образом связанное со своим собственным, освещает новым смыс­лом и человеческую экзистенцию.

Второй уровень членения бытия – это озарение, прояснение экзистенции, осознание души, и наконец, третий уровень – чтение шифров трансценденции являет собой глубинную задачу философствования, связанную с осо­знанием Бога. По Ясперсу, для философствования основную цен­ность представляют понятия метафизики, именно они выражают поиски смысла бытия философской мыслью. Итогом философство­вания выступает философская вера, и если религиозная вера осно­вана на откровении, то философская является результатом раз­мышления.

Ясперс стремился доказать, что духовный прогресс человечест­ва, в том числе и связанный с демифологизацией, не ведет к утрате смысла нашего бытия, но только при условии существования осо­бого бытия, трансцендентного мысли. При этом даже скептицизм, высвечивая границы знания, указывает вместе с тем не на ничто, а на нечто сущее, но непостижимое; оно выступает как предмет не­знания и, стало быть, веры, которая отличается от религиозной, в частности от христианской, тем, что должна быть значима для всех людей, поскольку основывается не на откровении, а на опыте, до­ступном любому человеку. По Ясперсу, вера не противостоит ра­зуму, а существует в единстве с ним, и ее нельзя рассматривать как нечто иррациональное. Допущение полярности рационального и иррационального лишь запутывает проблему экзистенции.

3. Философствование о вере не тождественно знанию

Осно­вой веры не может быть то, что в своей сущности только ирраци­онально. Для веры мыслящего человека, человека философствую­щего, характерно то, что она существует только в союзе со знани­ем: она хочет знать то, что познаваемо, и понять самое себя. Таким образом, незнание выступает не просто как своего рода субъектив­ный свидетель наличия таинственного вида бытия, именуемого трансценденцией. Философская вера потому и вера, что трансцен­дентное не может быть доказано рациональными доводами, но она потому и философия, что все же предполагает именно какое-то знание о трансцендентном, которое косвенно подтверждается хотя бы отрицательными аргументами. Следовательно, скептическое незнание вместе с тем есть своего рода знание о существовании особого рода бытия. Трансценденция – это таинственный предмет, по отношению к которому вера и знание оказываются слиянными. Философская вера находится как бы на границе между религиозной верой и научным знанием. Она может рассматриваться как своего рода “прафеномен и религии, и науки”.

Однако философствование о вере не может быть знанием, ибо она необъективируема, а представляет собой только выявление эк­зистенции, а это есть именно мышление, а не просто эмоциональ­но-психологический феномен. Но такое мышление по самой своей сути неадекватно: оно принуждено осуществлять себя в словах, на­правляя свою интуицию на то, что “за ними”. Ясперс различает два вида мышления: философское, которое устремлено “за явления” и может рассчитывать лишь на “удовлетворенность”, и рациональ­ное (научное) мышление, устремленное на сами явления и выраба­тывающее знания. Настаивая на принципиальном различии между ними, Ясперс никоим образом не отрицает ценности знания: оно необходимо и для помощи “высветляющему мышлению”.

Экзистенция релятивирует и в смысловом отношении ограни­чивает вещное “бытие-в-мире”. Но и сама экзистенция сущест­венным образом ограничена, причем эта ее ограниченность (в от­личие от эмпирической ограниченности человеческих знаний, сил и возможностей) не только не негативна, но и содержательно-по­зитивна и потому не может быть от нее, так сказать, “отмыслена” в акте интеллектуального абстрагирования, а принадлежит самому ее бытию: она есть лишь постольку, поскольку соотносит себя с другой экзистенцией и с трансценденцией. Соотнесенность экзис­тенции с другой экзистенцией осуществляется в акте коммуника­ции, а соотнесенность ее с трансценденцией – в акте веры. Ком­муникация, по Ясперсу, – это универсальное условие человечес­кого бытия. Она буквально составляет его всеохватывающую сущ­ность. Все, что есть человек и что есть для человека, обретается прежде всего в коммуникации. Вне коммуникации немыслима и че­ловеческая свобода со всеми ее степенями. Недаром в лексиконе Ясперса термин “коммуникация” означает глубоко истинное, лич­ностное общение “в истине”. Коммуникация есть центральное по­нятие не только этики и аксиологии, но и гносеологии и вообще всего миропонимания Ясперса, она возводится им в ранг критерия философской истины и отождествляется с разумом. Согласно Ясперсу, мысль философски истинна в той мере, в какой “промысли-вание этой мысли” помогает коммуникации. Разум тождествен не­ограниченной воле к коммуникации. Поскольку разум в своей всеоткрытости устремлен на Единое во всем сущем, он противодейст­вует прерыванию коммуникации, но именно она “дарит” человеку еГО подлинную сущность. Ясперс афористично и очень тонко заме­чает: “Я один не есть самость для себя, но становлюсь таковой во взаимодействии с другой самостью”. Этим подчеркивается соци­альная сущность человека. Социальное, интеллектуальное и мо­ральное зло есть, по Ясперсу, прежде всего глухота к “окликанию” со стороны чужой экзистенции, неспособность к дискуссии, прини­мающая облик противоразумного фанатизма, но также и поверх­ностного, обезличенного массового общения, безнадежно отрав­ленного ядом демагогии.

Второй предел, на который наталкивается и благодаря которо­му приходит к себе экзистенция, – это, как уже говорилось, трансценденция. Она выступает как абсолютный предел (“абсо­лютно-объемлющее”) всякого бытия и мышления: трансценденция “столь же неумолимо существует, сколь и не может быть увидена, пребывая непознанной”. Если “бытие-в-мире” есть “Все”, а эк­зистенция противостоит “Всему” на правах “Единственного”, то трансценденция бытийствует во “Всем” и в “Единственном” как их объемлющее “Единое”. Перед лицом трансценденции мышле­ние принимает свой третий облик – облик метафизики. Но мыс­лить трансценденцию можно лишь весьма неадекватным образом, “вмысливая” ее в предметное.

Вера не есть знание, которым я об­ладаю, но “уверенность, которая меня ведет”. Идеал философской веры у Ясперса подчас представляется модернизированным вари­антом кантовского идеала религии в пределах одного только разу­ма. Однако Ясперс острее, чем Кант, ощущает границу, грозящую философской вере опасностью переродиться из высокой надпред-метности в пустую беспредметность и тем самым утратить характер субстанции. Это вынуждает философскую веру “просить помощи” У своей, казалось бы, преодоленной сестры – у религиозной веры. По Ясперсу, религия, чтобы остаться правдивой, нуждается в “совестливости философии”, а философия, чтобы остаться наполненной, нуждается в субстанции религии.

4. Философская вера и человеческая коммуникация

Еще одной важной темой в философии существования является тема человеческой коммуникации, взаимообщения или интерсубъ­ективности. Человек в экзистенциализме изначально выступает как социальное существо. В отчужденном бытии, например в толпе, в массе, каждый поступает так, как поступают остальные, следуя моде, установившимся схемам общения, обычаям, при­вычкам. Экзистенциалисты не просто описывают факты, но яв­но выражают протест против массовой, бульварной культуры, ханжеской буржуазной морали. Правда, это часто делается с по­зиций нигилизма и анархизма.

Характерно, что выступая против массовой культуры 60-х гг., сам экзистенциализм стал впоследствии модой и элементом той же самой массовой культуры.

Социальность личности, глубоко выраженная Марксом, ко­гда он говорил, что человек становится человеком, только смот­ря на другого как в свое зеркало, подробно и убедительно ана­лизируется во многих работах экзистенциалистов. Экзистенци­альная коммуникация предполагает связь людей во внутренней любви. Для этого, по Ясперсу, необходимы три условия:

– одиночество. “Неудовлетворенность в коммуникации является поэтому началом прорыва к подлинному существованию”;

– риск. Тот, кто свое интимное переживание доверяет другому, рискует быть отвергнутым и осмеянным. Но коммуникация противоречива: “Я не могу стать собой, не вступая в комму­никацию, и не могу вступить в коммуникацию, не будучи в одиночестве”;

– борьба. Но это “любящая борьба”. В ней другого хотят не уничтожить, а завоевать. В ней нет обмана и хитрости, нет превосходства над другим, но есть искренность и беспощад­ное раскрытие своих слабостей.

Ясперс придерживается принципа историзма, который приоб­рел у него аксиологический характер: для всемирной истории ло­рнируются универсальный смысл и смысловая связь времен. Вера Ясперса в возможность общечеловеческой коммуникации в пространстве и во времени поверх всех культурных барьеров связана с его исключительно интимным и прочувствованным ощуще­нием философской традиции как братства мыслителей всех времен. По Ясперсу, пока человек философствует, он ощущает свою связь с сокровенно-открытой цепью свободно ищущих людей. Наличие этой связи времен гарантируется особым “осевым временем”, вы явившим универсальный смысл истории. Чтобы спасти человеческую сущность, находящуюся в XX в. на грани гибели, мы должны обновлять свою связь с “осевым временем” и возвращаться к его изначальности, подыскивая новые средства для неизменно утрачиваемой и вновь обретаемой истины. Трудам Ясперса свойственны идеи глубокого гуманизма и озабоченность: как спасти человечество от тоталитаризма – этой главной опасности XX в., ввергающее людей в кровавые революции и истребительные войны.

Вывод

Философия жизни к 30-м годам нашего столетия постепен­но стала сходить на нет, уступая свое место экзистенциализму, в котором более органично, нежели в философской жизни, опи­сываются многообразные стороны бытия человека в мире. Фи­лософия жизни, считают экзистенциалисты, перегружена психологизмами.

Экзистенция в позднелатинском языке буквально означает существование. Само это существование понимается в экзистен­циализме как непосредственное единство субъекта и объекта, на­правленность субъекта вовне, открытость перед иным и движе­ние к этому иному. В религиозном варианте экзистенциализма у Ясперса этим иным является Бог, к нему движется лич­ность в своей свободе.

Перед человеком – бездна последствий, он вынужден сделать свой выбор. Осуществляя его, человек творит свободу. Он ответствен за свой выбор прежде всего перед самим собой, и совсем нелегко постоянно нести бремя этой ответственности, сознавая, что, “самосозидая” себя, ты тем же самым актом тво­ришь других, мир в целом. В своем подлинном существовании человек “заброшен” в мир, он постоянно находится перед лицом будущего, в том числе смерти, в ситуации ответственности за свои действия. Экзистенция выступает как страх, экзистенциональная тревога, ожидание.

Экзистенциализм – это онтология, учение о бытии, о суще­ствовании. Для экзистенциалиста человек существует в мире, во­прос о самостоятельном существовании природы для него мало­интересен. Природа дана человеку изначально. Исходная реальность целостна, она не делима на субъект и объект. И пос­кольку наука делит мир на объект и субъект, она не способна вы­разить существование, которое постигается в особом акте экзистенции. Экзистенция – это не просто переживание, а переживание бытия-в-мире.

Уже отмечалось, что в экзистенции человек свободен. Быть свободным – это значит быть самим собой, не ориенироваться на “посторонних”.

Один из главных представителей экзистенциализма Ясперс видел инстанцию бытия человека пре­жде всего в его сознании. Он превыше всего ставил субъективность человека.

Экзистенциализм сумел обратиться к таким интимным сто­ронам человеческого бытия, которые отчасти невыразимы на язы­ке науки. Важное значение имели предупреждения экзистенциа­лизма против безоглядной веры в науку и технику, против недобросовестности приспосабливающегося к реалиям сознания (т. е. против конформизма). Экзистенциализм по-новому и весь­ма продуктивно поставил и разрешил проблему свободы челове­ка, выбора жизненных путей. Экзистенциалисты разработали но­вый способ философствования, который усвоен новейшей философией.

Литература

1. Аверинцев С. С. Ясперс. // Философская энциклопедия. Т. 5. М., 1990.

2. Гайденко П. П. Экзистенциализм и проблемы культуры. М., 1963.

3. Миронова Я. Ясперс. // Современная западная философия. М., 1991.

4. Ясперс К. Сочинения. М., 1971.

5. Ясперс К. Смысл истории. М., 1963.

[1] Ясперс К. Философия. Т. 1. М., 1972. С. 17.


Ясперс и философская вера